Колдовство для олигарха - Марина Тройнич

— Кощеюшка! — и бросилась к князю.

Он даже не открыл глаз, но я почувствовала — дышит. С плачем ухватилась за цепи. В это время в помещение ввалились бабки, начали что-то шептать над оковами.

Затем, повинуясь знаку Яги Яговны, Локша одним движением оторвал меня от князя, вырвал цепи из стены и вынес узника наружу. Мы выскочили следом. Рыдала одна я, бабки держались стойко.

Локша уложил князя на дощатый настил. Яговна скомандовала:

— Надо его напоить.

Никакой посуды не было. Я зачерпнула воду ладонями и поднесла к лицу князя. Видно, он почувствовал влагу у своих губ. С трудом глотнул.

Кот внимательно глядел на меня, почему-то не сводя взгляда с груди. Я вспыхнула: что это на него нашло? Потом рука машинально потянулась к вырезу платья. Амулет! А я-то про него и забыла. Интересно, как отнесутся к нему бабки?

Я сняла свой оберег. Сама до конца не знаю, на что он годится. Очень захотелось, чтобы произошло чудо. Как учил наставник, зажмурилась и пожелала всем сердцем. Знал бы Карл Карлович, как я буду использовать его подарочек, никогда бы мне его не дал.

Медленно открыла глаза. Кандалы рассыпались в прах, но на состоянии князя это никак не отразилось. Бабули уставились на меня, будто впервые увидели. На лицах появилось недоумение. Они переглянулись:

— Девонька, как ты сумела?

Кажется, они даже забыли о внуке.

Я пожала плечами: об амулете рассказывать не хотелось. Кто знает, как дальше жизнь сложится? Но, видя, что от меня ждут объяснений, произнесла:

— Сама не знаю. Иногда, если сильно захочу, получается.

Кийс подтвердил:

— Любка и меня легко освободила от цепи. А там магия была неслабая…

В это время Кощей застонал. Бабки сразу же переключились на него.

Вид у князя был еще хуже, чем казалось поначалу. Я подумала, что Чахлик Неумирающий в данный момент выглядит куда лучше, чем мой супруг.

Князь прошептал:

— Пить…

Я бросилась к воде, но бабки решительно меня отстранили.

— Сейчас, девонька, лучше тебе отойти. Его нужно омыть проточной водой и снять наговор.

Я поежилась: ночь была довольно холодной.

— Хотите, чтобы он еще и воспаление легких подхватил?

Кот-оборотень взял меня за руку:

— Они знают, что требуется. А мы сходим за каретой. Думаю, князь не сможет идти своими ногами.

Бабули замахали:

— Ступай, девочка, ступай…

Кийс потянул меня за руку. Локша шагнул было следом, но кот его остановил:

— Ты останься, вдруг помощь какая потребуется.

Добрались до дома быстро. Ночью метлой я пользовалась без опаски. Потом Кийс запрягал коней, а я торопила:

— Давай скорее, вдруг умрет.

Кот проворчал:

— Умереть не умрет, но…

Я дернулась — что-то мне в его тоне не понравилось.

— Договаривай.

— Боюсь, нескоро восстановит прежний облик. Да и память может не сразу вернуться.

— И сколько времени потребуется?

Кот пожал плечами:

— Ну… несколько десятков лет.

Я ахнула:

— Кийс, скажи, что ты пошутил и все будет хорошо.

— Что ты, Любка, такими вещами я шутить бы не стал. — Кот замялся. — Мне казалось, что ты… не настолько любишь супруга, чтобы так переживать.

Я прошептала:

— Да о любви я меньше всего думаю. Но не могу бросить кого-либо в таком состоянии.

— Чудная ты, но мне нравишься. Чувствую, что не предашь и в беде не бросишь. К тому же никогда не забуду, что на свободе оказался лишь благодаря тебе.

К утру князя разместили в комнате, где недавно лежал Салтан. Я подумала, что только что боролись за жизнь и разум царя, теперь вот почти то же самое повторяется с Кощеем. Мне опять поручили заливать отвары больному в рот. И отпаивать чистой ключевой водой.

Ночью Кийс пытался отослать меня отдыхать, но я упорно сидела рядом с князем, держа его за руку. Почему-то мне казалось, что он должен чувствовать мое присутствие.

На рассвете дверь в комнату распахнулась, на пороге появился кот:

— Княгиня, пора возвращаться во дворец. Скоро проснутся, начнут беспокоиться.

Я тяжело вздохнула. Больше всего хотелось, чтобы все забыли о моем существовании.

Кот поторопил:

— Не нужно, чтобы пошли пересуды.

— Скажу — искала мужа.

— Сказать можно что угодно. Но вот поверят ли? К тому же с тебя не спускает глаз Савва. А влюбленные мужчины ревнивы и опасны.

Я презрительно процедила:

— Да пошел этот влюбленный! Привязался, как банный лист. Смотреть не могу.

— Ну ему так не кажется. И будь осторожна: вдруг царевич прикажет следить за тобой? А пока князь не поправится, ни одна живая душа не должна знать, где он. Кстати, и не надейся: наличие супруга Савву не остановит. Парень привык уводить жен от мужей, не задумываясь об обманутых им. И еще мне не дает покоя самозванка, как-то слишком быстро очутившаяся на свободе. Кто ей все-таки помог?

— Кийс, она прекрасно знает, что ее ищут слуги царя. Думаю, затаится и не станет никому на глаза показываться.

— Боюсь, Любка, все куда серьезней. В ее делах чувствуется опыт поколений колдуний. Уж очень правильно были наложены заклятия на цепи. Да и про воду мало кто знает.

Я чуть не ляпнула: «Знают все, кто читает сказки». Но спорить не стала.

Кот подал мне накидку:

— Одевайся, отвезу тебе обратно. Бабки и без тебя здесь справятся. А ты, Локша, останешься охранять дом. Если потребуется, позовешь на помощь своих братьев.

Рыжий оборотень с изумлением уставился на Кийса:

— А ты про них откуда знаешь?

— Не считай меня дураком. От самой границы чую их присутствие.

Локша посмотрел на нас растерянно и покраснел. Я сделала вид, что ничего не заметила. Вот только знать, что под боком находится стая оборотней… брр…

Царский дворец встретил тишиной и спокойствием. Все, кроме стражи, еще спали. Охранники взглянули вопросительно, но пропустили без лишних слов. Я стремительно пронеслась к своим покоям и сразу свалилась в кровать. Напряженный день и бессонная ночь давали о себе знать.

Ко мне со всех ног бросилась Илия:

— Государыня, я вся извелась! Больше никуда вас одну не отпущу.

Было заметно, что девчонка тревожилась не на шутку. Может, и вправду зря не взяла ее с собой? Нет, скрыть такую было бы довольно трудно, уж слишком внешность неординарная. Я решительно возразила: