Клоп - Илья Шананин

Долго ждать не пришлось, ребята высказали слова восхищения и распахнули створку. К их разочарованию контейнер оказался пуст.

— Зачем человеку выкидывать бланк, храня здесь ценные вещи? — произнесла Джозиз.

— Может, хоть что-то осталось, — надеялся Пиус.

— Зайдем внутрь, — предложил Крочик. — Тут полно мусора.

В углах контейнера лежала какая-то мелочь вроде отрезков проволоки или кусков пенопласта.

— Тут просторно, — заметила Лил, — могло перевозиться что-то габаритное.

— Допустим, автомобиль, — сказал Пиус.

— Даже парочка.

— Пара угнанных автомобилей, — подвел итог Пиус.

Джозиз удивилась их выводу, а потом сказала, что нашла какой-то пакет. Ребята прошли вглубь к зарытому в мусор темному свертку.

— Вот доски, — сказала Лил. — Для перевозки автомобилей нужны доски?

Пиус нагнулся и поднял сверток.

— Вытащим его на свет.

Возле двери ребята разглядели покрытый пылью черный пакет. Пиус высыпал содержимое. На полу образовалась гора оберток от шоколадных батончиков.

— Преступник — сладкоежка, — сказала Лил.

— Если их съел он, — сказала Джозиз.

— А кто бы их тогда съел?

— В этом и вопрос. Может, в контейнере перевозили не что-то, а кого-то.

— Крочик, в таких контейнерах перевозят животных? — спросил Пиус.

— Теоретически это возможно, — сказал Крочик, — здесь есть заслонки для вентиляции. Но для животных существует специальная регистрация.

— Какие звери питаются шоколадом? — засмеялась Лил. — Ой, а это что?

Она вытащила из горы оберток картонку.

— Это же автограф Даэркрона! — воскликнул Пиус. — Что он здесь делает?

— Очевидно, то же, что и остальной мусор, — сказал Крочик.

— Преступник — не его фанат, — согласилась Джозиз.

— Тогда откуда у него автограф? — спросила Лил.

— Оттуда, что он их раздает направо и налево.

— А это не упаковка от конфет с миндалем? — Лил показала пальцем. — Может, в эти сладости подмешивали яд?

— Ну, ты притянула!

— Но, возможно, — сказал Крочик, — стоит… ну… проверить.

— Ты прав! — обрадовалась Джозиз. — Нужно все проверить заклинанием "преступные намерения".

— Я не имел в виду ничего масштабного.

— Я знаю, чей это автограф! — вдруг обратил на себя внимание Пиус.

— Даэркрона? — неуверенно произнесла Лил.

— Да нет, я знаю, кто был обладателем автографа.

— Откуда?

— Вот, смотрите, неразборчиво, но с ошибкой написано "Дарэкрон". Я лично видел, как он оставил этот автограф Снуку.

— Выходит, Снук? — повторила Джозиз.

— Это еще не все. У Снука уже был автограф, он собирает их для сестры. А этот он продал Корбу, который, сидя в прачечной, не мог сам получить автограф.

— А он ему нужен? — спросил Крочик, показывая на мусор.

— Не знаю, но он его.

— Вряд ли Корб занимался перевозкой контейнера, но рассмотрим его как соучастника, — сказала Лил.

— Точно, хотелось бы знать его роль, — сказал Пиус.

— Давайте просто поговорим с ним, — предложила Лил.

— Ты шутишь? — посмотрела на нее сестра. — У нас ничего нет, что это будет за разговор такой?

— Но интересно, почему Корб вообще ввязался в это. Что если его обманули? Мы не станем прижимать к стене, а только намекнем и проверим реакцию.

— Если считаете, что это правильно. Но сначала закончим здесь.

Крочик первым вышел из контейнера, за ним последовали Пиус и Лилил. Джозиз присела на корточки рядом с горой оберток, поправила волосы и достала из висевшего на шее маленького кошелька аккуратно сложенный листок.

Слова заклинания прозвучали настойчиво, будто готовились разоблачить целый преступный заговор, но на полу с оправдательным приговором появилось голубое пламя. За первым последовало второе, снова голубое, затем третье, пылающие обертки торопливо отлетали в сторону, и трое ребят, наблюдавшие на расстоянии, почувствовали что-то тревожное. Крочик с каждым новым заклинанием увеличивал расстояние. Лил, наоборот, осторожно подступала к сестре, стараясь о чем-то ту предупредить. Наконец, Джозиз, чтобы не слушать, подошла и прикрыла за собой дверь, показав странно блестевшие глаза. Пиус с Крочиком заметили, как расцвела ее красота. Они застыли придавленные необъяснимой силой, Лил тоже потеряла дар речи.

Прошло некоторое время, в тишине дверь стала медленно открываться. Из контейнера наружу бросился свет самых различных цветов от изумрудного до пурпурно-серого. В его лучах на пороге показалась Джозиз, с опущенными плечами и растерянным взглядом.

— Кажется, с заклинанием что-то не так, — притихшим голосом произнесла она. — Думаю, оно испортилось.

— Испортилось? — удивилась Лил.

— Это я что-то испортила. Все работало, а потом голубой стал синим, синий превратился в фиолетовый…

— Почему не остановилась?

— Фиолетовый… Не знаю, мне казалось, так и должно быть и я понимаю, что происходит, а дальше… мне стало страшно.

— Вот глупенькая, — сказала Лил, подошла и обняла сестру.

В эту минуту Пиусу впервые пришло в голову, что Лил все-таки старшая из сестер.

На обратном пути все проявили немало смекалки, чтобы выставить происшествие в смешном виде и развеселить Джозиз.

В отеле они сразу направились к Корбу, миновав братьев-близнецов, увлеченных поправлением каких-то ленточек на груди. На этот раз Элберта в комнате с устаревшими механизмами ребята не встретили. Они спустились по винтовой лестнице и тесно забились в небольшой лифт.

Увидев такую компанию, Корб растерялся. Он нечасто с кем-то виделся. А в прачечную к нему кроме Снука, наверное, вообще никто не наведывался. Но хотя бы Пиуса он знал, поэтому на нем сосредоточился, отвлекшись от машин.

Все робко поздоровались и перешли сразу к делу.

— Где мой что? — переспросил Корб.

Сейчас машины работали в каком-то особенно шумном режиме.

Когда Корб подошел к ребятам, Пиус заметил и на его груди золотую ленточку.

— Мы нашли в парке аттракционов автограф Даэркрона, который вам продал Снук, — почти прокричала Лил.

— Я ничего у него не покупал, — отозвался Корб; добавив: "простите", он подбежал к какому-то аппарату и переключил рычаги. Звук машин изменился, все загудело, словно заработало быстрее, даже со свистом, но при этом стало значительно тише.