Новенькая для коменданта - Дарья Сорокина

Генри нервничал, его руки дрожали, а на лбу выступила испарина, но его усилия дали результат. Земля под ногами юноши разверзлась и две корявые лапы, усеянные металлической стружкой и картофельными очистками ухватились за края ямы и подтянули вверх бесформенную кучу мусора.

Через мгновение самое счастливое, уродливое и вонючее существо вцепилось Генри в ногу и завиляло хвостом из облезлых метёлок для пыли. Мой секретарь страдальчески закатил глаза и похлопал призванное нечто по голове, больше напоминающей огромный клубок ниток. Глаза, лапы, уши — все было собрано из старых отходов, словно кто-то однажды смастерил этого нелепого голема и выбросил. Вот только существо не захотело погибать и стало духом.

— Превосходный экземпляр, аспирант Мокбрайт, — на полном серьёзе заключила Блекстрем, зажимая нос.

Присутствующие, включая Генри её энтузиазма не разделяли, а сам дух, прятался за спиной призывателя.

— Только красотой он явно не отличается, — прогундосил кто-то из студентов, а остальные рассмеялись.

Странное дело, но мой помощник отправил в толпу гневный взгляд. Как бы ему ни было стыдно за это фиаско, но своё существо он в обиду не давать не собирался.

— Заменим параметр красоты верностью, редко встретишь такое глубокое чувство к призывателю. Чудесно, Генри. Балуйте встречами почаще, он очень тоскует, — хвалила Мантинора.

— Тогда Мокбрайт разорится на стиральном порошке и шампуне.

Хохот уже не смущал моего секретаря. Он стоял в круге и поглаживал за ухом своего голема.

— Госпожа Ранвей, ваш черёд удивить нас, — Мантинора пригласила Алоизу последовать примеру Генри.

Теперь уже Алоиза вышла вперёд. Мокбрайт перебросил ей в руки артефакт, и девушка с тяжёлым вздохом обозначила круг на земле. Она нервничала не меньше своего соперника, а её волнение странным образом передавалось мне, и дело было вовсе не в парных обруче и браслете. Что-то другое заставляло мои руки дрожать, а сердце неистово колотиться, словно перед последним в жизни мгновением, а затем тьма в очередной раз откликнулась на зов новенькой и покинула моё тело.

Алоиза

У Генри вышло более чем сносно. Его дух хоть и смердит на весь Нуридж, но кажется очень даже милым. Это явно будет лучше той чёрной кляксы, что я вызвала в студенческие годы. Неуверена, что сегодня даже прошлый фокус смогу повторить вновь. Зато вся эта глупая дуэль быстро кончится, и я пойду готовиться к завтрашним парам. На Мокбрайта я уже не злюсь, единственное, что меня тревожит это мой собственный бесконтрольный язык. К счастью, помощник капитана Дайхарда умело контролировал не только своё призванное существо, но и меня, не позволяя ляпнуть лишнего в нашей с ректором беседе.

Вздохнула. Ненавижу проигрывать. Споры, результаты контрольных, грамоты, средние баллы. Победы всегда были важны мне, чтобы доказать что я могу что-то сама без помощи своего могущественного отца.

Сегодня просто не мой день. Надо принять это. Очертила защитный круг.

В прошлый раз призыв быстро прекратили. Папенька долго ругался с преподавателями, и мне пришлось спешно сменить специальность. Видимо, его тоже оскорбил мой провал. Но сегодня родителя нет рядом. Чего же я так боюсь?

Потянула пространство за края, словно неумело зашитую прореху, нити затрещали и натянулись, пока не лопнули и не явили небольшой разлом. Пока все шло хорошо. Ну же, клякса, выходи.

Ждать она себя не заставила, растеклась у моих ног черной вязкой жижей. Все как в прошлый раз, только никто не останавливает меня. Присутствующие напряженно замерли, когда существо схватило мои лодыжки. Мне бы тоже стоило испугаться, если бы я уже не была знакома с этой кляксой и её крепкими объятиями.

— Знаешь, это не спортивно по отношению к Генри, — строго погрозила четырем хитрым глазам, которые так привычно таращились на меня.

Тьма так не считала, ползла выше по моей новой робе, продолжая меня тискать. Ужас на лицах студентов и преподавателей становился все отчетливее. Боялись все, кроме меня и Гидеона. Мне было даже весело, а вот капитана снедало чувства стыда, за свою любвеобильную компаньонку, которая уже полностью сформировалась из чёрной жижи в четырёхглазого кота с огромным пушистым хвостом.

— Какой любопытный экземпляр, — госпожа Блекстрём поправила очки на переносице и подошла ближе к защитному кругу. — Элоиза, почему у вас такие низкие баллы по призыву. Это существо тянет на очень высокую оценку.

— Помню смутно, но, кажется, экзаменаторов сильно напугало то, что они увидели. Испытание прервали досрочно.

— И что же это у нас такое? — Мантинора нахмурилась.

Я нашла взглядом Гидеона. Он быстро приложил палец к губам и покачал головой.

— Это тучка. Особый вид грозовой тучи, — врала почтенной призывательница, которая с легкостью смогла бы определить природу духа, подойди она чуть ближе.

— О да, — подал голос ректор Дайхард. — Мы же все наслышаны, как госпожа Ранвей попала в Нуридж. Натравила на своего жениха нечто подобное.

Для убедительности я пощекотала тьму несильным электрическими разрядами, словно это она испускала их.

— Я бы хотела изучи…

— Ставьте баллы, госпожа Блекстрём, — перебил её Гидеон и встал между мной и женщиной. — Элоизе, ещё нужно отчитаться за годовые учебные планы.

— Но мы только начали, — разочарованно выдохнула Мантинора.

— Красота, сила, ловкость. Оценивайте, Мантинора, — настаивал Дайхард, все ещё закрывая меня от призывательницы.

— Хорошо, адепты Ранвей и Мокбрайт. Простой тест на силу. Смогут ли ваши существа поднять вас.

Тьма капитана Дайхарда, не дожидаясь моей команды, оторвала меня от земли, а вот голем Генри, как ни старался не мог справиться с этой задачей, он безуспешно дергал ногу своего призывателя и выглядел крайне расстроенным.

Ловкость он тоже провалил, когда Мантинора попросила наших существом пройтись по кругу. Тьма красовалась перед зрителями, бегала вприпрыжку, крутанула сальто и приземлилась на все свои шесть лап. Существу моего соперника все давалось с трудом, но оно старалось изо всех сил, кряхтело, но делало, что не могло не вызвать криков поддержки наблюдателей. Никто в Нуридже больше не смеялся над нескладным уродцем, напротив все искренне болели за него и Генри.

— Думаю, мы увидели достаточно, чтобы выбрать победителя. Госпожа, Ранвей, вы были зачинщиком дуэли, хотите подвести итоги, или примиритесь с аспирантом Мокбрайтом? — предложила Мантинора.

— Мы примирились ещё до дуэли. Если Генри не против, я бы признала его победителем.

Тьма недовольно заворчала. Показушница явно надеялась заслужить высокий балл. Зато я почувствовала облегчение. Меня совсем не волновала победа.

— Ничья, — поправил меня Генри. — Это было поучительно для нас обоих.

— Секунданты? Вы довольны исходом? — поинтересовалась призывательница: — Замечания? Не были ли нарушены правила?