Клинком и сердцем. Том 2 - Ирина Успенская

«Принц…» Слово резануло Грегора неожиданной болью, так спокойно и обыденно Аранвен его произнёс. А ведь для них обоих оно долгие годы относилось к другим юношам. Совершенно другим!

— И как вы намерены отдать это всё… — повёл он рукой, — Вальдерону-старшему?

— Я? — удивился канцлер. — Всеблагая с вами, Грегор! Сам меняла ему и отдаст, как намеревался. Вы же не думаете, что он станет распространяться об участии моих людей? После настоятельной просьбы этого не делать.

— Разумеется, — кивнул Грегор. — Но что с Вальдероном? Письмо пришло из Шермеза, а это значит, что они не скрываются, а продвигаются к порталу и скоро достигнут его.

«А значит, безумная девица и не собиралась прятаться, — подумал Грегор, невольно удивляясь самому себе. И как можно было поверить в то, что кто-то из Ревенгаров упустит возможность совершить подвиг? Разумеется, не думая о последствиях! — И уж конечно, ей и в голову не придёт пожертвовать бастардом… Претёмная, как же я был слеп! Как можно было беспечно уверить себя, что девчонка просто пересидит опасность в надёжном месте? Словно я не успел узнать её за эти пять лет!»

— Надеюсь, — уронил он, стараясь не морщиться от странной резкой боли где-то за грудиной. — Вы понимаете, что их мало найти? Необходимо остановить и как можно скорее.

— Смею надеяться, понимаю лучше, чем вы, — веско уронил канцлер. — Керуа полностью перекрыт. Посты стоят на дороге и всех тропах после города. Мои люди клянутся, что у них мышь не проскочит. Нам остаётся только ждать. Кстати, Грегор, если уж вы здесь… Что скажете об Эдуарде Райнгартене?

— Младшая ветвь? Капитан Райнгартен, служивший под личным началом Эжена? — Грегор не без труда вспомнил ничем особо не выделявшегося офицера. — Много старания, мало собственного мнения и всегда сверкающие золотые эполеты.

— Исчерпывающе, — вздохнул Аранвен. — Однако он уже полковник. И командор Райнгартен отправил его с полком егерей в окрестности Мервиля. Там прорыв, как оказалось, произошёл на месте бывшего храма Баргота, разрушенного сто лет назад…

— Жертвенник?

— Да. Очень старый и заброшенный, но… Прорыв оказался… как же это… аномальным. По размеру и количеству демонов.

— Я помню, вы мне писали об этом, — кивнул Грегор. — Всё настолько плохо? Ну, полк егерей должен справиться. Хотя если демоны уже разбежались по лесам…

— Не разбежались, — сухо сказал канцлер. — Они сбились в стаи по несколько сотен и нападают на деревни. Я не уверен, что таланта полковника Райнгартена хватит для истребления этой угрозы силами всего одного егерского полка, но и он сам, и командор Райнгартен убеждают меня в обратном.

— Райнгартен с ума сошёл? — растерянно поинтересовался Грегор. — Мервиль — сплошные болота. Если тварей настолько много… Всего один полк егерей они попросту вырежут! Ангус, подкрепление им необходимо! Я поговорю с Ладецки и Этьеном Райнгартеном, отправим боевиков и стихийников!

— Буду очень благодарен, — согласился Аранвен и потёр виски пальцами. — Ах да, ещё одно. Умер его величество Флоримон.

— Давно пора, — с огромным удовольствием сказал Грегор. — Туда ему и дорога, старому мерзавцу. Не смотрите на меня так, мы оба прекрасно знаем, кто до последнего дня лелеял надежду на новую войну. Его сын, насколько знаю, настроен мирно, и это хорошо для Дорвенанта.

