Самое Тихое Время Города - Екатерина Кинн

Андрей затравленно огляделся и отскочил к стене. Главный «терминатор» – на нем доспехи были украшены золотыми змеями – остановился шагах в пяти от Андрея и проговорил металлическим голосом:

– Следуйте за нами.

Забрала на их шлемах – с какой-то сложной оптической системой – напомнили Андрею роботов из старого детского фильма «Отроки во Вселенной», и ему вдруг стало смешно.

– Можно задать вопрос? – спросил он. Ответа дожидаться не стал: фактор внезапности вещь мощная. – «А» и «Б» сидели на трубе. «А» упало, «Б» пропало. Кто остался на трубе? – выпалил он.

«Уж не убью, так поразвлекаюсь напоследок».

Однако «терминаторы» замерли как вкопанные. Черт его знает – думали они или ждали приказа, но, как оказалось, Андрей выиграл жизненно важные секунды. Потому что раздался громкий рык и посреди двора материализовался Армагеддон собственной персоной, больше, правда, похожий на собаку Баскервилей – глаза у него были что плошки и горели белым огнем, в пасти сверкали жуткие клыки, а тело покрывала кольчужная сетка, как у боевых псов древности. Андрей оцепенел, а это чудище рявкнуло на грани инфразвука, так что «терминаторов» снесло. Тут же раздался пронзительный свист, от которого в глазах запрыгали зеленые искры, а уши заложило. С минуту примерно он ничего не видел и не слышал, кроме зеленых искр и ватной тишины. Когда же это прошло, он обнаружил, что «терминаторов» нет и в помине, а рядом стоит похмелевидный мужик с лохматым ньюфом. На пузе у Похмелеона болтался блестящий свисток странной формы, который он быстренько спрятал под обтерханный свитер.

– Как я их, а? – самодовольно спросил он и залихватски подмигнул.

– А… кто это был? – выдавил Андрей. – Что это было?

– То были пузыри земли! – патетически процитировал Похмелеон. – Ну-с, и что вы тут изволили делать, молодой человек, а?

– Вас искал. Послушайте, мне нужно с вами поговорить…

– Поговорить? – задумался он. – Ну так чего ж мы медлим? Идемте!

И пошел. Андрей как привязанный двинулся за ним. Шествие замыкал пес. Шли вроде совсем недолго и через пару-тройку поворотов очутились на углу какого-то скверика. Или не скверика – дождь удивительным образом скрадывал очертания города.

– Так в чем дело? – поправив очки на носу, вопросил мужичонка, в этот момент удивительно похожий на чеховского интеллигента. Правда, малость поддатого.

– Помните, мы с вами встречались уже? Здесь, осенью. Вот после этого все и началось. Странности всякие. Например, черный лимузин…

– С этого места подробнее, пожалуйста. – Мужик уселся прямо на мокрую скамейку, раскрыл над собой зонтик и закинул ногу за ногу. Пригласил жестом Андрея подсесть. Зонтик оказался невероятно широким и укрыл от тонкой мороси обоих.

Андрей начал рассказывать, сначала осторожно и только про сам пластичный ЗИМ, протискивающийся в дыру в заборе, потом пришлось объяснить про Витькин «женский Шаолинь», а заодно про Лану, от которой так и не было ни звонка, ни письма, про неувядающую розу, натюрморт, Черного Принца в зеркале и, наконец, про сегодняшнего визитера. Только о Вике не было сказано ни слова.

Рассказывая, Андрей искоса посматривал на Похмелеона и удивлялся. Это был не Похмелеон, а какой-то городской хамелеон. Лицедей. Перед ним восседал не похмельный люмпен, а вполне пристойного вида невысокий крепкий мужик лет сорока с небольшим, с самым обыкновенным лицом. Обычный средний неприметный горожанин. Выгуливает собаку. Когда и как он успел так незаметно измениться – Андрей понятия не имел, да и задумываться не стал.

Только очки оставались прежними – видавшими виды и какими-то… наглыми.

Армагеддон ошивался поблизости.

Хамелеон-Похмелеон слушал внимательно, не перебивая, только иногда задавал наводящие вопросы.

– И что теперь? – агрессивно спросил Андрей, когда рассказ подошел к концу.

– Ну, например, не ходить к той церкви. Заброшенные церкви – приманка для нечисти, знаете такое народное поверье?

– Знаю. Но надо же мне было как-то вас найти. Похмелеон усмехнулся и сунул руки в карманы. «Еще бы кепку – и такой типаж будет», – невольно подумал Андрей.

– А вы ищите меня вот по этому телефончику, – заговорщически подмигнул Похмелеон-хамелеон. – 456-894-814. Помните, были раньше телефоны с буквами?

– У тети Поли остался старый аппарат, там буквы вокруг циферблата… – припомнил Андрей.

– «Где зигзаг». Запомнили?

– Д-да…

– А пароль у нас будет… – Похмелеон прищурил один глаз и забормотал: – Луна во втором доме… Овен на исходе… Марс в Скорпионе… Вы же в ноябре родились?

– Да…

– Значит, в Скорпионе… ага. Пароль у нас будет… – Похмелеон набрал в легкие воздуху и выдал единым зарядом: – Елдыбраккаунт!

Строго посмотрел на оторопевшего Андрея и добавил:

– А отзыв – байгапосудаогдылма. – Не дожидаясь ответа, закрыл зонтик, и стало понятно, что сквозь щель в тучах пробивается красное закатное солнце. Дождь прекратился. – Эй, Армагеддоша, мон ами, пошли!

Свистнул и пошел прочь – невзрачный обтерханный работяга с бутылкой под полой облезлой куртки, а за ним потрусил, помахивая хвостом, лохматый ньюф.

«Метаморфозы!» – подумал Андрей и огляделся. И чуть не ахнул.

Он стоял в скверике рядом с бывшей партшколой, что на Миуссах, возле метро «Новослободская». Где «Кропоткинская» и «Боровицкая» – и где «Новослободская»?

«Стоп, – подумал Андрей. А если с Чистопрудного на Китай-город можно точно так же?» Как на рисунках из серии «Сквозные дыры». Он сделал шаг назад. Точно, ощущение такое же, как на том самом месте Чистопрудного – как будто открывается невидимая перспектива.

Андрей еще потоптался там, потом пошел к метро. Миновал сумрачный комплекс бывшей партшколы, а ныне Российского гуманитарного государственного университета – то еще зданьице. Поговаривают, что под ним, как под Большим Универом, полно подземных ходов.

И поехал домой…

– А ты была наверху или внизу? – спрашивала Анастасия. Лана снова снилась ей.

– Да, конечно. Я же подписала договор, – со злой горечью сказала она. – Дура я. Дура. Какого черта я пошла в это самое «Откровение»?

– Да, вот почему?

– Могла и в церковь. Да, понимаешь, там эти бабки… они как бесы. Все придираются, то не так, это не эдак, и туда не ступи, и кланяешься не так… Я же с Богом пришла говорить, а не с ними. А девушки из «Откровения» такие добрые, все понимают. Нет, тут поздно.

– Так что наверху?

Лана помолчала.

– Там. Там-там-там… Кровавые Гэбисты там. И командует ими Лаврентий. А иногда приходит Железный. И не спрашивай, я не знаю, откуда они взялись и чего им надо. Я не знаю! Но так есть.