Мастер големов - Михаил Михайлов

– Ну, вы все вообще… – покрутил головой Костя. Впрочем, возмущения сильного не было – предосторожность компаньонов спасла его от неприятностей этой ночью. Потом узнал, что Ардан и Шаан-Ри общались с Рефдом по той причине, что сам Марг с головой ушел в дела магические, игнорируя все прочие. Сейчас-то землянин вспомнил, что с неделю назад вроде бы купец с ветераном мелькнули во дворе его дома, вот только в тот момент сам он был занят разбором сложной рунной цепочки, и его больше ничто другое не интересовало. Даже случись землетрясение, он не сразу понял бы это, объяснив шатающийся стол и качающийся пол собственной усталостью.

– Ну-с, кого ждем? – поинтересовался Костя у Ардана. Парень едва ли не подпрыгивал от возбуждения, желая поскорее проверить свое создание в деле. Только вчера вечером закончил накладывать рунные цепочки, установил камень душ и накопитель маны – мощный, самый дорогой и высококачественный из тех, что смог достать купец.

Вон он – металлический конь, или хсург: стоит в десятке метров от их небольшой группы, накрытый плотной толстой тканью. Голем был строен, тонок в кости (если это понятие применимо к искусственному созданию), изящен. Походил на резвых породистых ханских скакунов, за которых отдавали целые караваны и поселки с шахтами. Походил – и превосходил их на порядок! Чуть-чуть уступая в скорости – а ханцы могли перегнать пустынную рысь, которая в спринте быстра подобно земному гепарду, – голем значительно превосходил их по выносливости и грузоподъемности. Да-да, определение «выносливость» тоже применимо к големам. Магический накопитель был не бездонным и рано или поздно разряжался при безумной скачке. И при этом был неприхотлив, стоек к пыли, от которой страдали прочие современные искусственные создания в пустыне, и мог участвовать в сражении наравне с хозяином, разбивая копытами чужие черепа, сбивая с ног грудью, бодая головой своих живых и неживых «собратьев». Великолепно чувствовал своего седока, создавая ненавязчивую ментальную связь между ним и собой. Легко и плавно нес его, превращая даже долгую скачку в неутомительную прогулку. За это и ценились подобные големы, а не только потому, что в мире не наберется и сотни экземпляров. Да, древний голем был лучше самых удачных современных изделий и даже живых породистых скакунов.

– Графиню, – лаконично ответил купец.

– Кого?.. Ардан, ты хочешь устроить проверку голема перед леди Чемтэр? А если обнаружится брак какой, недоработка? – накинулся на него землянин. – Ну, ты совсем… не ожидал я такого от тебя.

– Ты в себе сомневаешься? – чуть приподнял бровь купец, намекая на то, что чары накладывал Костя.

– В себе – нет, но вот кузнецы запросто могли что-то испортить, – чуть сбавил обороты землянин. – В заклинаниях я уверен полностью!

– А я уверен в своих мастерах!

Спор товарищей прервало появление графини. Как и везде в своих владениях за пределами дворца, женщина приехала с большой свитой. Кроме дюжины гвардейцев и двух боевых големов-«тигров», с ней были ее маг, двое пожилых дворян в дорогих одеждах и две молодые женщины, почти девушки. Графиня, как и ее спутницы, была одета в охотничий костюм из ярко-зеленого бархата и золотой парчи, девушки красовались цветом темной зелени и серебристой парчой. У каждой по длинному тонкому кинжалу. Единственный, кто был без намека на оружие, – Гербед. Впрочем, боевому магу его силы всяческая закаленная и заточенная сталь была абсолютно не нужна. В маленьком дворике мастерской сразу стало очень тесно, еще хорошо, что лошадей новоприбывшие оставили за воротами, с ними тут и вовсе было бы не развернуться.

После взаимных приветствий внимание собравшихся переключилось на неподвижную фигуру под тентом.

– Ваше сиятельство, позвольте открыть это прекрасное творение вашему взгляду его творцу – господину Косту, – с самой доброжелательной и умильной улыбкой на лице предложил Ардан и, получив снисходительный кивок от сиятельной особы, дал отмашку Косте.

