Первоклассная учительница, дракон и его сын - Лариса Петровичева

- И что же королева говорит о своем возможном браке? - поинтересовалась я. Мадс развел руками.

- Пока ничего. Но я не сомневаюсь - она уже думает об этом. И у нее есть кто-то на примете.

Разумеется, я ждала подвоха, но Гектор внимательно осмотрел лошадь, не пропустив даже кусочка белой шкуры, и сказал:

- Ничего особенного. Халваринская белая, очень дорогая, но. - он погладил гордую голову, и Звездочка едва слышно всхрапнула и махнула хвостом. - Лошадь как лошадь. Хороший подарок.

Кажется, Кайлен вздохнул с облегчением. Я поняла, что он всерьез отнесся к моей пословице про данайцев и их дары. Выходит, что Райна просто хотела подлизаться к нему

- показать, что не настолько она плоха, раз дарит такие ценные подарки его ребенку.

- Подозревали в ней гейнеберга? - уточнил Гектор. Кайлен нахмурился и кивнул.

- Откровенно говоря, да, - признался он таким тоном, словно Гектор заподозрил его в чем-то очень предосудительном.

- Что такое гейнеберг? - поинтересовалась я.

- Существо, очень похожее на лошадь, - объяснил Гектор. - Только профессионалы могут их различать. Но лошадь наш друг, а гейнеберг очень редкий и опасный хищник. Лучше вам не знать, что бывает с теми, кто сядет ему на спину.

Да что там было знать - я понимала, что незадачливый всадник превратится в обед. Мне невольно представилась окровавленная лошадиная голова с распахнутой пастью, полной шипастых зубов. Зрелище вышло настолько впечатляющим, что по спине прошел озноб.

- Это вам, - небрежно произнес Кайлен. - Мой подарок.

Гектор вопросительно поднял левую бровь - настолько щедрый дар его удивил, но он постарался не показывать своего удивления и лишь коротко поблагодарил. Я подумала, что Кайлен ждал более пылкой и горячей признательности.

Занятие верховой ездой прошло спокойно. Джолион уже освоился, Гребешок тоже к нему привык, и целый час они спокойно ездили по кругу. Я сидела на ограде прогулочного поля, чувствуя себя веселой крестьянкой, Кайлен шел рядом с пони и что-то негромко говорил Джолиону. Мальчик казался немного рассеянным, но я понимала, что он внимательно ловит каждое слово отца.

Мир был счастливым и безопасным. В него можно было выйти. Я старательно гнала прочь неприятные мысли - Райна так и вилась вокруг Кайлена, в королеве Халлорана проснулась драконья кровь, и неприятных предчувствий было слишком много. Я никак не могла отогнать от себя мысли о том, что Айви аш ан Тан убили, и это убийство как-то связано с возвышением ее величества.

А это было именно возвышение. Все газеты и телеканалы захлебывались от восторга, исторические передачи о прошлых королях шли нескончаемым потоком, и абсолютно все считали, что драконья королева на троне Халлорана - это счастье и благословение для всех жителей страны.

Теперь ее величество Вилейна просто обязана была выйти замуж. Пока об этом говорили не на главных телеканалах и не в самой серьезной прессе, но я понимала, что скоро все изменится, и королева объявит о помолвке.

Кого, интересно, она выбрала в мужья? Это будет, разумеется, дракон - любой, пусть даже не самый богатый. Главное здесь - драконья кровь, именно она возвышает над остальными. Я уже успела узнать, что человек может быть хоть королем, хоть президентом - его все равно будут считать ниже даже самого слабого дракона.

Кайлен неторопливо шел рядом с Гребешком. Джолион улыбался, и над его головой парили крошечные искорки. Мысленно я принялась загибать пальцы, подсчитывая: к мальчику вернулся огонь, он с каждым днем все лучше владеет своим телом, он пусть невнятно, но говорит, почти перестал устраивать истерики - тот концерт, который он закатил для Райны, не в счет - и потихоньку начинает говорить. Джолион аш ан Тан постепенно выбирался из своего кокона.

Осталось понять, что именно загнало его туда. Смерть матери потрясла мальчика и сокрушила его душу - но было еще что-то, намного страшнее и хуже этой смерти, что-то, связанное с Райной.

А ведь с нее сталось бы подарить не простую лошадь, а гейнеберга. Всегда можно было бы сказать, что ее обманули, а она сама не разбирается в лошадях так, чтобы отличить их от скрытых монстров. Да, несчастный случай, трагический несчастный случай...

Я поежилась и решила, что наговариваю.

Кайлен и Джолион сделали еще один круг по тренировочному полю - скоро мы отправимся домой. Надо же, я теперь считаю Халлоран своим домом. А могла бы сейчас готовиться к урокам, учить детей английскому и спорить с завучами, доказывая, что имею право на фото в купальнике у бассейна.

Пустяки, казалось бы - но по опыту своей семейной жизни я знала: если позволишь смять себя в пустяках, то тебя постепенно сотрут и отменят.

А завтра... я подсчитала дни - да, завтра у меня был бы день рождения. Я заказала бы пиццу, пролистала поздравления в соцсетях, и это, в общем-то, был бы самый обычный день, ничего особенного.

- Ты выглядишь мечтательной, - заметил Кайлен, когда мы переодели Джолиона и направились к машине. Я улыбнулась, и мне вдруг показалось, что мы сейчас похожи на обычную семью. Мама, папа и сын - мы возвращаемся с приятной прогулки, и впереди у нас еще целый вечер. Можно поиграть во что-нибудь, посмотреть фильм, почитать. Пиццу съесть и перемазаться соусом - и смеяться от счастья, потому что все мы рядом, все мы есть друг у друга.

На мгновение мне сделалось грустно. Я напомнила себе, что нужно не тонуть в мечтах, а помнить свое место, и ответила:

- Просто вспомнила, что завтра у меня день рождения. Подумывала, не испечь ли пиццу.

Джолион подпрыгнул, радостно замахал руками - он не знал, что такое пицца, но мой завтрашний день рождения привел его в неописуемый восторг. Кайлен подхватил его на руки и поинтересовался:

- Что такое пицца?

- Такая лепешка из теста, на которую выложена начинка, - объяснила я. - Очень вкусно.

- Согласен, - кивнул Кайлен. Шофер открыл перед ним дверь и помог закрепить Джолиона в детском кресле. - Но готовить в свой праздник - это не дело. В день рождения надо отдыхать и веселиться.

Я не могла не согласиться с этим.

- Я кое-что придумал, - сообщил Кайлен. - Завтра будет праздник. надеюсь, тебе понравится.

Мне придумывала праздники только мама - и это было так давно, что теперь казалось ярким утренним сном.

- Спасибо, - искренне улыбнулась я. - Я даже не сомневаюсь, что понравится.