Я – сталкер. Тропами мутантов - Андрей Левицкий

Я приземлился на четыре конечности. Говорят, кошка падает всегда на все четыре лапы, но любая кошка посмеялась бы, увидев мой неказистый прыжок. Озеров, вылетевший из телепорта передо мной, успел откатиться, и я шмякнулся на бетонную поверхность, проклиная шустрого майора. Будь он чуть помедленней, свалился бы на мягкое…

Вот оно, то самое место, где я всадил пулю в Мародера, но не смог его прикончить.

Лешие! В прошлый раз они открыли огонь спустя пару-тройку минут после нашего появления. То ли не сразу заметили, то ли ждали, чтобы все пришельцы оказались на виду. Надо сказать остальным, чтобы перебрались на другую сторону трубы…

– Лешие могут быть там, – я показал на лагерь с висящим над ним огромным телепортом. – Если они нас…

И запнулся. Сейчас лагерь выглядел совсем иначе, не так, как в прошлый раз. Баррикады раздолбаны, шатры повалены и сожжены. Я вроде бы даже разглядел тела вокруг странного образования, которое Фишер назвал «Оком». В нескольких местах над руинами курился дымок. Похоже, опередивший нас Мародер основательно проутюжил оборону леших. Бой был серьезный… из чего же это здесь стреляли?

И тут до меня дошло – Пригоршни все еще нет! Майор, сержант, Бугор – мы все собрались на круглой площадке, венчающей трубу, и пялились на разоренный лагерь, только напарника все еще не видно. Я встал и шагнул к выплюнувшему нас телепорту – пятну дрожащего воздуха над площадкой.

– Пригоршня… ч-черт… мутант тебя дери… Пригоршня!

Из телепорта мне на грудь плеснуло холодной водой, а следом – прямо в мои объятия – свалился Никита. В каждой руке у него было по рюкзаку.

– Смылись? – обиженно буркнул он. – Запрыгнули? А припасы? Жрать в дороге что собираетесь? Блин, но рюкзак с детектором пришлось там оставить. Ладно, не жалко! Главное – жратва с собой.

Майор, оглядев нас, кивнул Бугрову, и тот вытащил из своего рюкзака крепко скрученный двумя компактными мотками тонкий трос. Один моток передал Керзону, они стали разматывать.

Озеров в бинокль разглядывал разоренный лагерь леших.

– У них пост еще на кране был, – напомнил Пригоршня. – Снайпер на кабине.

Бинокль дернулся к подъемному крану, но я сказал:

– Сейчас там нет никого.

– Слишком большие разрушения для обычного стрелкового оружия, – заметил майор, переводя бинокль обратно на лагерь.

Я молча разглядывал обширную крышу, посреди которой висел портал. Потом лег на живот и выставил голову, чтобы поглядеть, что там внизу. Труба была укреплена круглыми ребрами, соединенными между собой стальными штангами, по такой я сползал и в прошлый раз. На площадке, расположенной под заглушкой, лежал… нет, не труп. Это были кости с огрызками гниющей плоти, и из них вряд ли можно было сложить мертвеца. Кто-то разорвал его на части и стащил вниз.

Не похоже на работу леших. И что это за оружие, которое такое с телом сделало?

Пока я хмурился да приглядывался к останкам, Керзон с Бугром уже закрепили трос – можно было начинать спуск.

– Со стороны лагеря никакой угрозы не вижу, – заключил Озеров, опуская бинокль. – Но бдительности не терять. У вас есть оборудование для спуска, карабины? Бугров – выдели.

Здоровяк достал из рюкзака три металлических приспособы, две протянул нам.

Керзон спускался первым. Встал на площадку, неторопливо прикрепил к тросу карабин, а потом заметил останки.

– Видели? А я чувствую, что воняет… Думал, из того лагеря ветром заносит.

– Нет, – сказал я, надевая карабин на трос и пробуя пружинный «скользящий» захват, – не из лагеря.

И полез вниз. Пригоршня пристроился за мной.

Всего нам предстояло миновать восемь промежуточных площадок. Я полностью сосредоточился на спуске, а когда изредка поглядывал вверх, видел, что Озеров, спускающийся последним, вывернул голову и все глядит на лагерь. Ждет неприятностей оттуда? Или просто гадает, что там на самом деле произошло? Он явно знал о леших больше, чем я с Никитой. Знал, но не рассказал. Говорил-то он вообще немного – гораздо меньше, чем следовало. Силовик, что с него взять: у них секретность в крови.

Керзон спускался на «этаж» ниже и уже достиг следующего под нами диска. Пригоршня сверху нагонял.

Тут на краткий миг солнце надо мной померкло – его заслонила быстро промелькнувшая тень. Донесся скрипучий шорох крыльев, в небе хрипло квакнула какая-то тварь. Я повис на тросе, упираясь берцем в стальную штангу, оттолкнулся, отжав зажим, заскользил вниз, и тут крылатая тварь вылетела из-за трубы. Заложив лихой вираж, развернулась ко мне. Толком разглядеть, что она собой представляет, не удалось, я только понял, что она здоровенная, размах крыльев метра три. Вернее, в тот момент показалось – все пять, если не десять. Так всегда с мутантами: когда он несется на тебя, чтобы убить, то кажется громадным. А когда пристрелишь его, то видишь – невелика добыча-то. Но сейчас был именно тот самый момент, о котором говорят: у страха глаза велики.

Я сильно оттолкнулся ногами и качнулся вместе с тросом, уходя с пути врага. Пригоршня, который как раз сползал с площадки, держась за трос, заорал:

– Что за шутки! А ну подвязывай!

Он не видел мутанта, только почувствовал, что я трос дергаю. Тут тварь промелькнула рядом со мной, твердющее перепончатое крыло больно пихнуло по ребрам, и зверюга врезалась в трубу.

Удар вышел мощный. Теперь и Пригоршня понял: что-то не так. Остальные уже заметили мутанта. Крылатая скотина забилась где-то под ногами, оглушенная столкновением. Я быстро соскользнул на следующую площадку – вот здесь мутант и лежал, хорошо, что немного в стороне! – увернулся от взмаха перепончатого крыла и присел, готовясь к новому спуску. Совсем не улыбалось торчать здесь и рисковать, что мутант спихнет меня с трубы. Но Пригоршня уже спускался ко мне, и оставлять его один на один с тварью было как-то неправильно. Распрямив ноги, я сжал захват карабина, другой рукой вытягивая из-за спины автомат. Тварь развернулась ко мне и ощерила длинную пасть, усаженную ослепительно-белыми зубами, загнутыми, как кинжалы. Какая-то реклама «блендамеда», а не пасть! При этом крылья развернулись, и мне снова показалось, что мутант громадный, больше, чем на самом деле.

Я нажал на спусковой крючок. Бахнул одиночный, пуля вошла прямо в красную глотку… И тут же с двух сторон началась стрельба. Пригоршня, скользя ко мне, сумел направить «калаш» на мутанта и всадил несколько пуль ему в голову. А внизу открыл огонь Керзон. Почти сразу же заговорили автоматы Бугра и майора, а воздух вокруг трубы наполнился шорохом жестких крыльев и хриплыми криками мутантов. Чертова стая птеродактилей! Я отстегнул карабин от троса и отскочил в сторону, переводя оружие на стрельбу очередями. Через миг Пригоршня оказался рядом, его ботинки гулко стукнули о металл. Вдвоем мы нашпиговали тварь свинцом, а она продолжала биться и в агонии едва не столкнула меня. Мне едва удалось увернуться, зато зверюга перевалила через край площадки и полетела вниз.