Апокалипсис для избранных - Ян Сикоревич

— Я мотылёк и пришла за тобой, — сказала незнакомка, выполняя странную для нее просьбу, — тебе ведь нравится этот день, а его конец, вернее твой? Я как юпитер, отбирающий у спутника атмосферу…

Вдруг, неожиданно сзади, послышался голос Вагни:

— Я осведомлен об этом, но, разве мы оказались в твоей тени? — сказал парень, совсем не подозревая, что вопрос задала женщина-мотылёк.

Незнакомка вздрогнула. Она не ожидала увидеть ещё одного человека. И вмиг, её глаза обрели естественный карий цвет, а на лице засветилась зловещая улыбка. Ни-Зги тут же очнулся от гипноза и посмотрел на Вагни… потом на женщину.

— Вы мне ответите? — переспросил астроном.

Пришелица из ниоткуда внезапно произнесла:

— Молодой человек, кажется, Вагни, лично вы в моих услугах не нуждаетесь, чип вам не положен, я вижу, что вы проверены.

А Ни-Зги… — посмотрев на Вагни, резко ответил женщина-мотылёк, — сейчас получит по заслугам.

— Ничего не понимаю! О каких услугах… какая проверка, что за чип? И откуда вы знайте моё имя? — спросил удивлённый Ни-Зги.

Мотылёк ничуть не растерялся…

— Я слышала, как вас ребята называют… хм… в ресторане. — ответила крылатая женщина. Полупрозрачные хитиновые крылышки за ее спиной затрепетали.

— Вы тоже сбежали от пылевой бури? — более спокойным тоном, пытаясь собраться с мыслями, спросил Вагни,

— Я недавно зашла на борт! Сидела на скамейке, и тут слышу, мужчина кричит, что лучшего дня чем сегодня не видел. А ему положен чип! Пропустили!

— У Ни-Зги каждый день, как последний. И мы с ним действительно пропустили по стаканчику виски и чипсами закусили, если вы это имеете в виду, — засмеялся астроном.

Вагни смотрел обалдело, всё ещё не осознавал происходящего, с трудом улыбаясь, растерянно поглядывал на странное видение и астронома. Но в душе Ни-Зги закралось какое-то щемящее чувство. Он не знал когда и как, но что-то подсказывало: с этой женщиной-мотыльком будет как-то связана его дальнейшая жизнь. Человек провел по лицу рукой, словно стряхнув паутину марева…

В это время, людей на верхней палубе становилось больше. Женщина-мотылёк почувствовала скованность, когда к скамейке подошли Эйрик, Хьяльти с семьей.

— Ни-Зги, тебя что, током ударило? — спросила Свен, увидев разбитый бокал под ногами мужчины, а так же полуголое тело.

— Да я так, задумался и случайно обронил. А одежду, — посмотрел на мотылька мужчина, — одежду я — (растерянный вид Ни-Зги, ясно давал понять, что произошло непонятное ему самому), — одежду я подарил женщине, свою она на стирку закинула, — заикаясь ответил мужчина. Сознавая, что сморозил глупость, от стыда зажмурил глаза и повернулся спиной к присутствующим.

Члены экспедиции улыбнулись и понимающе посмотрели друг на друга. И каждый из них воспринял происходящее. Но допытывать участника экспедиции не стали. Мало ли что могло произойти…

На палубе вновь послышалась индейская речь… Ута и её брат подошли к членам экспедиции. Поприветствовав друг друга, люди начали с радостью обсуждать всякие бредни, последние сплетни и новости с «большой земли». Индеец молча смотрел на горизонт, облокотившись о перила борта, а индианка время от времени загадочно поглядывала на Эйрика. Внезапно взгляд Уты упал на женщину на скамейке, тут же смуглое ее лицо покрылось бардовыми пятнами страха. А женщина-мотылёк упорно избегала прямого взгляда индейца и самой Уты…

— Кто-нибудь познакомит нас? — не выдержала индианка. Разговор компании оборвался на полуслове…

— А я не знаю и сам. — ответил Хьяльти. — Кстати, а как вас звать? — спросил он женщину-мотылька.

Краснокожая женщина, натянуто улыбаясь, ответила:

— Моё имя Юпитер!

Индианка, преодолев страх, посмотрела злобно и подозрительно на незнакомку.

— Юпитер?! Интересное имя, откуда оно? Может из самого Юпитера, а? Откуда вы? — почти перейдя на крик продолжила девушка.

— Я из племени Тихуара.

Ута, взяв себя в руки, вдруг заговорила на непонятном, и даже не на индейском языке, что заставило её брата подойти ближе к экспедиции:

— Хочешь сказать, что ты из мифического племени «Тихуара»? Его давно не существует, как и языка, на котором сейчас говорю! — взволнованным голосом говорила индианка, — зачем ты тут? Разве мы нарушили завет?

— Нет! — ответила Юпитер — Кое-кто остался непомеченным! Я тоже выполняю порученное мне задание. И пришлось с непомеченным вступить в контакт.

Люди растерянно оглядывались друг на друга, не понимая произносимых слов.

— И кто же этот счастливчик, кто остался? — бросила грозно Ута.

— А тот, кто корчит из себя совершенного, — произнесла женщина-мотылёк, взглянув на Ни-Зги, — а на самом деле весь опутан паутиной загадок и недомолвок, в которых может скрываться все-что угодно…

— Здесь есть светловолосый парень, а как же он? — спросила индианка, не отвлекаясь на взгляды людей, а Тэкода, тут же посмотрел недовольно на астронома Эйрика. Кулаки его непроизвольно сжались при этих словах.

— Тот, к кому ты проявила неравнодушие? — переспросила Юпитер.

— Глупость! Совсем не так. Он знает о двенадцати связующих цепочках жизни.

— Прямо знает? — повторила женщина-мотылек, и готова была в ту же секунду пометить Эйрика смертью, но…

— Не смей, — выкрикнула Ута, словно догадавшись о желании незнакомки — он не знает. Это для него, словно бред сумасшедшего, или очередная выдумка разума.

Люди устали слушать непонятную речь и Хьяльти вмешался:

— Стоп, стоп, стоп! — выкрикнул археолог. — Вы что, с другой планеты? Разговаривайте так, чтобы поняли все!

— Да, говорите на нашем, — донёсся со стороны голос Тони, который обнимал довольную Даджару.

Команда экспедиции посмотрела на незнакомцев…

— А вы кто такие? — спросил Ни-Зги.

— Мы тоже жертва случая. Убежали от бури и вот, решили присоединиться к вашей приятной компании.

Женщина-мотылёк в душе разгневалась и была готова пометить всех чипом смерти, но…

— А вы что такой любопытный, журналист что ли? — спросила Юпитер.

— Уже нет, — ответил пьяный Тони, — в прошлой жизни, — стараясь пошутить, добавил он, не предполагая, как близок к истине.

Женщина на скамейке не могла ничего сделать в сложившейся ситуации. Она понимала, что ещё немного и может всё открыться. Только что, преобразовавшаяся из мотылька человек другого мира впитывала информацию, как губка. Она уже знала о присутствующих всё, что