Заговор красных генералов - Вадим Хлыстов

Леонтьев задумчиво потер лоб:

— Вы понимаете, что произойдет? Мы же обрушим биржу. Если она устоит, то это будет чудо. Сейчас, после кризиса, такие масштабные операции с валютой очень чреваты. Тем более что английское правительство совсем недавно отказалось от золотого обеспечения фунта, а американское девальвировало доллар по отношению к золоту. (Для читателей. В ценах 2010 года, речь идет об операции приблизительно в 50 млрд долларов.)

— Да, я это понимаю…

— Хотя… Очень интересно может получиться. Рискованно, но может выйти.

Было видно, что он загорелся предложением.

— Кто это все придумал? Неужели вы?

Я улыбнулся:

— Придумал некий Сорос, но боюсь, вам это имя ни о чем не скажет.

— Да, действительно, никогда о нем не слышал. Вы познакомите меня с ним? Очень было бы интересно пообщаться.

— К сожалению, сейчас это просто невозможно. Как-нибудь потом, Василий Васильевич.

Леонтьев твердо посмотрел мне в глаза:

— Вы не скажете, для чего вам это надо?

— Почему же не скажу? Скажу. Я в перспективе хочу начать вести дела с немецким бизнесом, и такой козырь в рукаве, как обладание определенным количеством акций ведущих германских компаний, мне не помешает. Он не помешает и «Росс Кредиту», директором которого вы являетесь. С вами начнут считаться в Европе и США как с человеком, способным пойти на риск и получить законную прибыль. Законы волчьей стаи в бизнесе никто не отменял и отменять не собирается. Сильного и удачливого уважают, а победитель всегда прав. Сейчас банк, директором которого вы являетесь, просто один из многих и практически никому не известен. Эта операция послужит ему прекрасной рекламой и привлечет новых клиентов. Согласитесь, что хотя бы ради этого можно пойти на риск.

Я повернулся к Юденичу.

— Николай Николаевич, для выполнения задуманного также будет необходима помощь прессы, подконтрольной фонду «Общества ревнителей русской истории». Потребуется ряд статей в газетах и журналах о нестабильности существующих валют. Это должны быть информационные удары, которые обязаны создать у читателей состояние неопределенности и неуверенности. Для успешного выполнения задуманного, выдачи точных прогнозов — как будет вести себя рынок в том или ином случае и как вести газетную кампанию, я пришлю вам пять специалистов в области прогнозирования и психологии со специальным оборудованием. Для них выделите отдельный зал. В нем обязательно должно быть подведено электричество с резервным источником питания. Вопросы от моих людей в процессе их работы могут быть совершенно разные. Так что вам надо будет предоставить не менее двадцати своих специалистов из области финансов, юриспруденции и журналистики, которые смогли бы оперативно выполнять их поручения. На вас также будет лежать обеспечение охраны создаваемого инвестиционного фонда. Справитесь?

— Да что там справляться. Поручу ее организацию вашему человеку, который вместе с бюро Пинкертона начинал строить нашу внутреннюю службу безопасности. Он прекрасный специалист, и бывшие офицеры его чуть ли не боготворят. Я думаю, у него все получится.

— Тогда давайте определяться, господа. Мне нужен четкий и недвусмысленный ответ — согласны вы или нет.

Юденич с Леонтьевым переглянулись, помолчали, а потом почти одновременно произнесли:

— Да.

— Хорошо, тогда через десять дней, начиная с сегодняшнего, к банку ежедневно будет подъезжать крытая машина, которая будет привозить золото в слитках. Еще раз повторяю, что кульминацией задуманного должна быть дата 26 января 1934 года. Прошу ее постоянно учитывать при всех раскладах.

