Ступени из пепла - Константин Бояндин

— Да, — отозвалась та уставшим голосом.

— Отвечай на вопросы, быстро. Как меня зовут?

— Масстен.

— Кто позвал меня?

— Саванти.

— Сколько раз я звонил охране?

Май повернула голову.

— Нисколько.

Чародей встал.

— Потрясающий иммунитет. Остаточное воздействие снимем минут за пять. Запись получилась?

— Да. Основная и дублирующая совпадают.

Чародей вновь повернулся к Майтенаринн.

— Тахе-тари, надо дотерпеть до вечера. Выполнить её просьбу. Это будет поводом для задержания и предъявления обвинения. Понимаете?

— Понимаю.

— Обвинение не означает смертного приговора, не следует терзать себя такими мыслями. Если…

— Масстен, — Майтенаринн встала. — Мне не жаль её. Нисколько. Мне жаль тех, кто рядом с ней. Моих родителей, Миан, всех остальных. И закончим на этом.

Чародей кивнул.

— Через три часа оперативное совещание. Просьба всем, кто участвует в операции, не покидать здание Университета. Не отвечать на голосовые звонки. Всё, что вам потребуется, доставит охрана. Ясно?

— Ясно, — Реа уселась в кресло. — Мы под арестом.

Чародей ухмыльнулся.

— Но будете отпущены на свободу. Тахе-тари, нам необходимо знать, что приказывал вам «тайный голос». Если можно, слово в слово.

* * *

На этот раз все вернулись в кабинет, в Праздничном Зале. Ящики с винами по-прежнему не вызывали энтузиазма, а вот аппетит у всех разыгрался не на шутку. От волнения, видимо.

— Я подслушала отрывок вашей «беседы», — сообщила Реа, — и меня сразу же «повело». Чародей долго ругался. Сказал, что я чудом избежала крупных неприятностей. Что они там, уснули? — она встала. — Сейчас, узнаю, где наш обед. Сил нет терпеть.

Тигрица выскользнула за занавески.

— Кстати, — Хеваин повернулся к Лас-Таэнин. — Что это было за стихотворение, тахе-те? По звучанию — что-то предыдущего века. Я бы предположил, Те-Рао или Сагари. Очень красиво звучало. У вас талант.

Лас немного смутилась.

— Сагари, — признала она. — Это стихотворение редко публикуют. Считают неудачным. Мне оно нравится.

— Странный пароль, — произнёс Саванти, теребя пуговицу. — Необычный.

— Могу я попросить вас… прочесть ещё раз первую строфу? — Хеваин посмотрел на Ласточку с надеждой.

Та взглянула на Май. Светлая кивнула, улыбнулась.

Лас прочитала ещё раз. Певуче, чётко, как и должно читать стихотворения поэтов династии Роан-Рао.

— Великолепно, — Хеваин прикрыл глаза, тихо шепча что-то. — Я и не думал, что поэзия может так… звучать.

Вернулась Реа. А за ней — несколько охранников, без особого энтузиазма исполняющих роль официантов.

После обеда расположились в медицинском центре — там было много кресел. Реа и Лас задремали, Саванти ходил и бормотал что-то себе под нос. Майтенаринн отыскала детектив — должно быть, Реа читает, когда находится минутка. Хеваин отошёл к горе справочников и склонился над ними.

* * *

Ожидание — страшная вещь. Прошло оперативное совещание; все, кому было положено, получили инструкции. Включая и меня. Мне казалось теперь, что происходящее вокруг — то самое, о чём предупреждал Саванти. Что я открою глаза и… обнаружу, что лежу в постели, вся взмокшая от пота, и буду умолять Лас дать мне это проклятое лекарство — лишь бы очнуться.

Мы собрались у Саванти — в «чайной», как её окрестила ехидная Реа. Столько чая я не пила за всю предыдущую жизнь. Всё больше сок и воду. Нет… держись, Май. Хватит воспоминаний. Жди.

К звонку никто не оказался готов. В смысле моральном, конечно. Чародей и его подчинённые тут же вышли за пределы комнаты. Я подошла к терминалу, ещё ощущая вкус очередной желатиновой капсулы. Успела бы подействовать.

— Май? — жемчужный голос, приятный голос, «медовый голос». Тётушка… где вы раздобыли такой?

— Да, тётушка.

— Ты готова?

— Да, тётушка.

— Твои друзья тоже?

— Да, тётушка.

— Май, слушай… Venae ers, ma senn… Or duat suada, kann… Is vattar nashto zarta…

Я оглянулась. Саванти побледнел, прижал ладонь ко лбу. Хеваин тоже скривился, словно проглотил что-то невероятно горькое. Лас пыталась сглотнуть, но комок в горле и не думал исчезать. Только Реа оставалась невозмутимой. Молодчина, Тигрица…

Было видно, как все борются с наваждением. И это после «расколдовывания»! Бедный Дени… что же она с тобой сделала…

— Ступай к главному выходу, Май. Подожди там, я позвоню…

— Да, тётушка.

Отбой.

Саванти откашлялся. Тигрица усмехнулась.

— Я был не прав, Май, — просипел Хлыст. — Это действительно страшно. Эй, Чародей…

— Идём, котёнок, — Реа взяла меня за руку. — Нас ждут.

Саванти воззрился на неё.

— Ты что, Тигра? Постой… — он протянул руку…

…И я увидела, как мне навстречу летит стена. Только и успела вытянуть руки. Помогло, но не очень.

- -

Я очнулась, вероятно, секунды через три, но за это время успело произойти очень многое. Когда я поднялась на ноги, в «чайной» творилось нечто невообразимое. Увиденное не сразу воспринималось рассудком.

Саванти лежал под книжным шкафом, скрючившись, скрёб по полу руками.

Хеваин сидел под столом с чашками и столовыми приборами. Глаза его остекленели.

Трое бойцов и Лас пытались удержать Реа. Тигрица боролась молча, но выглядело это страшно. Если бы не бронежилеты, спустя десяток секунд в комнате не осталось бы никого живого. Лас, прижимала левую руку к груди, что-то кричала… я не слышала. Она поднялась, шатаясь, и заметила, что я встаю на ноги.

— Май!! — крикнула она так, что я, наконец, услышала. — Скажи ей, она не слышит меня. Нет!! — Лас вцепилась свободной рукой в Масстена, который был готов стрелять, в упор. — Май! Умоляю!

— Тигра! — крикнула я прямо ей в ухо. — Реа! Вернись! Maesmatafannka…

Тигрица одним движением сбросила с себя живые «оковы». Вскочила на ноги. Схватила меня за руку. Больно, очень больно…

— Esfoartanesmare!

Реа широко раскрыла глаза, взялась за горло. Что-то простонала и рухнула. Масстен, отбросив пистолет, едва успел подхватить её. Я присела перед ней. Жива. На лице застыла жуткая усмешка.

Чародей единственный сохранял самообладание.

— Скорую, быстро! — он схватил свисток. — Гриф, Гриф, это Чародей. Чёрный код, ноль три ноль ноль. Закрытую линию с Меален, немедленно. Май, — обернулся он ко мне. — Куда она велела тебе идти?