Виделись! - Михаил Француз

Но, это в нормальной ситуации. В нормальной, а не в той, когда сам Император Ран Карго II, по словам того же Армана, меня небезосновательно боится. Он уверен — что его запреты меня не остановят, и я всё равно сделаю по-своему (и он прав).

А, если, при этом, он мне даст лишний повод, то моему «личному визиту вежливости» в его личные покои, не помешают ни границы, ни расстояния, ни охрана.

Хотя, вот про охрану уверен я не до конца. Просто не имею информации о его телохранителях. Быть может, среди них есть и монстры, сравнимые с Анной или Октавием — всё же, Император, как никак.

Но рисковать Карго не хочет. Вот и старается лишний раз меня не злить. Особенно, после исчезновения Илоны, о котором ему уже совершенно точно должны были сообщить.

Это-то, как раз, всё понятно. Мне понятно. А вот то, что не понятно: так это то, зачем весь этот кипеш Профессорам?

Почему они все с таким энтузиазмом уцепились за эту возможность, стоило только мне прийти в Ректорат с официальным запросом от имени Империи, не как студент Академии, а как Граф этой самой Империи? А особенно удивил мой Декан, к которому я перед походом в Ректорат, подошёл с вопросом о возможности такой вот замене моей проё… пропущенной курсовой практики. Его глаза при словах «построить Крепость» просто загорелись. Он, что называется: «воспылал»! Зажегся идеей и уже не собирался гаснуть, развивая такую кипучую деятельность, что мне даже страшно стало.

Что им, настолько скучно всем в Академии? Что они с такой готовностью то в «Данж» за мной лезут, то в Графство?

Все приготовления, оформление всех бумаг: подорожных, командировочных, договоров, контрактов и ведомостей, заняли два дня. Два дня нескончаемой беготни, визитов и переговоров. Два дня непроходящего удивления от той готовности, с которой срывались с мест уважаемые Профессора. И ведь не было в их реакциях никакой наигранности, фальши, неестественности. У меня это просто не укладывалось в голове. И говорю я, в данном случае, не только о двух Деканах и Кураторе — загоревшихся идеей было куда больше.

Хотя, если попробовать поставить на их место себя, то… сам бы я сорвался на такой грандиозный проект с ещё большим энтузиазмом: это ж, целая Крепость!!! Это не какой-то там коллектор… Хотя, для меня, и коллектор уже было — вау! В сравнении с тем, чем пришлось заниматься в обоих ВУЗах Земли, оконченных мной в своё время.

***

Вы когда-нибудь видели, как ползёт холм? Подозреваю, что нет. Я, к примеру, раньше не видел. Да и представить себе не могу такой ситуации, когда что-то подобное можно было бы на Земле увидеть. Ну, разве что, катастрофа какая-нибудь, вроде грандиозного оползня, землетрясения, извержения вулкана… Но там уж точно было бы не до любования холмами.

А тут…

— Эм… Господин Декан, Профессор Белмаут, меня глаза обманывают, или вот тот холм… действительно движется?.. на нас? — тихо и нервно обратился к Магу, ехавшему впереди, рядом с Октавием, я. Для этого пришлось стукнуть своего коня пятками по бокам, понукая его догнать эту парочку.

— Нет, — улыбнулся Маг. Я после этого ответа даже успел начать облегчённо выдыхать. — Глаза тебя не обманывают. Холм действительно движется.

— Но… но… но… как?! Землятресение?! Оползень? Сель? — прервал свой выдох и начал паниковать я.

— Вот так, — спокойно и буднично пожал плечами мой Декан. — Движется. Просто движется. Просто холм.

— Но как же?.. — растерялся я. — Надо же поворачивать и скакать во весь опор?! Спасаться?

— Не дергайся, — решил вмешаться в разговор ехавший рядом с Белмаутом Декан Факультета Боевого. — Скорости сопоставь.

— Скорости… — бездумно повторил за ним я. И только через пару секунд понял, что именно Боевик имеет в виду. Действительно: скорость движения наших лошадей была заметно выше скорости движения того холма, который я заметил за столь неестественным для него занятием, как движение. И, к тому времени, как этот невозможный феномен доберётся до точки пересечения наших маршрутов, мы уже будем на другой стороне от этой точки. То есть, мы с этим холмом не встретимся. Это не могло не радовать. Однако, что это вообще за чертовщина?! Как холм может двигаться?!!

Эту мысль, этот вопрос, я тут же озвучил.

— Обычный ползучий холм, — ответил Декан Боевиков. Да и Декан Бытового Факультета каких-то эмоций по этому поводу не показал, ограничившись одним лишь пожатием плечами.

— ОБЫЧНЫЙ?!! — вытаращился на них я.

— Обычный, — подтвердил Октавий. — Ползает. Не агрессивный. Не нападает. Но на пути лучше не стоять.

— Ты, похоже, такой видишь впервые? — поинтересовался Белмаут. Я кивнул. — Первый раз он действительно впечатляет, — важно произнёс он. Затем повернул голову к Октавию. — Предлагаю сделать привал и дать Ивану возможность вдоволь полюбоваться… Заодно и перекусим.

— Тебе бы только «перекусить», — как обычно, со смирением и принятием этого мира таким, какой он есть — то есть: худших его проявлений, ответил Октавий. — Скоро поперёк себя шире станешь.

— Я люблю поесть, — не стал отрицать Белмаут. Наоборот, с довольством и улыбкой на лице погладил свой живот. — Так ты против?

— Нет, — ответил Октавий всё тем же тоном. — Не против. Спешки нет… пока, по крайней мере. Час-полтора незапланированной задержки мы себе позволить можем. Только, — начал он и сделал многозначительную паузу. Затем закончил. Не менее многозначительно. — С той стороны.

— Пфф, — фыркнул Белмаут. — Естественно! Тут дураков нет, потом через «след» ползучего холма перебираться.

Кстати говоря, руководителем нашего маленького отряда был именно Белмаут. Октавий его лидерства и решений не оспаривал. Но, при этом, Белмаут с ним всегда советовался перед приёмом этих самых решений. Советовался, выслушивал, но в результате, делал по-своему. Когда-то это его «по-своему» с ранее выслушанным мнением Октавия совпадало, когда-то нет.

Но только его. С остальными в демократию мой Декан даже не пытался играть. Хотя? Сколько там нас «остальных»? Куратор потока, я и двое «студентов».

Куратору лезть с советами к Декану — не по должности. Я — хоть и особый случай, конечно, но всё равно, всего лишь студент. А оставшиеся двое… они вообще, больше помалкивали. Да и держались довольно отстранённо. Будь мы в нашем мире, на Земле, я бы точно их к отнёс к «фэбосам». Не тем «особистам», которые к отрядам приставлены были, нет, те другие — те, наоборот, постоянно пытаются на разговор вывести, так или иначе язык развязать. К другим, к тем, которые со всякой секретной техникой или архивами работают, которые всяческими «подписками», как металлист цепями, обвешены.