Легенда вулкана - Денис Ватутин

– Боги, как все сложно. – Я скрипнул зубами.

– Да, – согласилась Лайла, – ошибки руководства и просчеты на местах – слишком громоздкая система координации действий: Посейдон явно переборщил со своими «Нефилимами», и уж чего совсем никто не ожидал – так это того, что Седой договорится с теми, кто, по идее, должен играть против него. Местечковых связей никто не учел. У суперпрофи тоже бывают проколы.

Я тяжело вздохнул и стиснул кулаки.

– Так ты, как я понял, работаешь на трансляторов, – выдавил я наконец, пытаясь справиться с собой в очередной раз. – Почему же ты не предприняла никаких действий? Ты могла бы похитить Ирину сто раз – и дело с концом?!

Я остановился, как вкопанный, меряя эту женщину тяжелым взглядом.

– Странный… – Лайла тоже остановилась. – Во-первых, перед «Изумрудом» мне было бы не уйти с ней далеко: у меня был приказ «ждать и не высовываться» – я должна была стать подстраховочным резервом, я даже не знала про этих чокнутых геологов; во-вторых, ни на «Изумруде», ни у Башни я не могла повлиять на ход событий, а в-третьих…

– Так какого же марсианского дьявола ты решила мне помочь сейчас, когда ваш Дарби захватил Ирину и «ключ» у него в руках?! – не сдержавшись, закричал я. – Что вам еще надо?!! Ты должна сейчас ехать с Дарби в обнимку и весело смеяться над нами, идиотами!!! Все! Партия ваша! Или твой Дарби подослал тебя ко мне?!! Зачем, отвечай!!!

Я в порыве эмоций выхватил из-за пояса пистолет Лайлы и снял его с предохранителя.

Лайла смотрела мне в глаза и молчала. Она молчала, будто решаясь что-то сказать…

– Не перебивай меня, пожалуйста, – почти прошептала она, – я тебе все объясню…

– Ну?! – вновь рявкнул я, лязгнув затвором. – Слушаю!

– В-третьих, – тихим, немного дрогнувшим голосом заговорила Лайла, – мне удалось узнать, что Дарби решил переиграть трансляторов и воспользоваться Ириной сам, в-четвертых, кажется, он собирается ее убить…

– Как?! – вырвалось у меня. – Без нее ведь…

– Вот так. – Лайла заговорила быстро-быстро, словно боялась, что не успеет все сказать. – Здесь недалеко есть один объект: заброшенная секретная лаборатория, известная у вас под названием НИИ Атмосферы «Эол». На самом деле это законсервированный секретный объект…

– Хорош объект. – Я сплюнул на песок: ни дать ни взять – вылитый Йорген.

Я вспомнил то, о чем она говорила: это было довольно странное место, но абсолютно не интересующее ни Охотников с паладинами, ни луддитов, ни кого бы то ни было. В небольшом кратере когда-то очень давно насыпали искусственный островок размером с небольшое футбольное поле и залили вокруг рукотворным озером. Химический состав воды был какой-то особенный, поэтому она почти не испарялась. Потом, правда, вода как-то покинула свое ложе, и на дне кратера обнаружилась необычная достопримечательность Марса: заржавевшая, вросшая в грунт военная подводная лодка, которая, по всей вероятности, водилась в этом озере, пока там была вода. НИИ был абсолютно разграблен и являл собой пятиэтажную кирпичную коробку, в которой не было ничего таинственного, и секретного тем более. Только покинутая субмарина наводила на странные размышления, хотя и на ней никто не обнаружил объяснений возникновения здесь этого НИИ и этого озера. Так как ничего никто не знал, про это место забыли, да и взять там было уже давно нечего.

– Дальше, – потребовал я.

