Проклятие династии - Галина Львовна Романова

— И ему никто не помешал? — с содроганием спросила Хельга, которая по роду службы иногда сталкивалась со случаями похищения детей у бедняков. Чаще всего маленькие девочки оказывались в постелях знатных извращенцев, а мальчишек либо травили собаками, либо ставили на них запрещенные опыты. Если убитые горем родители заявляли протест, дело чаще всего оканчивалось штрафом, причем большая часть денег шла в казну, лишь какие-то крохи перепадали родителям. Да и то — если ребенок оказывался единственным у этой пары. Только однажды такой лорд-убийца оказался в крепости — но для этого понадобилось, чтобы сорок детей расстались с жизнью в течение полутора лет.

— А кто ему сможет помешать? — со странной интонацией промолвила Ясин. — Он маг. И вот что я тебе скажу, девочка, будь с ним осторожна. Я чувствую людей и знаю, кому можно доверять, а кому — не стоит. Дар нам помог, но… есть в нем что-то, в чем я не могу разобраться. Наверное, моих сил для этого недостаточно, а может быть, дело в чем-то еще.

— А может быть, это просто мое личное дело, — произнес над их головами глухой голос.

Хельга вскочила, шарахнулась в сторону, когда, переступив через бревно, к костру шагнул Даральд. Он словно похудел и постарел на несколько лет. Волосы сальными прядями висели по бокам землисто-бледного лица, под глазами набрякли мешки. Орка тут же оставил собаку и кинулся наскрести из котелка кулеш, но маг покачал головой:

— Пить.

Молодой канатоходец бросил миску и протянул жбан с теплым пивом. Все молча ждали, когда врачеватель напьется.

— Ну как?

— Нормально. Как всегда. — Отставив жбан, Даральд облизнул тонкие бледные губы. — Жить будет. Мних, мне нужна повозка, чтобы его отвезти. Оставлять тут больного нельзя.

Клоун кивнул.

— Где ты живешь? Далеко? — только и спросил он.

— Рядом. У самой Стены.

Стеной назывались остатки крепости, когда-то отделявши сердце Альмрааля от предместий. Почти везде Стена была разрушена, уцелело только несколько небольших участков. Поэтому четкой границы между Старым и Ветхим городом не существовало.

Теплая ладонь взяла ее руку. Хельга оказалась рядом со своим мужем.

— Как вы себя чувствуете, сиятельная? Как нога? Болит? Вспомнил наконец-то! Хельга так разозлилась, что не обратила внимания на это холодно-вежливое «вы».

— Нет, все прошло с вашей помощью, — огрызнулась она. — Могу сплясать или вон с Оркой по веревке пройтись!

— Там речь шла о жизни и смерти, — холодно ответил Даральд. — Неужели вы настолько не любите династию, что ставите свои интересы важнее интересов короны?

— Ах, извините, — язвительно улыбнулась девушка. — Я и не знала, что вы — верноподданный короны! И это после того, что они для вас сделали?

— Что бы они ни сделали, я это заслужил. Наказаний без вины не бывает. — Даральд тонко улыбнулся. — К тому же, в конце концов, я не так много потерял. Титула у меня не было и прежде, вырос я не здесь, о своей принадлежности к династии узнал только пять лет назад. А теперь у меня еще и жена есть!

— И вы этому рады? Большинство мужчин полагают женитьбу самым большим несчастьем в своей жизни!

— А вы так хорошо знаете мужчин? — Даральд внимательно разглядывал ее лицо.

Под его пристальным взглядом Хельга смутилась.

— Снимайте сапог.

— Что?

— Дайте, я осмотрю вашу ногу.

— Здесь? — Девушка внезапно вспомнила, что они до сих пор у костра, а вокруг сидит тактично притихшая семья циркачей.

— Можем пройти за повозку. Или даже залезть внутрь. Она крытая, думаю, нас не будет видно и слышно. Конечно, если у вас нет привычки кричать.

С этими словами он встал и подал ей руку, приглашая подняться и проследовать за ним.

Внутри повозки было темно, тесно, пахло старыми тряпками, краской, псиной и еще чем-то неуловимым. Хельга невольно потянула носом, и Даральд догадался в темноте о ее чувствах.

— Здесь они хранят свои вещи. А спят на улице. В любую погоду.

— Даже под дождем или снегом?

— Снег? А что это… Ах да! Я видел.

— Вы видели снег? — не удержалась от колкости Хельга. — Неужели?

— Я видел многое. Я побывал даже на Радужном Архипелаге и плавал к Железным Островам. Вы знаете, где это?

Хельга кивнула. На всех картах мира Железные Острова помещались на крайнем западе. Это был довольно большой архипелаг, как считалось, остаток континента, погибшего в результате катаклизма. Легенды говорили, что именно там жили предки тех, кого впоследствии назвали богами. Во всяком случае, где-то должна же быть земля, по которой ступали копыта самого Белого Быка?

Даральд усадил ее на сундук, встав на колени, стянул с ноги сапог. Хельга всхлипнула, вцепилась руками в края крышки. Рана запеклась кровью, когда сапог сняли, кровь потекла с новой силой. Не обращая внимания на чувства жены, Даральд стянул пропитавшийся кровью носок, закатал порезанную штанину и, утвердив ее ступню на своем колене, внимательно осмотрел рану. Вернее, ощупал, поскольку в повозке было темно.

— Немного потерпите, — сказал он. — Будет больно.

— Умм-с-с-с-с… — зашипела Хельга сквозь зубы. — Мама!

— Я же сказал — будет больно! Какого Ящера вы дернулись? Теперь останется шрам.

Девушка открыла зажмуренные до красных пятен глаза. Оказывается, они успели привыкнуть к темноте, она увидела, что Даральд сидит на полу, держит ее ногу двумя руками — одной за щиколотку, а другой чуть повыше. И даже слегка поглаживает кончиками пальцев.

— Жалко, — промолвил он. — На такой красивой ножке — останется шрам.

Около коленки обнаружился багровый рубец. Кожа вокруг него была странно бледной.

— Вам-то что до того? — обиделась Хельга.

— Как-никак это нога моей жены, — ответил он странным голосом.

— О которой вы почти забыли!

— О, а мы умеем обижаться! — улыбнулся Дар. — По счастью, удар пришелся на переднюю часть. Клинок скользнул по кости. Если бы на его пути встала мышца, рана была бы намного серьезнее. Возможно, вы бы хромали всю оставшуюся жизнь… А что до вашей обиды, сиятельная, я просто расставил приоритеты и первым помог тому, кто не мог ждать.

Упоминание о принце Кейторе, чье тело всего полчаса назад с развороченным мечом животом она видела на столе в палатке ясновидящей Ясин, заставило Хельгу прикусить язык

— Да.

— Кейтор был… э-э… серьезно ранен?

— Он был мертв.

— Что? — Девушка подалась вперед. — Но как же тогда…

— Я некромант, — вздохнул Даральд. — Мы не только поднимаем из могил покойников и заставляем призраков исполнять свою волю. Мы можем еще и спасать жизнь, возвращая души из-за Черты. А тут и возвращать ничего не надо было — душа принца так и топталась рядом. Видимо, не могла поверить, что с ее прежним вместилищем так обошлись. Так всегда бывает в случае внезапной смерти. Оставалось только заплатить.