Призрак из прошлого - Дженни Ниммо

Такой кошмарной недели у Чарли в жизни еще не было.

Фиделио несколько дней не мог оправиться от Манфредова гипноза: он плелся за Чарли, как шаткая тень, бледный, заторможенный, не в силах разговаривать, и забывал то имя приятеля, то свое собственное, а об уроках уже и говорить не приходилось.

Каждый день Чарли пытался проникнуть в руины и терпел поражение, поскольку на входе неизменно торчал садовник, шугавший его прочь.

– Пошел вон отсюда! – кричал мистер Уидон. – Запретная зона! Брысь, кому говорят!

По ночам отправиться на поиски Генри тоже не выходило – стоило Чарли сунуться за порог спальни, его перехватывала тетка Лукреция, почему-то всякий раз оказывавшаяся неподалеку. В конце концов Чарли сдался, но за Генри тревожился страшно. Куда его заперли? А вдруг он голодает? А вдруг он уже умер?! Еще сильнее Чарли забеспокоился, когда до него дошло, что беднягу Генри и искать-то никто не станет: у него же нет родителей, и вообще его в этом году и в этом месте быть не должно. Он, можно сказать, и не существует вовсе. Конечно, о нем знают кухарка и миссис Блур, но что они могут и кто, к примеру, станет слушать миссис Блур, которая собственной тени боится?

– Да, все зависит от меня… – пробормотал себе под нос Чарли.

– Что от тебя зависит? – рассеянно спросил Фиделио, не отходивший от него ни на шаг.

Настал долгожданный пятничный вечер, и мальчики складывали сумки, собираясь домой.

– Ого! – вскинулся Чарли. – Наконец-то ты спросил что-то осмысленное. Тебе лучше?

Фиделио кивнул:

– Чары рассеиваются, но голова у меня все равно болит. Эх, как бы так устроить, чтобы Манфред испробовал этот гипноз на своей шкуре!

– Ничего, когда-нибудь дождется, – подал голос Габриэль.

В спальню понуро вошел Билли Гриф, и Фиделио прошипел:

– Это все он виноват, доносчик проклятый!

Но Чарли было жаль Билли, одинокого, маленького и какого-то затравленного.

– Нечего его жалеть, – предупредил Фиделио. – У этой гадюки еще полно яду.

Собравшись, мальчики победоносно промчались через холл, к массивным дубовым дверям, которые вели во внешний мир.

– Ура, свобода! – пел на бегу Габриэль. – Дорогие хомячки, я уже в пути!

Вот и синий школьный автобус на площади! Чарли каждый раз казалось, что тащится он как черепаха: Филберт-стрит была одной из последних остановок на маршруте. А сегодня мальчику особенно не терпелось поскорее попасть домой, потому что надо было срочно спросить у дяди Патона совета насчет Генри. Положение-то безвыходное.

Выскочив из автобуса, Чарли увидел, что навстречу ему несутся Бенджи и Спринтер-Боб. По лицу приятеля Чарли сразу понял: что-то стряслось. Сердце у него упало.

– Ну, говори! – без предисловий сказал он запыхавшемуся Бенджи.

– Ой, Чарли, такой ужас! Твой дядя попал под машину! – выпалил тот.

– Что?! – Чарли уронил сумку прямо в лужу. – Когда? Где? Как? Он…

– Жив он, жив, – поспешно добавил Бенджи, переводя дух. – Он… уф… в больнице. Попал под машину неподалеку от собора… Уф… Кто-то видел, как он переходил улицу, читая книгу, а из-за угла как вылетит автомобиль, и – бац! – сбил мистера Патона и умчался, даже не притормозил, представляешь?

Чарли схватился за голову.

– Только не это! – взвыл он. – Я боялся чего-нибудь подобного!

Заходить домой к Чарли Бенджамин отказался.

– Не хочу я вам мешать. Наверно, поедете в больницу?

С порога Чарли попал в объятия заплаканной Мейзи.

– Ах, Чарли, что за несчастье! – ахала она. – Тебе ведь Бенджи уже рассказал?

– Да-да. – Чарли вырвался на свободу. – Дяде лучше? Говорить он может?

– Вчера еще не мог, – всхлипнула Мейзи. – Он весь в бинтах, у него, кажется, сотрясение мозга и ребра поломаны. Бедный, бедный Патон!

– А кто был за рулем, выяснили?

– Увы, нет. Этот негодяй сбил его и укатил, – мрачно сказала Мейзи. – Правда, двое очевидцев там было, но они не успели записать номер машины, так быстро она скрылась.