Над самой клеткой льва - Александр Бушков

— Интересно, — сказал Сварог, воспользовавшись паузой. — Вот только при чем тут я?

Он уже начал понимать, куда клонит Канцлер. Неприятно…

— Не спешите, — сказал Канцлер. — Сначала я расскажу о Призраке до конца. Есть одна любопытная деталь: стиль его вторжений время от времени менялся. Какое-то время он действовал, можно сказать, несколько хаотично и нерегулярно, без всякой системы. Была информация, которой он отдавал предпочтение, и тем не менее… Потом стиль радикально изменился. Теперь Призрак действовал строго по определенной системе, ее очень быстро удалось проанализировать. Заранее можно было предсказать и никогда не ошибиться — в какой последовательности он будет лазать. И появлялся он в строго определенное время, хоть часы по нему проверяй. Так длилось несколько тысяч лет. Кто-то из специалистов сказал: полное впечатление, что сначала действовал человек, а потом его сменил бездушный автомат, работающий по раз и навсегда заданной программе. Проверить это не было никакой возможности…

«Прав был ваш специалист, — мысленно прокомментировал Сварог, — Фаларен полностью потерял интерес к собственноручным, если можно так выразиться, вторжениям, и эти несколько тысяч лет лазали исключительно Золотые Обезьяны, и в самом деле работавшие по раз и навсегда заданной программе…»

— Около восьми лет назад стиль внезапно и неожиданно резко изменился. Если очень долгий период можно было именовать работой автомата, то теперь, такое впечатление, вновь появился человек. Вторжения вновь стали нерегулярными и хаотичными, вдобавок изменился их характер — теперь он в первую очередь буквально греб все, что касалось Яны. Что меня тревожило страшно: я не знал его целей…

«Зато я, очень похоже, знаю, — подумал Сварог. — Предназначенная для Яны комната в Красном Павильоне. Очень похоже, этот скот всерьез намеревался ее похитить в поисках новых развлечений…»

— Столь же внезапно, как и появился, человек пропал, вернулся автомат, — Канцлер уперся в него холодным, тяжелым взглядом. — По какому-то странному совпадению исчезновение «человека» идеально совпадает по времени с вашим проходом через Хелльстад, когда вы там прикончили Фаларена. Всякие совпадения в жизни случаются… Несколько лет работали «автоматы». С год назад вновь объявился «человек». Но стиль радикальным образом изменился и нисколечко не походил на прежний. Теперь Призрак работал по другой системе, гораздо реже стал заходить в сети и архив моего Кабинета, а Кабинет императрицы вообще обходил стороной, хотя раньше «человек» там буквально пасся… Так вот, у меня есть основания подозревать, что это и в самом деле компьютеры Хелльстада, которыми последний год пользовались либо вы, либо один прекрасно нам обоим известный компьютерный гений…

— У вас и доказательства есть? — небрежно спросил Сварог, уже понимая, что его загоняют в угол, прижимают к стене.

— Сейчас будут, — столь же небрежно, в тон ему ответил Канцлер. — Индикатор включен. Любая ложь в ответ на прямой вопрос будет выявлена моментально. Разумеется, вы вправе уйти, хлопнув дверью. У меня нет никаких доказательств, одни стойкие подозрения. Презумпция невиновности… Но если вы так поступите, это осложнит и усложнит наши прежние отношения. Черт, я забыл… Вы в два счета можете уговорить Яну отправить меня в отставку и загнать в почетную ссылку куда-нибудь на Сильвану. Что ж, я ничем не смогу помешать. — И он слегка наклонился вперед. — Но всю оставшуюся жизнь, а жить мне еще долго, я вас буду люто презирать. Может быть, вам на это будет глубоко наплевать… А может, и нет. Вы не встаете… Что, вас непременно нужно загонять в угол? Задавая прямой вопрос? Или хватит смелости самому сказать правду?

Сварог молчал недолго. Сказал, приложив нешуточную силу воли, чтобы не отводить взгляда:

— Хорошо. В Хелльстаде есть компьютеры.

— Следовательно, нет смысла задавать следующий вопрос… Конечно же, новый Нахальный Призрак — это вы… или тот самый компьютерный гений. Яна знает?

— Знает, — сказал Сварог, подумав: «Уж ей-то вы, сударь мой, ничего не в состоянии сделать».

— И молчит, — сказал Канцлер. — Что ж, логично: любой умный монарх что-то скрывает от самых доверенных министров… как наверняка поступаете и вы на земле. К тому же она имела случай убедиться, что и я кое-что от нее порой скрываю — тот эпизод, когда я принес вам сводку, которую никогда ей не показывал. И не показал письмо того моряка, которое вы нашли в Хелльстаде… Логично… Сердиться на нее не стоит. Там у вас что, и в самом деле есть какие-то автоматы? Долго работавшие вместо Фаларена? Почему он сам устранился?

— Ему попросту надоело, — сказал Сварог.

— Черт… — сказал Канцлер. — Такое простое объяснение… А почему он лет восемь назад вновь заработал сам, активнейшим образом?

Сварог едва ли не рявкнул:

— Да потому что этот скот поганый всерьез собирался похитить Яну, к чему имел все возможности, и сделать сексуальной игрушкой! И если бы я его не прикончил, так и произошло бы! Верьте уж на слово! Доказательства имелись, но я их уничтожил к чертовой матери!

— Ну зачем же «на слово», — спокойно сказал канцлер. — Индикатор показывает, что вы говорите чистую правду… Интересные дела… Похоже, вас стоит поблагодарить. Я говорю совершенно серьезно.

— Не за что, — язвительно бросил Сварог. — Эти доказательства я обнаружил гораздо позже, уже не один год будучи хелльстадским королем. Раньше как-то кое до чего руки не доходили. Я его прикончил, ничего не зная о его планах касательно Яны. Исключительно потому, что он собирался нас там задержать, и, похоже, навсегда…

— И тем не менее… — сказал Канцлер, — вольно или невольно вы ее спасли. Вопрос, продиктованный чистым любопытством: что именно вы скачали из моего архива? Однажды вы что-то скачали. Что именно, как всегда, отследить не удалось…

— Документ с длиннющим суконно-канцелярским названием, — сказал Сварог, рассудив, что терять ему больше нечего. — «Подробный и обстоятельный отчет о жизни и поведении…»

— Достаточно, — прервал Канцлер. — Я понял, о чем идет речь, такое название там только одно… Значит, вы его прочитали… И все знаете о той истории на Сильване… — Он улыбнулся. — И что же, вас радует, что теперь вы и это о ней знаете?

— Ничуть, — сказал Сварог. — Лучше бы и не знать…

— Ну вот, теперь сами видите, что неуемное любопытство иногда не доставляет ничего приятного… — сказал Канцлер без тени язвительности. — Совсем наоборот… Интересно, у вас найдутся какие-нибудь оправдания?

— Найдутся, — усмехнулся Сварог. — Никаких законов я не нарушал.

— А подробнее?

— «Закон о компьютерах» содержит четко сформулированную статью: «Запрещено вторжение в закрытые для не имеющих допуска лиц компьютеры, сети, хранилища информации и архивы с любого нашего компьютера». Нашего. То есть здешнего. Про другие компьютеры ничего не сказано.

Канцлер покачал головой, улыбаясь почти весело: