Последний дракон - Йон Колфер

Еще одно потрясение настигло Пшика, когда он приволок мясо в дом через черный ход в три часа утра. В лачуге его ждал Хук, по-хозяйски развалившийся в кресле. Такой поворот заставил сердце Пшика забиться так сильно, что жаром, судя по ощущениям, вспыхнуло все тело.

– Что у тебя там, Пшик? – поинтересовался констебль, подаваясь вперед, будто к нему.

– Стейки из кабана, – ответил Пшик, радуясь простому вопросу, потому что к сложным дебатам он явно не был готов. – Мистер Ваксмен охотился.

– Угу, – отозвался Хук. – Надеюсь, у старого дурня есть лицензия. Иначе придется нанести визит.

Пшик дотащил сумку до холодильника и принялся перекладывать мясо.

«Просто заболтай его как умеешь, – сказал мальчишка себе. – Все те же на манеже».

– Есть, конечно, констебль Хук, сэр. Я сам видел. Вечно ей козыряет. Типа «Ваксмен, ФБР», вот только это охотничья лицензия. Шутит он так, понимаете?

Хук хохотнул.

– ФБР? Черт. Забавный парень этот Ваксмен. В его-то возрасте, небось, вообще помнит, как то ФБР создавали.

Пшик спрятался за дверцей холодильника, гадая, что за ерунда творится и как, на фиг, выпутываться.

Констебль свистнул.

– Слышь, малец, иди-ка сюда. Разговор есть.

Пшик несколько раз тяжело сглотнул, потом высунул голову.

– Не в обиду, констебль, но я несовершеннолетний, а моего родителя здесь нет.

Пшиковы познания в отношении прав Хука ничуть не расстроили.

– Черт, сынок, ну можем подождать твою матушку, если так хочешь. Итить, да единственная причина, по которой я заглянул в сей страшно сказать какой час – хоть малость избавить Элоди от драмы. Ей и без того хватает, с минимальной зарплатой и этим ее мужиком, который столько лет долговую яму рыл. Не говоря уже о семейной трагедии, которая у вас тут происходит.

Перечисленные факты ударили по Пшику, словно боксерская двойка. Его коробило, что такой, как Хук, знает о семье Моро так много.

– Но вам нельзя так просто заходить.

Хук встал, будто собрался проваливать.

– Верно, сынок, но дверь была распахнута, и я, руководствуясь духом добрососедства, зашел проверить. Я всего лишь хочу вычеркнуть тебя из подозреваемых, потому как твоя матушка заверяет, пламенно заверяет, ни больше ни меньше, что ты, так сказать, прозрел. И она, может, не упоминала, но ты должен был мне позвонить.

Пшик медленно кивнул, лихорадочно соображая. Мама упоминала замес про динамит, но Хук, разумеется, прекрасно знал, что взрывались на болоте только его собственные гранаты.

«Подловить хочет, – подумал мальчишка. – Выяснить, вдруг это я был в камышах».