Победитель - Николай Романов

Когда ИскИн вывел экипаж из прыжкового сна, каперанг Свистунов и четверо специалистов системы разведки и целеуказания, покинув каюты, прибыли прямиком в центральную рубку. Даже не дожидаясь обязательного приема пищи.

Голод, разумеется, не тетка, но его, в конце концов, можно и подавить. Особенно, если речь идет о безопасности его императорского величества…

На главном видеопласте хорошо наблюдались и база «Возничий», и заполнившие пространственный сектор вокруг нее боевые корабли и вспомогательные суда Четвертого флота. В радиусе астрономической единицы от фрегата никого не наблюдалось.

До окрестностей базы «Гергию-Победоносцу» предстояло добраться только через десять часов обычного хода.

Коротким прямым импульсом сообщили находящемуся на «Возничем» вице-адмиралу Приднепровскому, что завершили прыжок и в надлежащее время присоединятся к флоту. Получили ответный импульс с приветствием и пожеланием удачи.

Дождались, пока позавтракают и во главе со старпомом Колышевым явятся на центральный мостик сменщики, отдали старпому приказ отправляться к базе с обеспечением особой внимательности дежурных СРЦ на маршруте и в свою очередь споро отправились в кают-компанию – в животе уже кишка за кишкой гонялась с непременным желанием насытиться.

В кают-компании Свистунов подсел за стол к еще не закончившему прием пищи императору, поздоровался и доложил главнокомандующему, что вражеских кораблей поблизости «око Комарова» не застукало.

Похоже, трусоваты оказались господа мерканцы…

Его императорское величество улыбнулся:

– Неужели Вершитесь Бедросо не решится на последнюю попытку? Ох не верится мне в такую удачу! Я бы пока не говорил «гоп»…

– Дежурным СРЦ даны соответствующие указания, ваше императорское величество! – заверил его Свистунов. – С «гопом» или без «гопа», а врага ни в коем случае не проспим!

– Я в этом и не сомневаюсь… Приятного вам аппетита!

– Подождите, ваше императорское величество… Журналистка эта ваша… Она все время будет находиться на мостике? Режим секретности все-таки…

Похоже, флотское предубеждение против женщин сходу капитану было не преодолеть. Вежливость вежливостью, а привычки привычками!

Впрочем, капитан совершенно прав. Он – хозяин на корабле. И Осетру надо было своевременно договориться с ним о журналистке. Не подумал, ржавый болт ему в котловину!

– Воислав Владимирович! Уж если Василькова будет летописцем этой войны, ей самое место в гуще событий. И я бы вас попросил не чинить ей препятствий. А о соблюдении режима секретности я позабочусь!

– Хорошо, ваше императорское величество! – Свистунов взялся за вилку. – Будет исполнено!

Император кивнул и, еще раз пожелав капитану приятного аппетита, оставил его наедине с тарелками.

* * *

Примерно половина пути до прошла совершенно буднично.

Осетр сидел в своей каюте и беседовал с Ладой Васильковой, между делом разъяснив, чем ей разрешается, а чем не разрешается заниматься на борту «Георгия-Победоносца».

– Я уже договорился с капитаном фрегата, что вы можете находиться на центральном мостике, когда вам пожелается. Единственная просьба… а точнее, приказ… во время вашего там пребывания не задавать никому из присутствующих никаких вопросов. Мне – можно. – Он усмехнулся. – Я, если буду понимать, что происходит, и если в происходящем не будет военной тайны, непременно отвечу. Кстати… Где у вас видеокамера?

Лада сняла с головы поддерживающий волосы обруч и показала на украшающий его сверкающий камень.

– Вот она!

– Стало быть, с этим обручем вход на центральный мостик вам категорически запрещен. Кроме того, вас не будут приглашать на совещания, поскольку там часто звучит информация, которую посторонним знать просто не положено.

Лада кивнула:

– Я понимаю, ваше императорское величество. Секретность есть секретность. Я и так вам очень благодарна! Мне очень и очень повезло. Вряд ли какой-нибудь еще женщине удалось побывать на мостике боевого корабля.

– Не стоит благодарностей!

И тут по помещениям «Победоносца» разнесся сигнал тревоги.

«Кажется, я не ошибся в своих предположениях», – подумал Осетр.

– Что случилось? – вскинулась Лада и схватилась за обруч.

Сигнал тревоги сменился басом капитана:

– Внимание, экипаж! Боевая готовность номер два! Всем занять места согласно боевого расписания!

– Давайте-ка отправимся на мостик, – сказал Осетр. И напомнил: – А свой обруч все-таки оставьте здесь.

Лада положила видеокамеру на столик.

Они покинули каюту и ринулись в центральную рубку. Оказались там как раз в тот момент, когда Свистунов отдавал приказ:

– Внимание, экипаж! Боевая готовность номер один!

Двое гостей встали поодаль за спиной капитана.

Посыпались дежурные команды и доклады вахтенных.

– СРЦ! Обработать цели!

– Цели на запрос «свой-чужой» не отвечают.

– Судя по эфемеридам, похоже, намереваются нанести удар по нам.

– Что случилось, капитан? – спросил Осетр.

Впрочем, он уже и сам видел: в центре видеопласта висела отметка цели.

Предположения в очередной раз оказались безошибочными.

Свистунов оглянулся:

– Похоже, вы были правы, ваше императорское величество! «Око» засекло два неизвестных корабля. Движутся в нашу сторону с противоположных направлений. Скоро станет ясно, кто это.

Доклады продолжали поступать:

– Уровень мощности реактора – сто процентов.

– Энергозапас – сто процентов!

– СОБ на максимальном уровне защиты.

– Обработка данных по целям завершена! Мерканские фрегаты проекта одиннадцать двадцать пять! Расстояние до цели номер один – ноль целых восемьдесят четыре сотых астрономической единицы. До цели номер два – ноль целых восемьдесят пять.

Голоса дежурных специалистов были абсолютно спокойны.

Впрочем, для них не было ничего нового – ведь экипаж «Георгия-Победоносца» уже отправлял врага к праотцам.