– Так вот, – Лайла продолжила тараторить, – из некоторых данных и разговоров, которые я слышала, пока у Дарби проходило совещание, я поняла, что там имеется некое оборудование, смонтированное совсем недавно, которое может позволить снять биополярную матрицу человеческого тела на некий магнитный носитель – это какая-то новая разработка, еще не обкатанная окончательно. Но если предположить, что у Дарби это получится или уже получалось раньше, то Ирину можно просканировать, после чего спокойно избавиться от нее, что сразу решило бы массу проблем: например, убрать опасного свидетеля и прекратить ее опекать. Потом, судя по решимости Дарби, у него уже имеются координаты «Зеркала-13», поэтому Ирина становится лишней обузой. Заодно можно ликвидировать всех туристов, опять же как свидетелей, и уж точно избавиться от агента противоборствующей стороны в нашей смене…

– Черти Фобоса вас разорви! – У меня закружилась голова. – Так нам надо бежать! Нам надо успеть…

– Нам пешком идти туда меньше суток, – урезонила Лайла, – а они пока подъедут, пока проникнут в подземный бункер, пока настроят эту сложнейшую аппаратуру – мы по-любому успеем, Странный…

Я стиснул зубы и прибавил ходу – усталость словно испарилась из меня, как утренний туман на восходе солнца, как кусочек масла на раскаленной сковороде…

– Ты и спать не собираешься, Дэн?

– Нет.

– Есть еще и «в-пятых», Дэн, – услышал я голос Лайлы за спиной.

– Что «в-пятых»? – спросил я не оборачиваясь, продолжая шагать по разрыхленному песку.

– Последняя причина, почему я решила помочь именно тебе и рассказала больше, чем должна была. – Ее дыхание заметно участилось.

– Ну?

– Ты очень необычный человек… – Она запнулась. – Дэн… ты мне нравишься… не хочу, чтобы ты пострадал непонятно за что…

Я молча продолжал идти дальше, подавленный нехорошими мыслями, стараясь отвлечься от них, отвлечься от всей этой шизофренической истории, обрушившейся на мою голову… Я боялся смотреть на Лайлу… Ира, где ты? Раз-вдох, три-выдох… шаг за шагом, метр за метром…

Мерно качался ночной горизонт перед моим мысленным экраном… Время шло к полуночи, в пустыне усилился ветер, который, трогая струны тысяч барханов, гудел на разные голоса, словно диковинный орган.

Пару раз до этого я чувствовал приближение глюков, и мы прятались в складках рельефа. Я был заправлен всеми видами стимуляторов, грудь вибрировала от стука сердца, но какая-то тяжесть клонила вниз. Лайла молчала большую часть дороги, видно давая мне время переварить все услышанное. Но я не мог – во мне клокотало тихое бешенство, словно гудел от перегрузки паровой котел. Я машинально обшаривал пустыню в режиме инфравизора, закрыв забрало шлема, но мне уже было плевать на всех – от церберов и юварков до всех глюков в мире… Мир-то – как раз он шатался подо мной. Мой уютный мир марсианских пустошей, мечты мизантропа, уютный, продуманный риск, с правом выбирать, в какую пасть совать голову, а в какую не надо, мой уютный мирок внутри меня, куда я сбежал с этой неисправимой, шумной, беспардонной, циничной и давящей Земли. Мир, где я мог кому-то по-настоящему помочь, и, наконец, красивая и романтическая, почти киношная, любовь к странной девушке, которая была непостижима и так проста и естественна… И вдруг… За спиной раздается тяжелый стальной лязг, и появляется эта грязная машина разрушения, чадящая смрадом заводских труб, тычущая какими-то законами какого-то общества, размахивающая орудийными стволами и кричащая сквозь телевизор непонятные лозунги, перемежаемые идиотским смехом. Она слепо шагает, не замечая тебя, – это и есть ее ужас: если бы она охотилась за тобой, тогда было бы не так обидно погибать под жерновами ее ступней, так ведь она раздавит так… не от злобы… равнодушно… не глядя – потому что ты для нее не существуешь: ты не берешь кредитов, ты отказываешься голосовать, ты не хочешь понимать, что хорошего и плохого нет…