Ступени из пепла - Константин Бояндин

Большинство из них шли пешком от самого дома, как полагается по обычаю — а значит, «глубокомысленное» заявление Саванти на пресс-конференции тут ни при чём.

«Нерегулярно проводившийся (предположительно, во время полных лунных затмений во второй половине года) обряд Тёмной луны преследовал целью сплочение населения вокруг С. и мирских правителей, которым С. формально подчиняется. Считалось, что те, кто несвободен от дурных замыслов в отношении С. или её «владык», если смогут лицезреть С. во время проведения обряда, удостаиваются различных знаков милости со стороны небесных покровителей С. — исцеление ран и болезней, удача, избавление от проклятий и преследователей из Нижнего мира и т. д. — см. подробнее…»

Подробнее не было. Условный код. Выделено красным.

«Тех же, кто отказываются признавать дурные замыслы, поражают разнообразные несчастья; чаще всего, по легендам, они начинали невыносимо страдать от лучей солнца. Единственным спасением для таких, помимо ритуала очищения перед С., являлось бегство из страны».

Хеваин некоторое время смотрел на себя в зеркало. Показалось? Не изменился ли цвет… Да нет, что за чушь, какие исцеления! Очнись, Хеваин!

Почему сама Майтенаринн не помнит о Тёмной луне?

Красный ободок в небе? Ни в одном крупном астрофизическом журнале не появилось упоминания о таком событии. В бульварных изданиях — тоже. Жители Тегарона также не болтают о произошедшем. В этом нетрудно убедиться, побродив по людным местам, что Хеваин и делал несколько раз.

Ничего не понимаю. С ума тут сойти можно. Ещё этот «пси»… мурашки по коже.

Хеваин выключил терминал, проверил аккумуляторы второй — запасной — камеры (первая погибла во время боя в Зале Заседаний) и вышел на улицу. Нервы надо успокоить. Слишком много всего сразу, надо дать мыслям повариться в голове. Выкинуть лишние части головоломки. Или отделить, построить другую картину.

* * *

— Мне кажется, что у меня в апартаментах кто-то был, — высказалась Майтенаринн вечером, когда все пятеро собрались в «чайной». Саванти ожидал, что придёт Чародей, с рассказом о событиях предыдущей ночи. Но того вызвали в Генеральный Штаб, для отчёта.

— Естественно, — отозвался Саванти. — «Жуки» должны были всё обыскать.

Май стало не по себе. Мина… Инструкция к «Скату». Она заметила, что Реа смотрит на неё заговорщически.

— Я побывала там до них, — сообщила Тигрица на словах. — Охрана была из рук вон. Думаю, он так ничего и не понял.

— Мина и патроны у тебя? — спросила Майтенаринн прежде, чем обдумала, стоит ли.

Реа кивнула.

— Я не знала, что это мина.

Саванти поперхнулся вином.

— Ещё и мина. Нет, с вами с ума сойти можно! У тебя там что, арсенал, Май?

— Вроде того. Но я не помню, кто его оставил. Я ещё подумала, что кто-то уже оставлял оружие в тайнике. Я даже не знаю, чей тайник.

— Апартаменты осматривали тщательно? — повернулся Хеваин к Саванти.

— После истории с «пси» — да. Все закоулки. Ничего подозрительного не найдено. Никаких тайников. Служебные помещения и вентиляция блокированы, опечатаны, сигнализация действует.

— Нет, я не о том, — возразила Май. — Про «арсенал» расскажу позже. Мне кажется, что кто-то чуть-чуть покопался в вещах. В личных. Что всё стоит немного не на местах. Но — никто, кроме меня и окружающих там не «светился». Посторонних запахов нет.

— Вот только агентов спецслужб привлекать не надо, — проворчал Саванти. — И так уже всего наговорили — на пару пожизненных потянет. А здесь — так и на четыре ямы.

— Дались тебе эти ямы, — заметила Реа. — Ты лучше скажи, чем голову натираешь?

Май хотела рассмеяться… но вздрогнула, передумала. Саванти более не был лысым. Новые волосы успели отрасти почти на сантиметр — прежнего, иссиня-чёрного, цвета. Брови тоже возникли — белёсые, как и раньше.

— Ничем, — буркнул Саванти. — Это у меня наследственное. После сильных потрясений лысею. Потом всё отрастает.

— С такой скоростью?

— А что? Вон, гляньте, — Саванти указал на загадочно улыбающуюся Ласточку. У той волосы отросли чуть ли не на локоть. — Стойте… Что за ерунда? Что на нас, «пси» так подействовал? Тогда я не против. Вполне приемлемая компенсация.

Реа кашлянула и занялась жарким. Остывает. Прочие тоже обратились взорами вглубь тарелок.

— Слышал, сегодня было собрание малого дома Тонгвер? — поинтересовался Саванти. — Такая делегация за тобой приезжала, приятно было посмотреть.

Майтенаринн пожала плечами.

— Было.

— И?

— Читай газеты, Ани.

Саванти засопел.

— Май, ну не надо так!

Майтенаринн отложила вилку и посмотрела на него.

— Я теперь возглавляю малый дом, — пояснила она довольно сухо. — Противно было смотреть, как они все ждали приговоров. Старцы… уж точно старцы. Ничего особенного. Оставила всё, как есть. Получила заверения во всеобщей вечной любви. Множество подарков, мелких и не очень. Например, крепость Левватен.

Реа вздрогнула и уронила вилку.

— Думала, руки отвалятся — бумаги подписывать да благословлять этих… родичей.

Она обвела слушателей взглядом. Никто не улыбался.

— Вот и всё, — Майтенаринн вернулась к ужину. — Я хотела отказаться. Как только будет, кому передать этот «почётный» пост, — слово было произнесено язвительно, — передам. Я же знаю, почему они такие услужливые.

Саванти поднял руку.

— Стойте… сейчас…

Все подняли взгляды на него. Прошло секунд пять, телефон Саванти пискнул.

Саванти поднёс аппарат к уху. Ограничился парой-другой медицински звучащих реплик. Встал и, не отрывая аппарата от уха, поклонился. Хеваин хотел было что-то спросить, но Реа сделала знак — не надо.

Саванти уселся, почесал затылок.

— Собственно, всё так и ожидалось, — он встретился взглядом с Майтенаринн. — Это предыдущий Главный. Он теперь — личный врач Её Светлости.

Умеет Ани паузы выдерживать, подумала Май.

— Её Светлость благополучно разрешилась от бремени десять минут назад, — пояснил Саванти. — Детали позже. Девочка и мальчик. Ну, об этом с самого начала известно было. Тихо! — он движением руки усадил всех обратно за стол. — Не положено. Вставать не положено. А пить — Тигра… там, в нижнем ящике, в ближнем к тебе углу.

Все дождались появления бутылки. Там, к удивлению Хеваина, было вовсе не вино — что-то вроде молока. На вид и цвет.

Разлили и выпили молча.

Спиртного не ощущалось, но подействовало не хуже крепкого вина.

— Никому ни слова, — предупредил Саванти. — Я не шучу, Хеваин. Только после официального оповещения.