— Это так, — снова поморщился канцлер. — Но вы как всегда думаете о государстве больше, чем о себе. Грегор, если постоянная угроза войны с Фраганой уйдёт в прошлое, кое-кто в Совете может решить, что у нас нет необходимости в…

— Во мне, — закончил Грегор. — Да, полагаю, так и будет. Но знаете, Ангус, я никогда ничего не хотел для себя, кроме справедливости. Пусть новый король, кем бы он ни был, судит мои нынешние дела, а не прошлую славу. Справедливость — это такая большая роскошь, как я теперь понимаю, что большего и желать нельзя.

Аранвен только вздохнул и подвинул к себе бумаги, из чего Грегор сделал вывод, что встреча окончена.

Раскланявшись, он вышел из кабинета канцлера, уже предвкушая, как доберётся домой и, наконец-то, выспится. Но в огромном дворцовом холле, когда лакей уже подал тонкий весенний плащ, его окликнули:

— Грегор! Позволите вас ненадолго задержать?

«Райнгартен? — устало изумился Грегор. — И как он успевает быть везде?!»

Он обернулся, кивнул стихийнику, успевшему сменить мантию магистра на придворный камзол, и заметил, что Райнгартен выглядит не только нарядным, но и каким-то смущённо-довольным, если не просто счастливым.

— Грегор, у меня к вам важнейшее дело! — проговорил он, понизив голос. — Я понимаю, что вы заняты каждую минуту, но довериться никому, кроме вас, не могу. Умоляю, окажите мне любезность!

— Этьен, вы меня пугаете! — неловко пошутил Грегор. — Вам нужно срочно кого-то убить и спрятать труп? Для вас — что угодно, даже это.

— О, что вы! — махнул рукой Райнгартен и хохотнул: — В таком случае мы бы с кузеном и сами управились по-семейному. Нет-нет, у меня совсем иная просьба.

Он посмотрел с неожиданной серьёзностью и ещё тише сказал:

— Вы не могли бы завтра приехать к нам и обновить защиту на доме? Клянусь, мне действительно неловко просить, но другого такого мастера я просто не найду!

«Это верно, — признал Грегор. — Эддерли — специалист по призракам, а Денвер… И, разумеется, Райнгартены предпочитают лучших, поэтому кто-то из менее известных и сильных мастеров им просто не подходит».

— Вам угрожают? — изумился он вслух. — Этьен, разумеется, вы можете на меня рассчитывать!

— Благие с вами, Грегор! — торопливо прервал его стихийник. — Никаких угроз! Обычная предосторожность. Дело в том, что моя дорогая Мэнди…

В его глазах блеснуло такое сытое и блаженное мужское самодовольство, что Грегор невольно улыбнулся.

— Так вас можно поздравить? Я очень рад!

— Ещё рано, — вздохнул стихийник, по-прежнему сохраняя вид кота, обожравшегося сливок. — Так долго ждать…

— Ну, вы ждали гораздо дольше, выбирая супругу, — усмехнулся Грегор. — И ведь не прогадали? Хотя, признаться, я был немного удивлён вашим выбором. Нет-нет, она… прелестна! — поспешно исправился он, вспомнив миленьких, но невыносимо скучных и отвратительно одинаковых блондинок, представленных ему обоими Райнгартенами. — Но почему Вальдероны? Они, кажется, не выделяются ничем особенным, кроме добродетельной жизни в поместье?

— Считаете это недостатком? — усмехнулся в ответ Райнгартен. — Грегор, вы просто не созданы для тихого семейного счастья. Или ещё не встретили ту единственную, с которой захотите именно этого. Да, скажу откровенно, моя супруга не блистает умом и талантами, но умных людей мне хватает в Академии и при дворе. Право, иногда так устаёшь от этого! — Он доверительно взял Грегора под локоть и повёл от лестницы к галерее, по пути рассказывая: — Ах, Бастельеро, вы не представляете, какое это счастье просто приехать домой и оставить за порогом всё! Дела, интриги, склоки и сплетни… Мэнди сама заваривает мне шамьет и даже печёт пирожные! И спрашивает о делах… Ради приличия, конечно, всё равно она в них ничего не понимает. Но так внимательно слушает о каком-нибудь пустяке!