Шшорх…

С громким шелестом ткань сползла с голема, открыв его взглядам людей. Фрейлины тут же издали восторженные ахи.

Мастера постарались на славу: где надо, металл отшлифовали до зеркального блеска, в другом месте сделали его матовым. Поверхность голема была покрыта мелкими и идеально пригнанными пластинами-чешуйками, создавая схожесть с кожей змей и ящериц.

На голема быстро положили седло, взнуздали, после чего Костя передал ключ-амулет ветерану, который должен был продемонстрировать все великолепие скакуна, являясь наиболее подготовленным всадником из их компании.

Первым делом Шаан-Ри поднял его на дыбы и заставил так пройти несколько десятков шагов, потом закружил на месте, поднимая вихрь пыли, после чего заставил пройти парадным шагом. Все движения голема были четкими, выверенными, ни разу не сбился с шага, словно слившись воедино с всадником.

А затем пошла боевая демонстрация. Шаан-Ри, точнее, его скакун разносил копытами, головой, грудью и даже зубами манекены, колесницы, заграждение из пик, строй щитов. Во дворе стоял грохот ломаемых фигур, снаряжения и устройств, щедро разбавленный женскими визгами. Через двадцать минут закончились наглядные пособия, а вместе с ними и демонстрация.

– Я вижу классическую упряжь на големе. Это необходимый атрибут? Насколько я смогла заметить, довольно часто уважаемый Шаан-Ри не пользовался поводом, – произнесла графиня.

– Миледи, этим големом можно управлять и вовсе без поводьев и даже седла – в определенных случаях, когда нет времени на это. Все команды голем воспринимает на ментальном уровне, повод же нужен седоку больше для постепенного привыкания, – пояснил молодой големостроитель. – После не самых долгих тренировок всадник сможет управлять големом одной мыслью.

– Ваше сиятельство, мы просим принять это создание в подарок, – заговорил Ардан, стоило землянину замолчать. – Самый первый голем не может принадлежать никому, кроме прекрасной вас.

Графиня чуть приподняла бровь, собираясь что-то сказать, но миг спустя снисходительно кивнула, принимая подарок.

Шаан-Ри деактивировал свой амулет, после чего магическое создание перешло в полное владение леди Чемтэр. Всю сбрую сняли, вернув металлическому скакуну первозданный вид, который ему шел больше, чем под седлом и со стальным прутом в пасти. Перед тем как покинуть двор мастерской, графиня поманила к себе Костю.

– Да, миледи?

– Сэр Марг, вы сейчас не сильно заняты? Я хочу с вами побеседовать и наградить.

– Что вы, миледи, зачем? Э-э, это я о награде.

– Потому что я так хочу, – слегка улыбнулась женщина. – Так каков ваш ответ?

– Прямо сейчас? – не сумев сдержать тяжелый вздох, спросил землянин.

– Если вас не затруднит.

– Разумеется, нет.

Под разговором с собой графиня подразумевала беседу в своем дворце Кости и ее мага, господина Гербеда. Три человека расположились в большой зале, украшенной лепниной с позолотой, резными фигурками животных, гобеленами, на которых были вышиты сцены охоты и пейзажи, подчас настолько фантастические, что казались фантазией арт-художника. Марг, Гербед и Аглая сидели в низких мягких креслах за большим столом из молочно-белого чистейшего, почти прозрачного мрамора, на котором стоял кувшин и три бутылки вина разных сортов, блюда с мясом, фруктами и зеленью. Рядом стояла девочка лет тринадцати, которая ловко разливала вино и накладывала на тарелку, что пожелают господа. Стоит отметить, что маг присоединился к ним только что, при этом отсутствуя больше часа с того момента, как графиня провела Костю в этот зал. Догадаться, что Гербед бросился изучать голема, было совсем несложно. Хоть и толку на полушку – за такое время даже дремор из древности немногое смог бы понять в незнакомых магических конструктах, что уж тут говорить про боевого мага современности…