Почти семейный ужин мы завершили к полуночи. Юденичи настоятельно просили меня остаться хотя бы переночевать. Но я, сославшись на срочность дел, отказался и попросил вызвать мне такси, чтобы ехать на вокзал. Не доезжая квартала до центра города, я приказал водителю остановить машину, сказав, что хочу пройтись по ночному Цюриху. Дождавшись, пока машина скроется за углом, свернул в ближайшую подворотню и из нее шагнул прямо в свою квартиру, в которой меня уже ожидал Стас.

— Все в порядке, — ответил я на его вопросительный взгляд. — Юденич с Леонтьевым согласились и начинают работать. Завезешь ящики с нашей дезой к ним в помещение фонда и оставишь охране. Берзин потом их заберет. Затем займись архивами в Париже и в Джорданвилле. У тебя полный карт-бланш на твои штучки.

Стас потер руки и хищно улыбнулся:

— Ох, я и порезвлюсь…

Мне почему-то стало жаль парижан и жителей штата Нью-Йорк…

Париж наводнили слухи. Шептались в дешевых бистро и дорогих ресторанах, тихо переговаривались на улицах и в элитных салонах. Слухи были самые невероятные. Одни утверждали, что в столице республики якобы объявилась большая группа сотрудников ОГПУ, которые получили задание уничтожить чуть ли не все руководство Русского общевоинского союза. Другие говорили, что генералов хотят выкрасть, как Кутепова, и устроить над ними показательный суд в Москве. Поговаривали, что чуть ли не сам начальник ОГПУ сейчас в Париже и руководит всей операцией. Всегда находился свидетель, у которого брат жены или знакомый тещи видел самого Менжинского. Темные очки, надвинутая на глаза шляпа, поднятый воротник кожаного плаща и зловещая усмешка были обязательными атрибутами таких рассказов.

Когда слухи среди обывателей перешли в состояние уверенности, что так на самом деле и происходит, в управление полиции пригорода Парижа Булонь-Бийанкур, в просторечии — Бийано-Курск, где проживало много русских эмигрантов, позвонил неизвестный и сообщил, что сегодня вечером на улице Карно, 7 будет ограблено отделение банка «Кредит Агриколе». Неизвестный представился как член банды, решивший «завязать» с преступным прошлым и начать жить честно. В полиции к сообщению отнеслись со всей серьезностью, так как в столице и пригородах с недавних пор действительно появилась банда, проведшая ряд дерзких ограблений банков, на след которой никак не удавалось выйти.

Через несколько минут после звонка в полицию другой неизвестный, назвавшийся поборником свободы слова и информации, обзвонил отделы криминальных новостей центральных французских газет и сказал, что сегодня полиция будет арестовывать агентов ОГПУ, о которых уже несколько дней говорит весь Париж. Якобы их уже обложили в квартире, но все происходящее полиция пытается скрыть от общественности, чтобы в случае неудачи уйти от критики. По удивительному стечению обстоятельств адрес и время, указанные звонившими, совпали. Но в жизни бывает много удивительных случайностей и странных совпадений, не правда ли?

Ровно в девять часов вечера на тихой улице Бийанкура появилась медленно ехавшая машина. Окна ее были затемнены, и сторонний наблюдатель старался бы напрасно, пытаясь разглядеть водителя. Хотя таких наблюдателей было более чем достаточно. Доехав до дома, в котором размещалось отделение «Кредит Агриколе», автомобиль внезапно остановился. Его двигатель несколько раз чихнул, пытаясь снова завестись, но потом, по-видимому, решив оставить это безнадежное дело, просто взорвался. Взрыв был не сильный, однако облако дыма, начавшее исходить из капота машины, начало быстро заволакивать все вокруг, а сама легковушка занялась таким сильным пламенем, что к ней невозможно было подступиться. По воле случая машина остановилась прямо над люком канализации, который чья-то заботливая рука в момент остановки отвела в сторону. Из люка понесся звук сирены воздушной тревоги такой силы, что от него выворачивало наружу все внутренности, и от которого заныли зубы жителей во всем квартале.