Сага об Элрике Мелнибонэйском - Майкл Муркок

Они не увидели здесь никакой мебели, лишь огромный, выложенный гранитом очаг в дальнем конце зала. Они прошли туда по выстланному плитками из лазурита полу.

— Значит, замок обитаем.

Голос Мунглама прозвучал резко и хрипло. Он озирался, оглядывая базальтовые стены. Потом, насколько хватило сил, возвысил голос:

— Приветствую того, кому принадлежит этот зал. Мы — Мунглам из Элвера и Элрик из Мелнибонэ, и мы просим тебя о гостеприимстве, потому что заблудились в твоей стране.

Колени Элрика подломились, и он рухнул на пол.

Мунглам бросился к нему, слыша свой голос, эхом отдающийся под сводами зала. Вокруг царила тишина, если не считать потрескивания поленьев в очаге.

Мунглам подтащил альбиноса к огню и уложил его рядом с очагом.

— Погрей тут свои кости, друг Элрик, а я поищу тех, кто здесь живет.

Он пересек зал и поднялся по каменным ступенькам, которые вели на второй этаж.

Здесь, как и внизу, не было никакой мебели или украшений. Он прошел через множество комнат, но все они были пусты. Мунглам почувствовал беспокойство — ему казалось, что за этим кроется что-то потустороннее. Уж не принадлежит ли этот замок Телебу К’аарне?

Но кто-то здесь все же обитал. Кто-то ведь развел огонь в очаге, кто-то отпер ворота, чтобы они с Элриком могли войти. И обитатели не могли покинуть замок обычным способом, потому что в этом случае они оставили бы следы на снегу.

Мунглам помедлил, потом повернулся и начал медленно спускаться. Вернувшись в зал, он увидел, что альбинос уже пришел в себя и сидит, опираясь спиной о стену вблизи очага.

— Ну, что ты нашел?..спросил Элрик хриплым голосом.

Мунглам пожал плечами.

— Ничего. Ни слуг, ни хозяина. Если они отправились на охоту, то вылетели отсюда на каких-то летающих зверях, потому что мы не видели следов на снегу у замка. Должен признаться, я немного нервничаю. — Он слабо улыбнулся. — Да, и еще я слегка голоден. Пойду поищу кладовку. Если возникнет какая-нибудь опасность, то лучше ее встретить не на пустой желудок.

С одной стороны от очага находилась дверь. Он толкнул ее, и она открылась в короткий коридор, в конце которого виднелась другая дверь. Он пошел по коридору, держа меч в руке, приблизился ко второй двери и открыл ее. Там тоже было помещение, такое же пустое, как и все предыдущие им виденные. За этим помещением он увидел кухню замка. Он прошел по кухне, отметив про себя, что там находится кухонная утварь — отполированная и чистая, но не используемая. Наконец он оказался у кладовой.

Здесь он обнаружил большую часть оленьей туши на крюке, а на полке за нею стояли меха и кувшины с вином. Под этой полкой были хлебы и пироги, а еще ниже — специи.

Первым делом Мунглам поднялся на цыпочки и взял кувшин с вином. Вытащив пробку, он понюхал содержимое.

В жизни он не чувствовал более восхитительного запаха.

Он попробовал вино и тут же забыл о своей боли и усталости. Но о том, что Элрик ждет его в зале, он помнил.

Отрезав своим коротким мечом часть туши, он сунул ее под мышку. Потом выбрал несколько приправ и положил их в сумку на поясе. Под другую руку он сунул хлеб, прихватил и кувшин с вином.

Он вернулся в зал, положил на пол свою добычу и помог Элрику отхлебнуть из кувшина.

Странное вино почти мгновенно произвело свое действие, и Элрик благодарно улыбнулся Мунгламу.

— Ты… хороший друг… Чем я заслужил…

Мунглам отвернулся, смущенно хмыкнув. Он собирался приготовить мясо на огне.

Он никогда толком не понимал своей дружбы с альбиносом. Она всегда представляла собой необычную смесь уважения и привязанности, тонкий баланс, который оба они тщательно поддерживали даже в ситуациях, подобных нынешней.

Элрик после того, как его любовь к Симорил привела к ее гибели и разрушению города, который он любил, неизменно воздерживался от проявления теплых чувств к тем, к кому испытывал симпатию.

Он убежал от Шаариллы из Танцующего Тумана, которая беззаветно любила его. Он убежал от Йишаны, королевы Джаркора, предлагавшей ему свое королевство, невзирая на ненависть к нему ее подданных. Он избегал любых компаний, кроме Мунглама, а Мунглам тоже быстро утомлялся любым обществом, кроме малиновоглазого владыки Имррира. Мунглам был готов умереть за Элрика и знал, что Элрик презрит любую опасность, чтобы спасти своего друга. Но может быть, в этих отношениях было что-то нездоровое? Может быть, лучше им было разойтись в разные стороны? Эта мысль была ему невыносима. Ему казалось, что они — часть одного существа, различные проявления характера одного человека.

Он не понимал, откуда у него возникли такие чувства, и догадывался, что если Элрик когда и задавался этим вопросом, то тоже вряд ли смог найти ответ на него.

Он размышлял обо всем этом, поджаривая мясо на огне с помощью своего длинного меча.

Элрик тем временем отхлебнул еще вина и начал заметно отогреваться. На его коже все еще блестели отмороженные места, но оба они избежали серьезных повреждений.

В молчании съели они мясо, окидывая взглядами зал, размышляя о том, почему отсутствует хозяин, однако усталость их все еще была так велика, что вопрос этот мало их беспокоил.

Потом они, подбросив поленьев в очаг, уснули, а проснувшись утром, почти полностью оправились от пережитого испытания в снегу.

Они позавтракали холодным мясом, пирогами и вином.

Мунглам нашел кастрюлю, и в ней они подогрели воду, чтобы побриться и помыться, а у Элрика в сумке нашелся бальзам, которым они смазали отмороженные места.

— Я посмотрел конюшни, — сказал Мунглам, бреясь бритвой, которую достал из своей сумки. — Но лошадей там нет. Однако есть признаки того, что какие-то животные находились там совсем недавно.

— Существует только один способ путешествовать по снегу, — сказал Элрик. — Где-то в замке должны быть лыжи. Такие вещи непременно есть в доме, который расположен в местах, где не менее полугода лежит снег. На лыжах мы сможем скорее добраться до Йосаза. Не помешали бы нам карта и компас.

Мунглам согласился.

— Я поищу наверху. — Он кончил бриться, отер бритву и вернул ее в свою сумку.

Альбинос поднялся.

— Я пойду с тобой.

Они прошли по пустым комнатам, но ничего в них не обнаружили.

— Никаких вещей, — нахмурился Элрик. — И в то же время я чувствую, что замок обитаем. Это не просто ощущение, тому есть и свидетельства.

Они обыскали еще два этажа — в комнатах не было даже пыли.

— Пожалуй, придется идти пешком, — сказал Мунглам, отчаявшись что-либо отыскать. — Разве что найдем какие-нибудь деревяшки, из которых можно будет изготовить что-нибудь вроде лыж. Что-то подобное я, кажется, видел в конюшне.