Вредность - не порок - Катерина Полянская

— Ты многого не понимаешь!

— Фу, сколько пафоса! — Такое чувство, что вредность — защитная реакция моего организма. — Вы столько нервов Алексу попортили, убили ни в чем не повинного ребенка, пытались прикончить нас, устроили в долине неизвестно что, да еще и не виноваты!

— Если ты согласишься меня выслушать, я расскажу, как все было на самом деле.

— Интересная у тебя манера выдавать информацию частями, — поморщилась я, прикидывая, как бы от него отделаться. Но никаких ценных идей не нашлось, так что пришлось подставлять уши для очередной порции лапши. — Ладно, слушаю.

Лео задумался. То ли прикидывал, с чего начать, то ли придумывал очередную ложь.

— Что ты знаешь о последней магической войне? — неожиданно спросил он.

Я скривилась:

— Ты пришел, чтобы проверить мои познания в области истории? — Но потом все-таки ответила: — Я знаю, что она была. И что маги что-то не поделили между собой, отсюда и начался весь сыр-бор.

— Весь сыр-бор, как ты выразилась, начался с того, что один самоуверенный колдун, имя которого Влас, собрал кучку соратников и объявил себя альтернативой гильдии. И самое интересное — молодые маги прониклись его идеями и пошли за ним. А гильдия не предпринимала ровным счетом никаких действий. Тогда Влас и его приспешники попытались захватить Академию. Пожалуй, им бы это даже удалось, если бы не магистр Измир. Он всегда пользовался большой популярностью среди чародеев, и именно он встал во главе сражающихся с Власом. Так началась война.

— И какое это имеет отношение к вам с Рогендой? — Я подавила зевок и задумчиво покрутила кольцо на пальце. Время уже перевалило за полночь, а минувший день отнюдь не был легким, поэтому хотелось лечь и уснуть, а не выслушивать душевные излияния.

— Самое прямое, — вздохнул Лео. — В год, когда началась война, я как раз окончил Академию. Я был молод, глуп и амбициозен. То, что сулил Влас, показалось мне куда более привлекательным, нежели карьера главного мага в каком-нибудь забытом богами селе. А это было единственное, что светило мне в случае вступления в гильдию, потому как никакими особо выдающимися талантами я не блистал. А так хотелось сражений, побед, трофеев, а потом и почестей! Так что я даже сразу и не понял, что мое место — с краю: принеси, подай, пошел вон. Нет, я мнил себя едва ли не главным Власовым соратником, хотя видел его всего раз в жизни, когда получил свое клеймо.

— И что потом? — поторопила я внезапно замолчавшего собеседника.

— Потом я встретил Рогенду. И влюбился. Конечно, она не была в восторге от моего образа жизни, но все равно ответила мне взаимностью. Все завертелось со страшной скоростью — война, любовь… А потом настал последний бой. Проиграть его означало проиграть всю войну. Влас согнал в Акрис, город магов неподалеку от Академии, все свои силы, но все же не победил. Измир разбил ренегатов, Влас погиб. Когда все более-менее устаканилось, проснулась гильдия. Все соратники Власа были приговорены к отлучению. И не важно, Академию ты осаждал или сапоги Власу чистил. На нас объявили настоящую охоту.

Лео остановился на мгновение и задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.

— Мы с Рогендой бежали из Акриса и несколько месяцев скитались по селам с кучкой таких же изгнанников. Пока в один прекрасный день не наткнулись на сыскной отряд. Нас схватили, а меня еще и ранили к тому же, и доставили в Акрис. Зачем, думаю, понятно? Ранение было тяжелое, а отлучение и опечатывание энергетического резерва — процедура, как известно, не из приятных. Вряд ли бы я выжил, если бы не моя милая Ро. Пока я валялся без сознания, ей как-то удалось убедить этих идиотов в гильдии, что это она предательница, а я так, мимо проходил. И отлучили ее.

Его глаза затуманились от тяжких воспоминаний. Где-то глубоко внутри меня шевельнулась жалость и тут же затухла, стоило вспомнить звонкий смех Колина и снежок, упавший в кучку пепла.

— Только представь, каково мне было очнуться и увидеть ее, полуживую после отлучения. На следующий день нас выставили за городские ворота, без права селиться в крупных городах. Мы оба едва держались на ногах. Я даже толком не помню, как оказался в Кавигате. Я вошел в долину на подгибающихся ногах и еще как-то умудрялся тащить на себе Рогенду. Но боги, очевидно, решили, что хватит с нас скитаний. Какой-то на всю голову стукнутый провидец предсказал местному властелину, что после окончания войны появится еще одна долина. Так что с легкой руки этого прорицателя мы сделались новой правящей парой. Само собой, разубеждать их никто не стал.

Когда его рассказ закончился, повисло долгое молчание. Сказать мне было нечего. Да и не хотелось ничего говорить. Хотелось, чтобы этого разговора не было, но он был. Внутри клокотала гремучая смесь жалости, бессилия и злости. Чтобы прекратить бессмысленные терзания, я — пожалуй, излишне резко — спросила:

— Зачем ты все это мне говоришь?

— Побеседуй со своим властелином. Пусть он позволит нам уйти. Даю слово, наши пути больше не пересекутся.

Я поморщилась. Думаю, он тоже сейчас вспомнил старинную чародейскую присказку: «Мое слово, хочу — даю, хочу — забираю».

— С ума сошел? Он меня не послушает.

— Послушает, — уговаривал меня Лео.

— Ага, а потом постоянно гадать, когда и с какой еще пакостью вы свалитесь нам на голову. Спасибо, но такая перспектива мало вдохновляет.

— А перспектива до конца жизни испытывать чувство вины тебя, значит, вдохновляет? — поинтересовался он и проникновенно заглянул мне в глаза. Дешевый трюк.

— Думаю, мы с ним как-нибудь уживемся. И вообще, какой еще вины? После всего, что вы натворили, вас надо было не под замок посадить, а на ближайшей осине за ноги подвесить! Глядишь, и поумнели бы.

— Значит, ты отказываешься помочь? Это твое последнее слово?

— А кто бы на моем месте согласился?

Судя по выражению лица Лео, точно не он. Уж этот бы с удовольствием прикопал нас где-нибудь в саду и забыл, как страшный сон. Еще и клумбу разбил бы. С перецветами, например.

— Что ж, мне очень жаль, — вздохнул бывший властелин и поднялся на ноги. — Я честно пытался договориться.

Я слегка удивилась: неужели он правда вот так встанет и просто уйдет? И даже не выскажет все, что думает об одной несговорчивой ведьме? И даже по привычке не попытается меня угробить? Непорядок!

Ой, а что это кольцо так жжется? Вот леший, палец еще с прошлого раза не зажил, а оно опять! Стоп, опять я не о том!

Я подняла глаза на Лео и увидела, что он достает из кармана штанов какой-то амулет. Ничего особенного: на шнурке висел обычный металлический двухполовинчатый кулон, который можно раскрыть и наполнить чем угодно.

Ну-ну. Я решила встать, чтобы создалось хоть какое-то подобие равных сил. Противник смерил меня взглядом а-ля «скорбим, сочувствуем» и задумчиво повертел амулет в руках.

Интересно, что там внутри? Хотя нет, все-таки неинтересно…