Перси Джексон и последнее пророчество - Рик Риордан

«Это же не Миссис О’Лири, — напомнил я себе. — Это обычный неприрученный монстр. Он может убить меня и остальных».

Адская гончая прыгнула на меня снова, и на сей раз я взмахнул Анаклузмосом, описывая убийственную дугу. От адской гончей остались только шерсть да пыль. На меня бросились новые монстры — змеи, великаны и тельхины, но Минотавр зарычал на них, и они отступили.

— Один на один? — выкрикнул я. — Как в старые времена?

Ноздри Минотавра задрожали. Нет, ему явно не помешала бы пачка бумажных салфеток в кармане, потому что нос у него стал мокрый, красный и сопливый. Он отстегнул топор и принялся им размахивать.

На свой суровый манер типа «я тебе сейчас выпущу кишки!» — это было, наверно, красиво. Каждая из заточенных лезвий топора имела форму буквы Ω, («омега») — последней буквы греческого алфавита. Может, потому, что его жертвы последним видели в жизни именно этот топор. Топорище было высотой с Минотавра — бронза в кожаной оплетке. Вокруг основания с каждой стороны болталось множество бус. Я вдруг понял, что это бусы из Лагеря полукровок — ожерелья, отобранные у полукровок, побежденных Минотавром.

Это меня так взбесило, что мои глаза засверкали, наверно, не слабее, чем у Минотавра. Я поднял меч. Армия монстров криками подбадривала Минотавра, но эти звуки стихли, когда я парировал его первый удар и разрубил его топор пополам — ровно между топорищами.

— Му-у? — замычал он.

— Ха! — Я с разворота нанес ему удар ногой прямо в морду.

Он пошатнулся, попытался удержать равновесие, потом наклонил голову, готовясь к атаке.

Но такой возможности я ему не предоставил. Мой меч рассек воздух — Минотавр лишился сначала одного рога, потом другого. Он попытался схватить меня. Я отскочил, успев подобрать половинку его разрубленного топора. Остальные монстры, напуганные и удивленные, молча отступили назад, образовав для нас круг. Минотавр взревел от злости. Откровенно говоря, он никогда не был особо умен, но теперь от ненависти стал еще и неосторожен. Он бросился на меня, а я, прорвавшись через ряд дракониц, кинулся к краю моста.

Минотавр, видимо, почуял близость победы. Он решил, что я пытаюсь дать деру. Его «шестерки» оживились. У края моста я развернулся и заклинил топор в ограждении так, чтобы его лезвие встретило Минотавра. Говяжья Башка даже не сбавил скорости.

Хрусть.

Минотавр удивленно посмотрел на рукоятку топора, торчащую из его нагрудника.

— Спасибо за игру, — сказал я.

Я приподнял его за ноги и швырнул вниз с моста. Еще не успев достичь воды, он распался, снова превратившись в прах, его сущность вернулась в Тартар.

Я повернулся к армии чудовищ. Соотношение сил примерно сто девяносто девять к одному. Я сделал то, что было естественно в моем положении, — бросился в атаку.

Вам, конечно, интересно, как действовала эта самая неуязвимость: то ли я волшебным образом парировал все удары, то ли удары достигали цели, но не наносили мне вреда. Если откровенно, то я не помню. Я только знал, что не имею права пропустить этих монстров в мой город.

Я разрубал доспехи на врагах, словно бумажные. Женщины-змеи взрывались. Адские гончие растворялись в тени. Я рубил, колол и резал, раз или два, кажется, даже рассмеялся — смех сумасшедшего, который напугал меня не меньше, чем моих врагов. Я чувствовал, что ребята из домика Аполлона стреляют из луков у меня за спиной, пресекая все попытки врага перегруппироваться. В конечном счете монстры повернулись и бросились наутек — из двух сотен в живых осталось не больше двадцати.

Я преследовал их, а на пятки мне наступали ребята Аполлона.

— Да! — вопил Майкл Ю. — Получайте, гады!

Мы выгнали их на бруклинскую часть моста. Небо на востоке просветлело. Впереди виднелись будки и турникеты для взимания платы за проезд по мосту.

— Перси! — раздался крик Аннабет. — Ты их уже отогнал! Отходим! Мы слишком растянули наши коммуникации.

Какая-то часть меня понимала, что она права, но у меня так все здорово получалось… Мне хотелось уничтожить всех монстров до единого!

Но тут я увидел толпу у въезда на мост. Отступающие монстры бежали прямо к своему подкреплению. Это была небольшая группа из тридцати или сорока полубогов в боевых доспехах на лошадях-скелетах. У одного в руках багровело знамя с черной косой.

Передний всадник направил коня в мою сторону. Он снял шлем — и я узнал самого Кроноса, с глазами как расплавленное золото. Аннабет и ребята Аполлона остановились. Монстры, за которыми мы гнались, достигли группы титана и влились в нее. Кронос смотрел в нашу сторону. Он был от нас на расстоянии в четверть мили, но я могу поклясться, что видел его ухмылку.

— Теперь отходим, — сказал я.

Армия титана обнажила мечи и бросилась в атаку. Копыта их лошадей-скелетов цокали по асфальту. Наши лучники дали залп, и несколько врагов свалились с лошадей, но остальные неслись на нас.

— Отходите! — крикнул я ребятам. — Я их задержу!

Не прошло и нескольких секунд, как они набросились на меня.

Майкл и его лучники пытались отступать, но Аннабет осталась у меня за спиной, сражаясь своим ножом и зеркальным щитом. Мы медленно отходили по мосту.

Кавалерия Кроноса окружила нас, размахивая мечами и выкрикивая оскорбления. Сам титан наступал неторопливо, словно ему некуда было торопиться. Что ж, если ты, как Кронос, владыка времени, может, тебе и в самом деле некуда спешить.

Я старался не убивать его приспешников, а только ранить. Это, конечно, затрудняло мою задачу, но ведь они все же не монстры, а полукровки, попавшие под власть Кроноса. Я не видел их лиц под боевыми шлемами, но некоторые из них когда-то, вероятно, были моими товарищами. Я рубил ноги их коням, отчего эти скакуны-скелеты распадались на части. После того как несколько первых полукровок свалились на землю, остальные решили сражаться со мной спешившись.

Мы с Аннабет стояли спина к спине, отражая атаки с разных сторон. Надо мной появилась темная тень, и я решился взглянуть наверх. С небес спускались Пират и Порки, они лягались, раскидывая в сторону наших врагов в шлемах, а потом взмывали вверх, словно гигантские голуби-камикадзе.

Мы пробились почти до середины моста, когда произошло что-то странное. У меня мороз по коже прошел, а может, это мурашки побежали — не успел толком понять. За спиной закричала от боли Аннабет.

— Аннабет!

Я повернулся в тот момент, когда она упала, держась за руку.

Над ней стоял полубог с окровавленным ножом.

Я мгновенно понял, что случилось. Судя по положению его клинка, он собирался ударить меня (может быть, совершенно случайно) именно в поясницу — в мое единственное уязвимое место.

Аннабет закрыла меня собой!

Но почему? Она ведь не знала о моем слабом месте. Никто не знал.