Лебединый трон - Кэтрин Корр

Я следую за Зигфридом по тихим коридорам. Сначала я предполагаю, что мы направляемся в его комнату. Но вскоре становится ясно, что я ошибаюсь. Он ведет меня вниз, прочь от тех частей Цитадели, которыми пользуются дворяне, в царство бескрылых: кабинеты, кухни, кладовые, подземелья.

Наконец мы добираемся до места, которое кажется заброшенным: комнаты, заставленные старой мебелью, дровами, грудами заплесневелой ткани, которая когда-то могла быть одеждой. В желтоватом свете, отбрасываемом свечой Зигфрида, что-то мелькает в тени: круглый щит с выбитым на нем орлом. Мы, должно быть, идем по следам дома Аквилы, предыдущей королевской династии. Полагаю, когда Сигнус I пришел к власти, замок был очищен, а имущество побежденных жителей оставлено здесь гнить.

Зигфрид протягивает мне свечу, отпирая дверь. Я моргаю от внезапного яркого света; в комнате, куда мы входим, горят лампы, и два стражника со знаками отличия Олориса сидят за столом и едят.

Когда мы входим, они поднимаются на ноги.

– Милорд.

– Поднимите его.

Стражники натягивают тяжелые кожаные перчатки, подходят к люку в углу комнаты и отпирают его. Один берет лампу, другой – вилы, прислоненные к стенке, и после они вместе спускаются. Я слышу приглушенные голоса, произносящие команды и ругань. Снова появляется человек с лампой. За ним, спотыкаясь, по лестнице поднимается со связанными за спиной руками накрытый кожаной накидкой седовласый мужчина; лицо его распухло и обезображено синяками. Второй охранник пролезает через люк и пихает человека вилами в спину, заставляя его растянуться у ног Зигфрида, где он лежит, стонет и дергается.

Зигфрид жестом указывает на мужчину:

– Оборотень и оставшийся в живых член семейства ястребов. Кто-то, кто, согласно официальной истории, не должен существовать. Еще один подарок для вас, Адерин.

Я всматриваюсь в мужчину, но это не помогает: те, кто напал на меня и мою мать, были в облике ястребов. Этот человек может быть одним из них, но я не могу сказать точно.

– Откуда вы знаете, что это был он?

– Скажи ей свое имя, мерзавец, – человек разражается длинной, нечленораздельной чередой рычаний и проклятий, пока Зигфрид не пинает его в живот. – Скажи ей свое имя.

– Дикс… Дикс Флейфезер.

Имя на клочке бумаги. Но все же я сомневаюсь. Я могу быть уверена только в одном.

– Что моя мать сказала тебе перед смертью?

Он игнорирует меня. По сигналу Зигфрида один из стражников хватает его и поднимает на колени, другой вонзает вилы ему в шею.

– Спросите его еще раз, – говорит Зигфрид.

– Что тебе сказала моя мать перед смертью?

– Какая мать? Моя мать умерла, – он начинает бормотать что-то невнятным, певучим голосом.

Зигфрид хватает его за лицо, заставляя посмотреть на меня.

– Скажите ему, кто вы.

– Я Адерин из Атратиса. Моей матерью была Диандра из Атратиса. Она умерла шесть лет назад, когда на нее напали два ястреба.

Левый глаз мужчины заплыл и закрылся. Но резкий взгляд другого, с оранжевой радужкой, пронзает меня.

– Теперь я тебя вспомнил. Вспомнил свои когти в твоей спине. Красная кровь на фоне белых перьев.

– Если ты помнишь, скажи мне, что сказала тебе моя мать перед тем, как ты убил ее.

– Она сказала: «Пощадите мою дочь, умоляю вас». А я сказал… – он хихикает, облизывая губы, – я сказал: «Я наброшусь на нее и разорву ее тело на части».