Дракон старой ведьмы - Михаил Бабкин

Утром, после легкого завтрака, отряд вышел в путь. Хозяйственный, невзирая на свой помятый и ободранный вид, держался молодцом: шел по лесу с важным видом, насвистывая себе под нос что-то веселое, будто по королевскому парку гулял! Чувствовалось, что у Бони хорошее настроение, и это было неудивительно, потому что Хозяйственный славно выспался и вкусно поел. И был готов сейчас к любому подвигу: хоть с колдуном каким-нибудь еще разок схватиться, а хоть и с самой Великой Змеей силами померяться! Запросто.

Тимка, позевывая, брел позади Хозяйственного, стараясь не оступиться на случайных бугорках и не свалиться в кусты. Он, похоже, еще толком не проснулся, хотя и умылся холодной водой, и поел, и даже успел немного поругаться с Хозяйственным – умываться в походах Тимка не считал нужным. А Боня – считал. И Тимке пришлось уступить Хозяйственному, тем более что Боня, ни к кому особо не обращаясь, пригрозил не подпускать к скатерти-самобранке всяких заспанных грязнуль. На что дракон-невидимка, только что нацелившийся стащить со скатерти кусок пирога, обиженно заявил, что он не заспанный и не грязнуля. Он – дракон! А драконам можно все. Что именно – «все», Огник не уточнил, но и Боня не стал выяснять. Он только извинился перед драконом и объяснил, что категорическое заявление относилось лишь к некоторым мальчишкам, а не к некоторым драконам. После чего Огник подобрел и принялся за пирог, а Тимка нехотя пошел к ручью умываться.

Сейчас Огник летел над лесом, указывая Боне с Тимкой нужное направление. Так как самого дракона, конечно же, видно не было, Тимка перед походом предложил как-нибудь сделать Огника видимым, хотя бы на время. Покрасить его грязью, что ли… Или привязать к лапам для пользы дела что-нибудь яркое и заметное. Обнаженный «трический» меч, например. Хозяйственный, едва услышал это тимкино предложение, чуть в обморок не упал от негодования – свою любимую сабельку он не доверял никому! Даже знакомым драконам и даже для пользы дела.

А Огник не на шутку испугался, что его и впрямь могут насильно измазать грязью, или того хуже – заставят таскать в лапах опасный молниевый меч. Он чуть не дал деру после таких тимкиных слов! Хорошо, что Боня сразу же завозмущался, а то бы они долго искали себе нового провожатого – дракон так и сказал Тимке, когда Хозяйственный наконец перестал ругаться. И сам же предложил другой вариант – он, Огник, будет сигналить путешественникам с неба зеркальным листом от сосновой пальмы. Тем более что опавших листьев вокруг было пруд пруди! На том и порешили: Боня по-быстрому сплел из травы крепкую бечевку и привязал зеркальный лист к лапам Огника – чтобы дракон не устал держать стекляшку в долгом полете. После чего Огник улетел.

Тимка мимоходом глянул на небо: над лесом все кружилась и кружилась яркая дневная звезда, то улетая вперед, то возвращаясь назад. Огник явно расшалился – солнечный зайчик все время так и норовил прицельно попасть Тимке прямо в глаза. Тим погрозил кулаком в небо:

– Эй ты, лазер с хвостиком, хватит меня слепить! И так на ходу сплю, ничего не вижу. А еще ты… – Тимка отвлекся от дороги и тут же оступился. И конечно, упал в кусты, как и предполагал.

– Ну вот, – Хозяйственный вернулся и небрежно выдернул мальчика из зарослей, словно созревшую репку из земли. – Кончай ворон в небе считать! Еще в овраг упадешь.

– А что, здесь и овраги где-то есть? – настороженно спросил Тимка и огляделся.

– Будешь в небо пялиться, обязательно найдутся, – пообещал Боня. – Они, овраги, ротозеев страсть как любят, – и пошел дальше, изредка все-таки тоже поглядывая в небо. Потом остановился и уставился на облака, что-то выискивая среди них взглядом.

– Чего смотришь? – спросил Тимка, останавливаясь возле Хозяйственного. – Овражий указатель ищешь? Так его там нету.

– Не-а, – Боня протер глаза и опять стал внимательно смотреть в небо. – Ищу этот… как его… глазер с крылышками. Который тебя напугал. Кстати, а глазер – это кто? Одноглазый колдун, да? Великанский такой, с рогами и хвостом?

– По-твоему, лазер – это колдун? – опешил Тимка, потом схватился за живот и захохотал.

– Так, похоже, что глазер – не колдун. И не великан, – сделал верный вывод Боня, разглядывая хохочущего мальчика. Он небольно щелкнул Тимку по лбу, чтобы тот больше не дурачился, и пошел дальше. Тимка вприпрыжку побежал следом за Хозяйственным, на ходу распевая нарочно противным голосом что-то вроде: «Нам не страшен глазер-мазер! Где ты ходишь, глупый блазер…» – и прочую ерунду. Хозяйственный иногда оборачивался и грозил мальчику кулаком, а Тимка в ответ строил ему рожи – изображал из себя страшного глазера.

Вот так весело они и шли дальше по бесконечному лесу, пока путь им не преградила река – широкая, полноводная. Глубокая.