Ева. Гибкий график катастроф - Инна Георгиева

И, кажется, я знала человека, который мог мне в этом помочь.

— Привет, Полинка, — поздоровалась, когда на другом конце провода сняли трубку. — Ты не поверишь, что у меня сегодня случилось…

— Нет! — почти рявкнула она. — Это тыне поверишь, что у меня сегодня случилось! Решила я утром перед парами заехать на квартиру, захватить новый рабочий халат. Старый был весь в дырах и я его вчера выбросила. Вернее, не я, а Богдан, но не суть… короче, буквально на минуту забежала к себе, а когда вышла: знаешь, что увидела?

— Двор, небо над головой и мир, полный возможностей? — ехидно уточнила я (а вот не надо было меня перебивать!).

— Если бы! — не оценила юмор подруга. — Здоровенный деревянный крест рядом с дверью!

— Крест? — переспросила недоверчиво.

Готесса закивала так яростно, что я услышала как задребезжал ее телефон:

— И баночку, до половины наполненную святой водой.

— Откуда ты знаешь, что именно святой? — удивилась я.

— А у нее на дне лежала маленькая такая портативная иконка! Нет, Ева, я, конечно, все понимаю, но это… Ты же меня знаешь! Я вполне себе уважительно отношусь к пожилым людям. За что меня так невзлюбили бабки у подъезда — ума не приложу. Каждый раз при встрече крестятся и вздыхают о «пропащей молодежи»…

В этом месте я уже начала потихоньку догадываться, к чему она вела:

— Тебе что, пенсионерки объявили священную войну?

— Тебе, блин, смешно, да?! — голосом непонятого мученика воскликнула готесса. — А я реально боюсь завтра открыть дверь и увидеть толпу священников с образами!

— Я не думаю, что они зайдут так далеко…

— А крестовые походы тебя ничему не научили?! — громким шепотом спросили в ответ. Я выразительно фыркнула, на что подруга сделала глубокий вдох и процитировала: — «Убивайте всех: Господь распознает своих!»

— О, мой бог, Полина! — не сдержалась я. — Это когда было!

— Во-первых, Ева, — серьезно попросила готесса, — давай оставим бога в покое. Он и так в последнее время слишком внимателен к моей скромной персоне. Во-вторых, курточку с надписью «Devil lives in me»[4]мне, пожалуй, придется отложить до лучших времен. Как-то я не учла, ее покупая, что в моем доме живут две бывшие учительницы английского языка…

— У тебя есть куртка с надписью «Devil lives in те»? — честно пытаясь не заржать, уточнила я.

— Я же вчера к тебе в ней пришла! Или ты была так обессилена после «лучшего секса в своей жизни», что не обратила внимания? Там еще рогатая морда во всю спину!

— Полечка, я тебе вот что скажу, — проговорила, отчаянно кусая себя за щеки изнутри. — Будь благодарна, что они экзорциста не вызвали!

Пару секунд Полина молчала, словно обдумывала, какими словами меня послать, потом заявила:

— Все-таки, Ева, ты — дочь своей матери!

— Приму это как комплимент, — хихикнула я. — И не возьму тебя в Италию.

— Это еще почему?! — не поняла готесса, а я уже просто не могла сдерживать смех:

— Исключительно в целях твоей безопасности! Подумай сама: там же папа римский, Ватикан и все такое…

— Сказала ведьма, — буркнула готесса, сообразив наконец, что я над ней издеваюсь, и резко сменила тему: — Ты готова к йоге?

— Майка, спортивные штаны и коврик, — весело отрапортовала я. — Все при мне. А еще обруч и резинка для волос.

— Какая запасливая… Тогда веселого тебе дня и жди меня у школы. Буду в районе пяти.

— А ты не хочешь узнать, что все-таки случилось сегодня у меня? — с легкой обидой в голосе напомнила я.

Поля спохватилась:

— Да, конечно! — и добавила с выражением: — Итак, Евочка, что у тебя произошло?

— А у меня, Полечка, — в тон ей ответила я, — Юлиан Шакуров поступил в класс к Александру Соколову.

— Какое, право, неожиданное желание свести счеты с жизнью, — хмыкнула готесса. — А ведь есть куда более приятные способы суицида. Интересно, с чего бы вдруг твоему заграничному «принцу» захотелось поучаствовать в конкурсе на премию Дарвина?

Я улыбнулась и вкратце пересказала подруге наш с Юликом разговор.

— Так, значит, Ядвига подсказала, — хмыкнула Полина. — Какой милый у твоей мамы подход к естественному отбору женихов. Сначала она добавляет их в заветный список, а потом стравливает между собой и смотрит, что получится. Что ж, будем надеяться, что и на этот раз победит любовь. А если тебе нужно политическое убежище — знай: всего за одну поездку в Италию я готова тебе его предоставить.

— Предлагаешь мне попасть в логово бабок-крестоносцев? — ухмыльнулась я. — Нет уж, спасибо.

Полина тяжко вздохнула:

— И то верно…

Мы немного помолчали, представляя, как интересно развиваются события и к чему это может привести. Потом подруга глубокомысленно заметила:

— А ведь йога и правда сейчас не повредит. Ну для успокоения нервов.

— И чтобы пересидеть где-нибудь возможный вечерний шторм, — поддакнула я.

Поля хихикнула:

— Тогда до вечера?

— Ага.

Будем надеяться, что на этот раз занятие йогой пройдет по иному сценарию, чем тот, в который я до сих пор свято верила.

Знаете, что самое смешное? Иногда мечты сбываются! Йога нас не разочаровала. Немножко удивила — это да, но мы точно не обманулись в своих надеждах: после этого урока никакие «штормы» были уже не страшны. Нам просто хотелось вернуться туда, где все знакомо и безопасно и где нет ощущения, что тебя пытаются вывернуть наизнанку или связать в крепкий морской узел. По крайней мере, так было у меня, а вот Полина, которая, надо признать, пострадала куда сильнее, проявила себя истинным бойцом и чуточку мазохистом, потому что рвалась отомстить, но потом, когда затянутся боевые раны от первого сражения.

Впрочем, эту историю нужно рассказывать по порядку.

Все началось еще в раздевалке. Обычной такой раздевалке совсем немажорной студии: железные шкафчики в два ряда, три деревянных скамейки, запах пота и (как я потом поняла) слез. Мы в такой уже бывали, потому к мебели особо не присматривались. Тем более там и так было, на что полюбоваться.

— Глянь на того парня! — прошептала Полина, кивая на мальчика лет тринадцати, с каменным лицом натягивающего трико. Я скользнула по нему взглядом, особенное внимание уделив мимике — было чувство, что он пытается посчитать в уме гамильтониан и, о боже, уже на полпути к успеху!

— Однако, как тщательно человек готовится ко входу в нирвану…

— Угу, — хихикнула Поля. — Так тщательно, словно там таможня на границе, а ему нужно втихую протащить с собой два кило марихуаны.