Кодекс убийцы - Елена Малиновская

– Что ты тут делала? – начала допрос Флокса, не торопясь пока надевать перчатку обратно.

– Пришла расспросить любимейшего усопшего муженька, куда он спрятал драгоценности. – Вдова с презрением плюнула в сторону гроба. – Чтоб ему вечно скитаться по землям мертвых без прощения богов!

– Какие драгоценности? – Флокса недоуменно наморщила лоб. – И как это – расспросить? Ты владеешь некромантией?

Я тихонько присвистнул от удивления. Ничего себе! Неужели Тайра знает какие-нибудь секреты черного колдовства и является одной из прислужниц бога-отступника?

– Это не некромантия, – слабо запротестовала вдова. – Так, одно название, а не колдовство. Считается, что семь дней после смерти душа покойного остается рядом с телом. Нужно найти лишь способ заставить ее на миг вернуться в свое прежнее бренное обиталище. Это не так тяжело, как кажется. Если окропить губы мертвеца собственной кровью, то запах чужой жизни привлечет душу для разговора.

Я отошел к гробу и поднял маленький нож, предназначенный для разрезания бумаг. Видимо, Тайра уронила его, напуганная нашим с Флоксой неожиданным появлением. Очень интересно, откуда у нее такие познания в магии? Даже я никогда о подобном не слышал. Хотя в свое время перечитал множество трактатов о разнообразнейших ритуалах.

– И после этих слов ты осмеливаешься утверждать, будто не являешься черной колдуньей? – Флокса недоверчиво покачала головой. – Да по тебе храмовый суд плачет! Не сомневаюсь, что приговором будет костер.

– Тут нет ни капли искусства невидимого! – На глазах Тайры выступили злые слезы. – Любой может сделать это. Любой, слышишь меня?! Даже не обладающий магическим даром. Конечно, души не всегда отзываются на подношения крови. Но если спрашивающий состоял в близких отношениях с покойным и если последний погиб не своей смертью, то успех практически гарантирован.

– Откуда ты все это знаешь? – спросил я, задумчиво вертя в руках нож. – Мне кажется, в обычных книжках вряд ли напишут подобное.

– Я нашла описание этого ритуала в бумагах матери, – с неохотой ответила Тайра. – Надеюсь, вы помните, что она умерла достаточно рано, поэтому мне не удалось задать ей каких-либо вопросов. Но поскольку мой отец частенько поколачивал ее и в конце концов скинул с лестницы, то я сильно сомневаюсь, что она была колдуньей. Иначе с чего ей терпеть такое обращение? Как, впрочем, и мне от Тирна.

– В записях твоей матери было что-нибудь еще столь же поучительное? – спросила Флокса, глядя на Тайру в упор. – Что-нибудь, что может представлять интерес для храмов?

Та на какой-то неуловимый миг запнулась, но потом практически выдавила из себя:

– Нет.

– Предположим. – Флокса сделала вид, будто поверила собеседнице. – Вернемся к другому вопросу. Какие драгоценности вы хотели найти?

– Любые, – честно ответила Тайра. – Свадебные, фамильные, те, которые он дарил мне после особенно жестоких унижений. Тирн считал, что хранить их в доме слишком опасно, поэтому постоянно прятал. Лишь перед торжественным выходом приглашал меня в кабинет, где на столе заранее были разложены все эти богатства, и предлагал выбрать комплект. А после окончания приема я обязана была вернуть ему все, до последнего колечка.

– При нашей первой встрече на ваших пальцах красовались перстни. – Флокса выжидающе изогнула бровь. – Насколько я помню, достаточно дорогие.

– Недостаточно, – гневно перебила ее Тайра, но тут же замолчала, будто испугавшись, что сболтнула что-то лишнее.

– Как я понимаю, тысячу золотых выручить за них вам не удалось? – негромко полюбопытствовал я. – Бедняга Хадиш.

– Как?.. – Тайра задохнулась от волнения. Вскочила на ноги, едва не опрокинув кресло. – Как вы узнали?

– Сопоставил некоторые факты. – Я пожал плечами, довольный произведенный эффектом. – Одна птичка на ухо напела, что у вас с братом покойного мужа весьма теплые отношения, если не сказать больше. Вроде бы, Тирн даже подозревал вас в супружеской неверности. Сегодня, ох, простите, уже вчера утром мы узнали, что Хадиш был проклят. А он в свою очередь выяснил, что мы нашли одно из старых завещаний, которое при отсутствии нового приобретает абсолютную законность. Но вот незадача – при наличии завещания Хадиш получит состояние брата лишь через сорок дней после его смерти. Деньги же ему нужны уже сейчас, чтобы расплатиться с неведомыми шантажистами.

По мере моего монолога лицо Тайры все бледнело и бледнело, пока, наконец, по цвету не сравнялось с погребальным саваном.

– Это правда? – резко спросила Флокса. – Ты продала кольца, чтобы помочь Хадишу? Но денег не хватило, поэтому решила отыскать остальные драгоценности?

– Да, – глухо отозвалась Тайра, с мученической гримасой опустившись обратно в кресло. – Все так.

Я задумчиво потер нос. Значит, Дани все же не врала мне: ее мать и брат отчима в самом деле состояли в любовной связи. Логично предположить, что насчет оглашения завещания в праздник Фейрах девушка сказала правду. Но почему, демоны побери эту проклятую семейку, я не чувствовал запаха лжи ни от Хадиша, ни от Тайры, когда они уверяли, что Тирн в тот день напился и изменил традиции ежегодно во всеуслышанье объявлять своего основного наследника?!

– Уже вырисовывается некая картина. – Флокса довольно подмигнула мне и нарочито медленно надела перчатку. – Это тянет на преступный сговор. Верно, Тирн заподозрил что-то неладное и задумал исключить тебя и брата из завещания. Тем более не могло идти никакой речи о помощи Хадишу в деле снятия проклятия. Вы забеспокоились и решили устранить проблему самым радикальным способом. Не так ли?

– Не так. – Тайра устало посмотрела на суровую дознавательницу снизу вверх. – Тирн прекрасно знал о моих отношениях с его братом. Моего мужа это… забавляло и ничуть не тревожило. Поймите, у гномов совершенно другие семейные ценности. Главное для них – род. Братья, отец, сыновья. Женщины лишь приятное дополнение, которым ничего не стоит поделиться с кровным родственником. Иногда… Иногда он даже заставлял меня идти к Хадишу в комнату, когда тот пребывал в дурном настроении. Просто чтобы по-дружески помочь брату.

– И тебя это не оскорбляло? – На лице Флоксы появилось выражение крайнего отвращения.

– Поначалу оскорбляло. – Тайра печально улыбнулась. – Но потом… Хадиш совсем не похож на брата. Он очень добрый и заботливый. Со мной никто и никогда не обращался настолько ласково и нежно. И… И я действительно очень, очень хочу, чтобы он не пострадал от проклятья.

– Насколько я понимаю, Хадиш получит по наследству не только состояние Тирна? – полюбопытствовал я, настороженно принюхиваясь к допрашиваемой. Надо же, только сейчас обратил внимание, что она больше не пахнет моим противником. – По гномьим традициям младшему брату после смерти старшего переходит и жена покойного, не так ли?

– И я рада этому. – Тайра с вызовом подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.

– Боюсь, вы рискуете в ближайшее время овдоветь второй раз, – жестокосердно заметил я.