Первая исповедница - Терри Гудкайнд

Магда не могла поверить услышанному.

– Я правильно поняла? Души этих людей все еще здесь, в этом мире? Ведь если их нет в мире мертвых, они могут быть только здесь, по-прежнему в нашем мире, все еще с нами. – Она поймала себя на том, что оглядывает комнату, в глубине души ожидая увидеть духов, парящих вокруг. – Я вас правильно поняла?

Исидора на какое-то время сжала губы, но затем все-таки ответила.

– Боюсь, что да. Дело в том, что хотя эти люди и умерли, их духовное начало, их души еще не смогли перейти туда, где должны были оказаться.

Магда не понимала, как такое возможно и вообще возможно ли. Ей пришло в голову, что души могли перейти в мир иной, но потом кто-то утащил их обратно.

Но для чего?

Магда устало провела рукой по лицу. Она боялась представить мотивы подобных деяний. И даже вообразить не могла их последствия. Голова у нее кружилась, мысли путались. Но Исидора без дальнейших понуканий продолжила рассказ.

– Потом дух Софии подлетел ко мне ближе. Она раскинула руки, подобно пикирующему ястребу, и замерла прямо передо мной. Хоть я и знала Софию, но пришла в ужас и застыла на месте, не в силах пошевелиться. Глаза духа – глаза Софии – пылали тем же светом, что окутывал ее.

Она посмотрела на меня из преисподней и сказала: «Ты нашла ту истину, которую искала». Я не понимала, что мне теперь делать. Как бы в ответ ее дух подплыл еще ближе, прямо к моему лицу, и сказал: «Найди их!»

В тот страшный миг я получила ответ, который искала, ответ, содержавший все, что мне требовалось знать. Я поняла, что следует делать.

Я вернулась, узнав ту истину, на поиски которой отправилась. Вернулась говорящей с духами, но без духа женщины, которая научила меня. Я вернулась вместо нее. Заняла ее место.

София лежала мертвая рядом со мной посреди Благодати, сжимая в руке наглазную повязку, которую использовала, когда учила меня быть говорящей с духами.

Магда понимала, как Исидора привязалась к Софии. Она видела скорбь, отобразившуюся на незрячем лице Исидоры. Ей было ужасно жаль Исидору, чей поиск ответов стоил жизни Софии.

– Очень жаль вашу подругу.

Исидора отстраненно улыбнулась.

– Да, в итоге она оказалась во многих отношениях хорошим другом. Помогла мне узнать, что сделать, чтобы помочь моим людям.

Магда склонила голову набок.

– Вы хотите сказать, что, узнав об этом, решили, что теперь ваш долг в том, чтобы… в чем? Каким-то образом помочь потерянным душам попасть в потусторонний мир?

– Я хочу сказать, что тогда я поняла – мое участие в битве не закончилось и вовсе не потому, что я отправилась в преисподнюю и открыла там часть правды. Война, начавшаяся с убийства жителей моего города, только разгоралась. Тогда я осознала, что я воин, участвующий в этой битве.

– Но ведь вы…

– То же и с вами: вы здесь, потому что стали воином.

– Я?

Исидора повернулась к Магде так, будто могла заглянуть ей прямо в глаза. Примерно так, представляла себе Магда, смотрел дух Софии в глаза Исидоре.

– Вы были женой Бараха и после его смерти тоже ищете ответы на беспокоящие вас вопросы. Вы тоже пришли сюда, к говорящей с духами, потому что хотите узнать истину. Вам, как и вашему мужу, тоже нужны ответы из мира мертвых. Вы поступаете так потому, что в вас тоже есть дух воина.

Хотя вы не наделены даром, ваши знания, способности и сердце дают вам уникальные возможности. Возможно, вы думаете, что кто угодно мог бы поступить так же – например, противостоять Совету, – но на самом деле нет, никто бы этого не сделал. Только вам под силу было совершить то, что вы совершили, и сейчас вы, возможно, единственная, кто может раскрыть ужасную истину. Не заблуждайтесь, Магда Сирус, враг боится вас – и вовсе не зря, даже если вы об этом не подозреваете.