Рыцарь без ордена - Андрей Легостаев

— Так вот, когда это необходимо, я использую магию. Но если есть возможность обойтись без нее — справляюсь своими силами.

— Так я про это и говорю!

— Да, кстати, — ухмыльнулся граф, — твой перстень тоже был магическим.

— Вот уж нет! — с жаром возразил Найжел. — Он наоборот магию отгонял.

— А ты полагаешь, будто магию можно победить без магии?

— Да, я считаю — можно.

— Так мы ни до чего не договоримся. Скажи, ты веришь мне так же, как прежде?

— Да!

— Тогда верь мне сейчас и плюнь ты на магию. Ни ты, ни я в магов не превратимся, нам это не грозит. Главное — выжить!

— А для этого все средства хороши — как говорил князь Армугада, — рассмеялся Найжел. — Правда, прожил он недолго. Ну ладно, вот моя рука и сердце, поступай, как считаешь лучшим. Я действительно верю тебе — ты уже не станешь другим.

— Еще бы! — усмехнулся Роберт совпавшим с собственными мыслями словам друга.

Он извлек из седельной сумки, которую прихватил с собой, плотно закупоренный флакон из очень толстого и совершенно непрозрачного стекла, соскоблил воск и осторожно, хотя и пришлось приложить усилия, вытащил пробку. Взглянул на лежавшего ученика чародея, досадливо поморщился и, вновь сунув пробку на место, осторожно поставил склянку на землю рядом.

— Разожми ему зубы кинжалом, — попросил граф, распутывая веревку, которой был связан пленник.

Найжел, еще не совсем успокоившийся после состоящегося объяснения, без пререканий выполнил просьбу.

Граф, поддерживая голову мальчишки левой рукой, аккуратно влил ему в рот четыре капли темно-багровой жидкости.

— И что теперь? — спросил после некоторой паузы друг.

— Подождем, — ответил Роберт. — Редко какое снадобье действует сразу. Тем более, такое сильное.

— Ты хочешь его спасти? — удивился Найжел.

— Четыре капли, — сказал граф. — Он больше не жилец.

Орней не стал спрашивать о действии одной-двух капель неизвестной жидкости. Ему это было ни к чему.

Несколько минут длилось напряженное ожидание.

Найжел встал с корточек, потянулся, разминая мышцы.

Роберт ждал, все так же придерживая рукой голову пленника и вглядываясь в его пустые глаза, словно надеялся найти там ответы на свои незаданные вопросы.

Он уже задумчиво посмотрел на пузырек с магической жидкостью, когда тело мальчишки выгнулось дугой, словно его пожирал внутренний огонь и граф отпустил руку.

Несколько мгновений пленник корчился на земле, затем утих, но его тело уже не было безжизненно расслабленным.

Роберт выпрямился и приказал лежавшему ученику Чевара:

— Встань и отвечай на мои вопросы.

И хотя Найжел ожидал чего-то подобного, все равно удивился насколько шустро ученик Чевара (вернее его тело) подчинился распоряжению друга.

В глазах пленника появился какой-то отблеск разума, он сосредоточенно смотрел в одну точку — на графа. Как преданный пес на хозяина.

— Кто ты? — задал для затравки первый вопрос Роберт. — Как тебя зовут?

Его это совершенно не интересовало, но он знал, что не следует слишком напрягать допрашиваемого, находящегося под действием магического настоя. Человек может не выдержать резкого потрясения и разум покинет его окончательно. Тогда будет бесполезна любая магия.

Пленник представился, назвав совершенно непроизносимое имя, какие дают в южных княжествах. Да и внешне он был похож на южанина, не то, что его рыжебородый дружок.

Монотонным голосом без каких-либо эмоций, зачарованный юноша поведал о грустной и невеселой истории своего детства: как он остался без родителей, как скитался по дорогам и попрошайничал на площадях городов, имен которых не знал, как бывал неоднократно бит, как прибился на какой-то купеческий корабль в надежде стать юнгой, а его всю дорогу тошнило, как, прекратив его бродяжничество, учитель Чевар приветил несчастного мальчишку, и, хоть на его долю выпадало достаточно грязной работы и оплеух, он любит учителя и хочет отомстить за его гибель.

При этих словах Найжел презрительно хмыкнул. Граф, не обратив на восклик друга никакого внимания, продолжил допрос:

— Сколько было учеников у Чевара? — сменил он тему, подходя к интересующим его, жизненно важным в теперешней ситуации, вопросам.

— Не знаю, — ответил пленник бесцветным голосом. — Те, кто постарше, давно ушли. Иногда они навещали учителя, показывали нам разные магические фокусы и уходили гулять с учителем, чтобы мы не слышали их разговоров. Сколько у него было учеников вообще, я не знаю.

— Сколько их было когда… Когда Чевар погиб? Кроме тебя и твоего дружка, кто еще был?

— Двое, старше нас троих, и четверо малышей.

— Где они сейчас?

— Мы поссорились и двое старших ушли вместе, забрав из мастерской все ценное, что мы не успели припрятать.

— А что вы успели припрятать? — с нескрываемым интересом спросил граф.

— Немного денег, целый ворох старых чародейских причиндалов, назначения которых мы не знали — учитель не объяснял. Скорее всего, они потеряли свою силу. Лишь два амулета, с помощью которых можно было перевоплощаться в различных животных, оказались действующими, да еще мы знали о бочонке взрывной жидкости.

— Чевар говорил откуда у него амулеты, о которых ты сказал? Он учил вас ими пользоваться?

— Нет, мы сами разобрались.

— Эти?

Граф показал пленнику два металлических кружка, на солнце казавшихся золотыми, но это явно было не золото, со странными рисунками и вставленными мелкими камешками, возможно, драгоценными. Эти магические украшения были вчера на голых мстителях. Найжел подивился — он и не заметил когда друг разыскал второй амулет.

— Да. Это Лайкер догадался, что при их помощи можно обращаться в тех животных, что там нарисованы — стоит лишь надеть и пожелать. Это очень просто. И заклинаний никаких не надо.

— Точно? — суровым тоном переспросил Роберт.

— Да, — без всякого выражения ответил чародей-недоучка.

Сомневаться в его правдивости (под действием магического средства-то!) причин не было.

— Хорошо, — кивнул граф. — Что еще осталось в мастерской Чевара из магических предметов?

— Я не знаю, что из них магическое, а что оказалось там случайно.

— Перечисляй, я сам разберусь, — легкомысленно повелел граф.

— В мастерскую ведут две двери из спальни учителя и из столовой. Между ними стоит шкаф, полный древних рукописей и книг, некоторые на незнакомых языках. Там же стоят: подсвечник медный тройной, ларец инкрустированный костью, в котором хранятся древние полустертые монеты, вышедшие из хождения, и валяется множество других мелких предметом, может и талисманы или амулеты, многие на цепочках или имеют крепление для нее. Там мы нашли и эти два магических амулета. Напротив шкафа стол и огромный стеллаж. На стеллаже — верхний ряд: мазь морского барсука для…