Ристалище - Александр Прозоров

– Вот, – остановился паук. Два дня назад ткачиха с улицы перед заставой видела, как демон убил здесь жука-бомбардира и пытался отогнать его к дальнему дому.

– Мертвого? – саркастически усмехнулся правитель.

– Да, – совершенно серьезно подтвердил смертоносец.

– Она видела это издалека?

– Ты хотел видеть следы, Посланник. Вот они.

Тройлек отбежал на несколько шагов и остановился над темным глянцевым пятном.

Найл подошел ближе, присел. На песке лежал блестящий овал, напоминающий лужицу разлитой воды. На ощупь – холодный, гладкий. Тройлек протянул лапу и ударил по краю пятна. Оно перекосилось – с одной стороны немного ушло с песок, с другой – выступило наружу.

Посланник, не мудрствуя лукаво, взял его в руки.

Снизу пятно казалось просто слипшимся комком песка – если можно так назвать диск примерно тридцать сантиметров диаметром и три сантиметра толщиной, сужающийся к краям. Диск твердый – отломить хоть кусочек правителю не удалось.

– Странный камень, – сказал Найл.

– Думаешь, камень? – переспросил паук. Демон гнал мертвого жука в сторону дома. Пойдем.

Они направились в сторону дома и метров через пять обнаружили еще одно пятно. Потом еще одно, и еще… Демон шагал в сторону дома пятиметровыми шагами, оставляя за собой темные глянцевые следы. Когда пустырь кончился, глянцевые пятна обнаружились так же на камнях, бетонных обломках, в толстом слое пыли.

– Странные следы, – немного изменил точку зрения правитель. Живые существа таких не оставляют.

– Это был демон.

– А эта женщина не могла… Пошутить?

– Вряд ли она знала о твоем предстоящем визите, Посланник. А всех остальных жителей такими следами уже не удивить.

– И что удалось узнать об этом существе?

– Мало, – признал паук. Оно появляется неожиданно, убивает жуков или смертоносцев, но никогда не трогает людей. Вонючки пытались применить против него некое сверхсильное магическое оружие, но у них ничего не получилось.

– Сверхсильное магическое оружие? – вскинул голову Найл. – Это уже интересно. Тогда нам пора возвращаться во дворец. Костры на площади погасли.

Часть братьев по плоти разошлась, но несколько человек и десяток пауков толпились около крыльца.

– Где Дравиг? – спросил у них Найл.

– Он возле дворца с вражескими воинами. Братья следят, чтобы никто не вырвался наружу.

– Пусть он немедленно явится ко мне, – распорядился правитель и впервые после почти полуторагодичного отсутствия вошел в свой дворец.

Первое, что бросилось в глаза в первом зале – левая, скособоченная колонна с большущей выбоиной внизу теперь стояла ровная и целехонькая. Большой пролом на потолке исчез, на его месте сверкала свежая лепнина. По сторонам широкой лестницы стояли две небольшие пальмочки в пузатых керамических бочонках, справа, под окном – длинная скамейка.

– Ты отремонтировал весь дворец? – оглянулся на Тройлека правитель.

– Да, – то ли с грустью, то ли с гордостью ответил смертоносец.

– Приятно вернуться домой, – кивнул Найл и поднялся по лестнице.

В свои покои Посланник обычно проходил через приемный зал. Комната перед ним почти не изменилась, но вот в самом зале стены оказались выкрашены свежей светло-желтой краской, овальная колоннада тщательно восстановлена, а в ее центре, на возвышении, стояло высокое деревянное кресло с широкими подлокотниками и спинкой, уходящей под самый потолок. Этого раньше не было – Найл принимал посетителей стоя.

– Это трон, – откликнулся паук на вопросительный импульс правителя.

– Для кого?

– Хозяин дома и глава провинции должен сидеть на троне. Это его законное право.

– Тройлек, но ведь оно предназначено для людей! У тебя же лапы, брюшко… Тебе в нем неудобно!

– Я был главой приморской провинции, – с достоинством парировал смертоносец.

Наверное, только принцесса Мерлью смогла бы понять паука, терпящего неудобства только потому, что он имеет на них право. Увы, принцесса осталась в Серых горах. Найл погрустнел и коротко приказал:

– Убрать.

– Но, Посланник…

– Все братья равны! – повысил голос правитель. Я не собираюсь сидеть перед посетителями, если они стоят.

– Но к вам могут явиться недостойные подданные, мой господин.

– А стоит ли так стараться ради недостойных? – пожал плечами Найл и пошел дальше.

В коридоре, ведущем в бывшие комнаты прочь от правителя шарахнулось несколько серых теней, быстро перебежавших из-под ног на стены. Маленькие, с размером с ладонь.

– И сколько их у тебя? – поинтересовался Найл.

– Родилось пятьдесят семь. Двенадцать пропали, пока маленькие были. Одного чайка схватила, на крышу он выбрался. Двоих крыса унесла. Но я ее нашел. Сам. Должно быть сорок два.

– Неужели сам точно не знаешь?

– Разве за всеми уследишь? От нянек убегают, по щелям прячутся, по норкам лазят. Маленькие еще.

Малыши по потолку умчались прочь, а Найл вошел в свои родные покои.

Вместо тумбочки с оторванной дверцей стояло глубокое кресло, обитое тканью, похожей на шкуру листорезки. Посреди комнаты высился большой квадратный стол с причудливо изогнутыми резными ножками. Вокруг – шесть выдержанных в том же стиле стульев. У окна прислонился еще один стол – узкий, от силы полметра. На нем – две белых вазы. Напротив окна стоял глубокий диван, с маленькими столиками по бокам, и невысокий шкаф. Стены обтягивала бежевая ткань.

Найл заглянул в правую комнату. Там обстановка показалась более спартанской: обитые деревянными панелями стены, кресло, два стула и бюро. Посланник пересек большую комнату и заглянул в левую дверь: широченная кровать под тяжелым балдахином, два столика, зеркало на одной стене, картина с тремя обнаженными женщинами на другой. Все убранство выдержано в темно-синих тонах.

– Я приглашу сюда Джариту, – восхищенно покачал головою Найл. – Пусть посмотрит.

– Я предназначал эту комнату для гостей, – скромно сообщил Тройлек.

– И многим из твоих гостей нужно бюро с письменными принадлежностями?

– Князю или его дочери, – признал смертоносец. – Я распоряжусь его убрать.

– Зачем? – пожал плечами Найл. – Пусть стоит. Писать я умею, может пригодиться.

– Откуда? – удивился бывший переводчик северного князя.

– В этом мире есть очень многое, – усмехнулся правитель, – о чем ты совершенно не имеешь представления. Где должны были умываться твои гости?

– Простите, мой господин, сейчас я пришлю служанку.

Найл наскоро смыл накопившуюся почти за двое суток пыль и вышел встречать Дравига на улицу – было бы не очень хорошо, если старого соратника на пути к правителю перехватит некий чересчур старательный полупленник-полуслуга.