Наследник Новрона - Майкл Дж. Салливан

Кто-то начал спускаться по ступенькам, и Минс затаил дыхание, пока слуга сметал снег с двери в подвал. Потом он отпер замок, и мясник вошел внутрь.

— Как здесь холодно, — пробормотал Дженкинс и скрылся из виду.

— Что верно, то верно, сэр.

Ученик мясника принес в подвал ощипанного и обезглавленного гуся и отправился за перепелками. Дверь осталась открытой. Возможно, Минса подтолкнул вперед мороз, или голод, или мысль о пяти серебряных монетах, наверное, все это вместе взятое. Но он быстро, словно хорек, не думая о последствиях, скользнул внутрь. Он заполз за мешки, от которых пахло картошкой, и скорчился, стараясь перевести дыхание. Ученик мясника вернулся с тушками, подвесил их за ноги и снова вышел. Дверь захлопнулась, и Минс услышал, как щелкнул замок.

После ослепительного солнца и снега Минс почти ничего не видел вокруг себя. Он застыл на месте и прислушался. Слуга прошел у него над головой, потом шаги стихли и воцарилась тишина. Мальчик понимал, что ему не удастся незаметно выбраться из подвала, но решил не тревожиться из-за этого. Когда привезут новые продукты, он выскочит и убежит. Его появление станет для слуги неожиданностью, а когда он окажется на улице, его уже никто не догонит.

Вскоре глаза Минса привыкли к темноте, и он начал различать очертания предметов вокруг. К тому же сквозь щели в досках просачивался слабый свет. В подвале было прохладно, вкусно пахло едой, повсюду стояли ящики, мешки и кувшины. С потолка свешивалась свиная грудинка. В коробке, устланной соломой, лежало столько яиц, что Минс не смог их сосчитать. Мальчик разбил и выпил одно, потом нашел кувшин с молоком, сделал два больших глотка и ощутил во рту вкус сливок. Они оказались такими густыми и сладкими, что на лице Минса расцвела счастливая улыбка. Он озирался по сторонам, и ему казалось, что он попал в сокровищницу. Он мог бы жить здесь, прячась среди ящиков, спать на мешках и есть досыта. Порыскав вдоль полок, он нашел кувшин с черной патокой и уже собрался снять крышку, когда над его головой послышались шаги.

Вскоре он разобрал приглушенные расстоянием и стенами голоса:

— До конца дня я буду во дворце.

— Я сейчас же пошлю за каретой, милорд.

— Я хочу, чтобы вы с мастером По отнесли этот медальон к ювелиру. Пусть он начнет делать дубликат. Но не оставляй медальон и не упускай его из виду, он очень ценный. Оставайся с ювелиром и следи за ним.

— Да, милорд.

— И забери его в конце дня. Полагаю, тебе придется сходить к ювелиру несколько раз.

— Но ваш обед, милорд. Конечно, мастер По может…

— Я поем во дворце. В этом деле я не доверяю мастеру По. Он пойдет с тобой только для охраны.

— Но, милорд, он еще совсем молод…

— Не имеет значения, просто делай, как тебе приказали. Где Доббс?

— Наводит порядок в спальнях скорее всего.

— Возьми и его с собой. Тебя не будет целый день, и я не хочу, чтобы он оставался здесь один.

— Хорошо, милорд.

«Милорд, милорд! — Минс был вне себя от разочарования. — Почему бы не назвать его имя!»

Минс долго прислушивался, пока не пришел к выводу, что в доме никого нет. Он прошел через весь подвал, поднялся по ступенькам и толкнул дверь, ведущую в дом. Она распахнулась, и Минс прокрался внутрь. Беззвучно, точно мышь, сделал шаг, еще шаг, и тут заскрипела половица. Охваченный ужасом, Минс замер на месте, однако ничего страшного не произошло.

