Сага об Элрике Мелнибонэйском - Майкл Муркок

Они добрались до узкой винтовой лестницы, которая вела в самую высокую башню замка.

— Посмотрим, что там, и если ничего, то будем считать, что наши поиски были напрасны, — сказал Элрик.

Поднявшись по лестнице, они обнаружили наверху полуоткрытую дверь. Элрик толкнул ее и остановился в неуверенности.

— В чем дело? — спросил Мунглам, который находился ниже него.

— В комнате есть мебель, — тихо ответил Элрик.

Мунглам поднялся еще на две ступеньки и заглянул внутрь через плечо Элрика. Он в изумлении открыл рот.

— К тому же она обитаема!

Комната была великолепна. Через хрустальные окна в нее проникал бледный свет, который сверкал и переливался на многоцветных шелковых занавесях, на богатых коврах и гобеленах таких ярких тонов, что казалось, они изготовлены всего мгновение назад.

В центре комнаты стояла кровать, укрытая горностаевым мехом и с балдахином из белого шелка.

На кровати лежала молодая женщина. Ее черные волосы отливали глянцевым блеском. Платье ее было ярко-алого цвета. Кожа рук и ног имела цвет розоватой слоновой кости, губы ее прекрасного лица оставались чуть приоткрыты — она дышала.

Женщина спала.

Элрик сделал два шага в направлении спящей женщины и вдруг остановился. Его пробрала дрожь. Он отвернулся.

— В чем дело, друг Элрик?

Мелнибониец шевельнул белыми губами, но не смог произнести ни слова. Что-то вроде стона вырвалось из его груди.

— Элрик…

Мунглам прикоснулся к альбиносу. Элрик стряхнул с себя его руку.

Альбинос снова повернулся к кровати, словно заставляя себя смотреть на что-то ужасное. Он дышал глубоко, плечи его распрямились, левая рука легла на эфес клинка.

— Мунглам…

Он заставлял себя говорить. Мунглам посмотрел на женщину на кровати, посмотрел на Элрика. Может быть, Элрик узнал ее?

— Мунглам, это колдовской сон…

— Откуда ты знаешь?

— Он… похож на тот сон, в который мой кузин Йиркун погрузил Симорил…

— Боги! Ты думаешь…

— Я ничего не думаю.

— Но это не…

— Это не Симорил. Я знаю. Я… она похожа на нее… очень похожа. Но одновременно и не похожа… Только я никак не ждал…

Элрик опустил голову.

Голос его зазвучал тихо.

— Идем отсюда, — сказал он.

— Но, наверное, она — хозяйка замка. Если бы мы разбудили ее, она смогла бы…

— Таким, как мы, ее не разбудить. Я тебе уже сказал, Мунглам… — Элрик глубоко вздохнул, — ее погрузили в колдовской сон. При всем моем знании колдовства я не мог разбудить Симорил. Если у тебя нет строго определенных чар, если ты не знаешь точно, какое заклинание использовалось, то тут ничем помочь нельзя. Быстрее, Мунглам, уйдем отсюда.

В голосе Элрика послышались интонации, которые заставили Мунглама вздрогнуть.

— Но…

— Тогда уйду я!

Элрик чуть ли не бегом выскочил из комнаты. Мунглам услышал дробь его шагов, эхом отдававшуюся вдоль длинной лестницы.

Он подошел к спящей женщине и взглянул на ее красивое лицо. Затем прикоснулся к ее коже — она была неестественно холодна. Поведя плечами, он уже направился к двери, но тут заметил, что на стене за кроватью висит несколько древних щитов и оружие.

«Странно, что красавица пожелала украсить свою спальню такими трофеями», — удивился Мунглам.

Под оружием стоял резной деревянный столик. На нем что-то лежало. Он снова вернулся в комнату. Сердце учащенно забилось, когда на столике он увидел карту. На карте были обозначены замок и река Зафра-Трепек.

Карта была прижата к столу компасом в серебряной оправе на длинной серебряной цепочке.

Мунглам одной рукой схватил карту, другой — компас и бросился из комнаты.

— Элрик! Элрик!

Он бегом спустился по лестнице, кинулся в зал — Элрика там не было. Дверь зала была открыта.

Он последовал за альбиносом из таинственного замка на снег.

— Элрик!

Элрик повернулся — на лице гримаса боли, в глазах страдание. Мунглам показал ему карту и компас.

— Это наше спасение, Элрик!

Альбинос уставился на снег.

— Да. Спасение.