Обернись!.. Часть вторая - Ирина Арина

– Тридцать семь, больше не хватило.

– Сколько?

– Привет, Маррия, – пантера присоединилась к нам. –  Тридцать шесть премиальных и один бонусный. Огненный, а мне понравилось летать, круто вышло. Как-нибудь еще покатаете. Водный, привет. Где твоя рыбка? Я ей конфет принесла, ты же хрен вспомнишь.

– Привет, Са-Бира. Здорово, сразу тридцать семь.

– Привет. Помню я про ее конфеты. А ты их как принесла?

– В зубах, естественно, лапы заняты были. Там оставила, сам заберешь.

   Я представила себе огромную кошку с коробкой конфет в зубах и фыркнула. Та догадалась, о чем я подумала, и фыркнула в ответ:

– У всех свои неудобства.

– Бира, откуда набрали?

– С торгов. На Прощалку Дэр не пошел, он по таким местам не шарится, статус не позволяет.

– Ха-Дэр сам этим занимался?

– А кто? С кем еще торговаться не станут? По стартовой цене всех и забрали. Зато тебе их чинить не придется. Слушай, Маррия, а ты старье убрать можешь? Меня парочка раздражает дико.

– Бира!

– Все нормально, Фаарр. Показывай.

– Тебе так или обернуться?

– Кусаться не будешь?

– Слово.

– Маррия, давай один так, а на второй пусть обернется, посмотрим, есть разница или нет, – тягу к научным экспериментам у Ваади не перебить ничем.

   Собственно, особой разницы не было, разве что со зверем получилось немного быстрее, хотя рванный шрам на животе пантеры был больше, чем такой же под лопаткой.

– Это где тебя угораздило, чудище хвостатое? – Огненного всерьез заинтересовала история обретения этих «украшений» – Почему я не знаю?

– А с какого перепугу я тебе все докладывать должна? А, Огненный? Ну, был один, спариться мечтал.

– Кто? Почему не сказала?

– А что говорить? Больше не мечтает. Нечем ему спариваться.

– Бира! Фу!

– Что «фу»? Я что ли этим занималась? Все по закону, аккуратно, в клинических условиях. У нас с этим строго.

– Покажешь его.

– Не полыхай, Огненный. Ничего он не успел, шкуру порвал только.

– Сказал, покажешь. Когда было?

– Давно, лет пятнадцать. Не помню. Хрен с ним. Маррия, спасибо, бесили они меня. Слушайте, эти человечки на всю голову трахнутые. Мы на первую площадку пришли, все путем, деловые люди, местами приличные, базарят о кармагах, о зерне, о политике. Зато на второй… Прикиньте, полный зал гламурных куриц, от стекляшек в глазах рябит и одна тема на всех – трах. Хрен с ними, просто трепались бы, увидели Дэра с ребятами, чуть слюной не захлебнулись. А потекли, по ходу, все разом, фонило так, что мальчики чуть в оборот не ушли. Чтоб я еще раз на такое подписалась… Да я принципиально последнего сама выкупила. О, это был кайф! Клуши за него чуть не передрались, когда дошло, что мы всех себе загребли, а у них голяк. А когда я и этого… Они меня сожрать готовы были! Реально, круто! Дэр ни фига не въехал, что за дела, рычать пытался, но я ему мозги на место вправила и Шеле рассказать пригрозила, как он облизывался на всяких… Угомонился, еще и извинялся перед любимой тетей сто первый раз за свое упрямство.

– Са-Бира, спасибо. А перед Ха-Дэром, если все хорошо будет, я потом извинюсь. Ну, за все это… Он за тебя волновался.

– А, проехали. И извиняться не вздумай, меня подставишь, а Дэру такие встряски иногда полезны. Ладно, я встречать их пошла, и вы не задерживайтесь, явитесь, уж, при полном параде, но после нас, ребята обернуться собирались, так что дайте время. И своих предупредите, чтобы не дергались, никто не тронет. Конфеты Малке отдать не забудьте.

– Бира, что за фигня с оборотом?

– Нормально, Дэр страхуется. Все, давайте.

   Са-Бира скрылась за кустами, и вскоре пантера уже мчалась по берегу, огибая Озеро. Младшие принесли мне платье и подняли остальных. Раз просили при полном параде, придется выполнять.

   Не знаю, у кого получилось эффектней. Двадцать кармагов и толпа всевозможных представителей отрядов кошачьих и собачьих с огромным тигром во главе – это еще то зрелище. И группа эльфов, стоящих неподвижно, словно застывших, только глаза живые, ненавидящие и обреченные.

– Под заклинанием. Ерунда, само слетит. Давай, Мар, толкни им речь и выпроваживай.

   Вот перед зверскими мордами, в прямом смысле, мне еще выступать не приходилось.

– Ты рассчитался, предводитель двуликих, я довольна.

   Тигр что-то прорычал. А перевод можно? Передала эту мысль келпи. Тут же отозвался Ваади.

– Просто скажи, что они свободны, могут уходить.

– У вас нет долгов передо мной. Я получила обещанное. Можешь увести свою стаю.

   Тигр еще раз прорычал, келпи ответили ржанием. А дальше мы чуть не провалили всю операцию. Спасибо, Младшие почти сразу успели поставить перед нами иллюзорную стену. Потому что часть оборотней начала возвращаться в человеческий вид. Сомневаюсь, что вид двух десятков голых мужиков оставил бы всех равнодушными.

– Всем продолжать стоять спокойно, они вас видят, – Фаарр умудрялся успокаивать нас и бушевать одновременно. – Вот же гад полосатый! Страхуется он, как же! Отыгрался сволочь за Лежбол. Для них это нормально, оборотни на наготе не циклятся, но прекрасно знают, что остальных это шокирует, вот и пользуются. Они так неуважение показывают. И не придерешься, не все же, только водители, типа кармаги отогнать-то надо. Сейчас уберутся, никому не нервничать.

   Через несколько минут все звуки стихли, стена рассеялась, на берегу остались мы и эльфы.

– Дар, покажись им. Мар, ты тоже разоблачайся, пока они не свихнулись в ожидании.

   Мне каждый раз нравилось видеть, как меняется выражение эльфийских глаз. От ненависти и обреченности к растерянности и недоумению, а от них к недоверчивой, несмелой, но радости. А когда еще и в таких количествах… Тридцать семь сразу! Ха-Дэр не поскупился с наградой. Вожак оборотней мне определенно импонировал, даже его выходка с оборотом.

   Неподвижность на эльфах продержалась недолго, и скоро берег наполнился шумом, смехом, разговорами. А потом мы перевозили их в Лес. Даже со всей скоростью келпи процесс оказался не быстрым, транспорт наш, чтобы не вызвать подозрений, мог взять не более троих: двое в коробе и один в «салоне». Пришлось сделать двенадцать рейсов, а двоих забрать в лазарет. Первый оказался из тех, кого прежние хозяева забрали с Прощальной площади, он, чтобы мог стоять под заклинанием, был привязан к двум другим, обнаружили его сразу. Второй был с «гламурного аукциона», хозяйка с садистскими наклонностями решила поменять игрушку, почти пришедшую в негодность от бесконечных порок и бесчисленного числа сигарет, затушенных о кожу, его нашел Алдариэль, заметив выступившую на рубашке кровь.