Он был на кухне один. Повсюду лежала еда: хлеб, соленья, яйца, сыр, копченое мясо и мед. Минс попробовал всего понемногу. Ему доводилось есть хлеб, но этот был удивительно мягким и сочным, особенно по сравнению с черствыми корками, которые ему обычно доставались. Соленья оказались острыми, сыр необычайно вкусным, а мясо, хоть и жесткое, превзошло все его ожидания. Минс также обнаружил небольшой бочонок с пивом, лучшего он никогда не пробовал. Голова слегка кружилась, и он чувствовал приятную сытость, когда вышел из кухни с ломтем пирога в одной руке и куском сыра в другой. Здоровенный шмат копченого мяса он спрятал в карман.

Внутри дом производил более сильное впечатление, чем снаружи. Потолки были украшены лепниной, деревянные стены — резьбой и красивыми гобеленами, на окнах висели шелковые занавеси. В гостиной горел камин, в нем тихонько потрескивали поленья, и по комнате разливалось приятное тепло. В застекленных вишневого дерева шкафах посверкивали хрустальные бокалы, на столах стояли свечи и изящные статуэтки, на полках рядами расположились книги. Минс никогда не держал в руках ни одной книги. Он доел пирог, засунул сыр в свободный карман и взял в руки один из фолиантов. Он оказался куда более тяжелым, чем он ожидал. Мальчик попытался его открыть, но книга выскользнула из скользких от жира ладоней и с громким стуком упала на пол. Эхо падения прокатилось по всему дому. Минс замер, затаил дыхание, ожидая услышать звук шагов или гневные крики слуг. Но в доме по-прежнему царила тишина.

Подняв книгу с пола, он полюбовался золотыми буквами на обложке. Ему пришло в голову, что это наверняка какие-то таинственные заклинания, которые приносят богатство или даруют людям вечную жизнь. Грустно вздохнув, Минс поставил книгу на место и направился к лестнице.

Он поднялся на второй этаж, где обнаружил несколько спален. Самая большая соединялась с кабинетом, где он увидел письменный стол и множество других книг. На столе лежали пергаментные свитки с такими же непонятными словами, очередные вместилища тайн. Минс взял один из свитков, перевернул его вверх ногами в надежде, что он поведает ему свои секреты. Ничего не вышло, и Минс, бросив пергамент на стол, уже собрался уходить, когда его внимание привлек свет.

Из щели между дверцами шкафа изливалось наружу странное сияние. Минс долго не решался подойти к нему, но, наконец, с опаской открыл дверцу. Внутри висели жилеты, камзолы и плащи. В дальнем углу шкафа Минс увидел удивительный, переливающийся серебром плащ. Он выглядел настолько необычно, что Минс машинально протянул руку, чтобы его потрогать. Никогда прежде ему не доводилось испытывать ничего подобного: ткань была гладкой, как полированный камень, и мягче пуха на ощупь. Серебристая материя в том месте, к которому он прикоснулся пальцем, вдруг засияла ослепительным светом и стала ярко-пурпурной.

Минс испуганно оглянулся, но его опасения были напрасными, в комнате, кроме него, никого не было. Повинуясь неосознанному желанию, он вынул плащ из шкафа, задев краем пол. Почему-то ему показалось, что этого делать нельзя, и он накинул плащ на руку. Минс начал его надевать и даже просунул одну руку в рукав, но в последний момент замер. Плащ стал холодным и поменял цвет на темно-синий, почти черный. Как только мальчишка вытащил ладонь из рукава, он снова вспыхнул пурпурным светом.

Минс напомнил себе, что он здесь не для того, чтобы что-нибудь украсть. В принципе он не имел ничего против воровства, он лазал по чужим карманам, крал на рынке фрукты и даже грабил пьяных. Но никогда не забирался в чужой дом и уж точно не в такой дом на Хит-стрит. Минс знал, что красть у аристократов очень опасно, и не властей ему следовало бояться в первую очередь. Если об этом узнает воровская гильдия, наказание будет куда страшнее, чем то, на что способен магистрат. Никто не будет особо переживать, если голодный мальчишка украдет еду. Но плащ — это совсем другое дело. К тому же в доме полно книг и пергаментных свитков, наверняка его хозяин волшебник или колдун. Это было слишком рискованно.