Разоблачить вампира - Татьяна Захарова

Максим

Я не знаю, как и когда я влип. Просто в какой-то момент с кристальной ясностью осознал, что не хочу расставаться с Вероникой. Никогда. Хочу засыпать с ней в обнимку, а по утрам будить её поцелуями. А потом долго любить сонную и мягкую малышку. Именно любить, как бы странно это слово не звучало. Да, вампиры не могут любить людей, но и обычным сексом то, что происходит между нами, назвать я не могу.

Иногда страсть затмевала мой рассудок, но даже в такие моменты, я всегда помнил о её хрупкости. Словно у меня образовался условный рефлекс. Я не мог навредить малышке, даже находясь в забытье. Поэтому и позволял себе засыпать с ней в одной кровати, в том числе и после охоты в полнолуние. Да и Ника никогда не боялась меня, хотя люди иногда на уровне инстинктов чувствуют опасность. Зов, как и красивая внешность, дан вампирам для того, чтобы люди не смогли уступить инстинктам. Но с Никой это работало странно: она не «плыла» от моей привлекательности, но и опасность не ощущала. И это при том, что она всегда подозревала меня в вампиризме. Доверяла мне безгранично или просто была безрассудна? Не знаю, но возможно именно это доверие выработало у меня условный рефлекс.

Впрочем, я никогда не хотел причинить ей боль. Поэтому собирался расстаться после путешествия по Европе, которую выбрала Вероника. И пусть с кланом Монсальви у нас был заключен мирный договор, но я решил подстраховаться и взял с собой Теней. И да, слежка за нами была. В какой-то день я даже ощутил присутствие самой Катрин. И её едкий взгляд почувствовала и Вероника, так что пришлось отвлекать мою разоблачительницу разговором.

Точнее после путешествия я планировал начать процесс расставания. Хотел постепенно отдалиться от неё. Но что-то пошло не так.

Я все тянул с этим, никак не в силах изобразить безразличие к моей бабочке. Уйти ночевать в зал или вообще не прийти вечером домой я тоже не мог – тянуло к Веронике сильнейшим магнитом. Да я даже серьезную ссору не сумел спровоцировать. Подумывал уже инсценировать измену, даже начинал флиртовать с Полиной. Но стоило мельком уловить появление моей малышки в столовой, и она завладела всем моим вниманием.

Понимая, что время уже поджимает, начал перебирать и другие возможные варианты. В какой-то момент даже подумывал инсценировать свою гибель, поэтому предложил Нике пожениться. Чтобы все мое имущество перешло ей по наследству. Впрочем, когда она отказалась, был даже рад этому. Я понимал, что для инсценировки смерти не обязательно оформлять брак. Тем более что дарственные я уже на неё оформил. Но я оказался слишком эгоистичен для такого варианта. Я просто не мог окончательно порвать связь с ней. При обычном расставании оставалась надежда, что мы можем встретиться когда-нибудь вновь. И чем черт не шутит, может, и вновь сойтись, когда Катрин немного успокоит свою ревность. Да, это жестоко по отношению к Веронике, правильнее больше не появляться в её жизни, чтобы она смогла найти другого мужчину и создать семью. И вполне возможно я смогу удержаться от новых встреч, но пока я не готов к такому варианту.

В итоге дотянул до последнего дня, придумав совершенно глупую отговорку. Вероника всегда быстро соображала и буквально за секунду поняла, что я ухожу навсегда. Однако её вопрос выбил меня из колеи. А когда она упомянула пятилетний срок, я даже не смог скрыть изумление. Но продолжал гнуть свою линию. Вручил ей все документы на движимое и недвижимое имущество, но ей было все равно.

Я уже дошел до двери, когда понял, что не могу так расстаться с бабочкой.

Вернулся и даже прощение просил. Никогда раньше этим не занимался. Но она словно не видела и не слышала меня.

– Я верю, что ты будешь счастлива, – закончил я свою речь. И именно эти слова дошли до неё. Но вызвали странную реакцию. Вероника весело рассмеялась. Я даже не сразу сообразил, что это начало истерики. Хотел обнять её, чтобы утешить, но Ника неожиданно зло посмотрела на меня и начала выгонять. Гневно, агрессивно. Казалось, задержись я ещё хоть на минуту, и она начнет выталкивать меня из квартиры.

Захлопнув дверь, я прислушался, боясь услышать её плач.

– Было бы проще сказать, что я тебе надоела, Максим.

– Не проще, – прошептал я.

Ещё несколько минут я стоял под дверью, прислушиваюсь к каждому вздоху бабочки.

Пару тихих всхлипов, бульканье воды. Вздохнув, Ника резко поднялась и направилась в спальню. Хлопанье шкафа, шум выдвигаемых ящиков. Не сразу понял, что она собирает вещи. Быстро, хаотично и целенаправленно. В какой-то момент остановилась и вызвала такси.

Я поднялся на пролет выше, когда услышал её шаги в коридоре.

– Я сильная, я справлюсь, – как мантру прошептала Ника перед тем, как открыть дверь.

Как какой-то маньяк, проводил её до дома родителей. И остался сторожить её на всю ночь. На вопросы родителей Ника коротко ответила, что я уехал навсегда, и сразу заперлась в комнате.

В полночь я ощутил приближение Катрин. О прибытии Монсальви мне брат ещё в среду сообщил, так что в скорой встрече с невестой я даже не сомневался.

– Я выполнил наш договор, – спокойно сказал вслух, проигнорировав её приветствие.