Мой учитель Лис - Андрей Белянин

– Да, да, – в той же манере поддержал гостя мой учитель. – Но вы просили две минуты на разговор, одна уже прошла. Как немец вы не можете не ценить моё и ваше время.

– Я виноват!

– Будьте добры, продолжайте.

– Я очень виноват!

– Не в этом духе. Просто расскажите, от чего вас надо спасти.

Мистер Штоллер прокашлялся, принял из рук невесть откуда взявшегося дворецкого рюмку шнапса. Выпил, не поморщившись, и продолжил:

– Год назад я женился на милой девушке из достойной семьи, да. Как меня уверял её старший брат. Свадьба была скромной. Мы переехали в особняк на западе Лондона, и, думаю, первые месяцы мы с Анитой жили по-немецки, да, да, душа в душу! Но сейчас я уверен, что она хочет меня убить.

– Она вам угрожает?

– Нет.

– Вы видели её с любовником?

– Нет, что вы, сэр.

– Она демонстративно точит при вас ножи или демонически хохочет, добавляя специи в суп?

Мистер Штоллер потерянно мотал головой.

– Тогда, возможно, вы назовёте более серьёзную причину, которая убедит меня взяться за ваше дело?

Бывший немец понятливо закивал и выложил на стол десять фунтов. Лис и усом не повёл. Ставку подняли ещё три раза, на сумме аванса в сорок пять фунтов мой учитель снисходительно кивнул.

– Оставьте дворецкому адрес и деньги на кеб.

– О, да, да! Когда вы навестите меня?

– Сегодня же вечером, – пообещал месье Ренар, обменявшись со мной многозначительным взглядом.

Когда мистер Штоллер ушёл, я честно спросил Лиса:

– Сэр, но вы же говорили, что избегаете всех этих дел о неверных жёнах, мужьях-ревнивцах и всё такое бытовое прочее? Зачем оно вам?

– Во-первых, деньги никогда не бывают лишними, жизнь в Лондоне дорожает с каждым днём, я обязан платить за тебя твоей бабушке каждую неделю. Ну и содержание собственного секретаря тоже влетает не в пару пенсов. Пока ты учишься, мой мальчик, я обязан лишь вкладывать, прибыль ты будешь приносить позже.

– Но разве я не был полезен в последних делах?

– Именно что полезен! – наставительно поднял указательный палец мистер Лис. – Вот когда ты из полезного станешь незаменимым, тогда и вернёмся к этой теме. А сейчас, будь добр, принеси мне карту Лондона и телефонный справочник.

Я доставил ему и то и другое, а сам уселся в кресле напротив. Месье Ренар сначала тщательнейшим образом изучил карту, бросая в мою сторону незначительные восклицания, типа «отметить этот переулок», «хм, а отсюда тоже есть проход», «какого чёрта он поселился в таком муравейнике», «странно, я был уверен, что это тупик», «надеюсь, тут хотя бы нет высоких заборов».

Я терпеливо записывал все его слова – как-никак это моя работа. Потом Лис переключился на потрёпанный телефонный справочник. В конце просвещённого девятнадцатого века, благодаря развитию электричества, учёные быстро освоили и звуковые волны. Разумеется, такую роскошь, как телефон, могли себе позволить далеко не все. Тем полезнее мог бы оказаться официальный справочник, обновляемый каждый год.

– Сэр, а почему у вас нет телефона?

– Потому что я непубличная личность и ценю свою конфиденциальность, – как-то очень размыто ответил мой наставник, меняя тему разговора. – Расскажи-ка, что ты сам думаешь по этому поводу? Как тебе представляется история этого русского немца с безупречным английским?

– Да вроде он выглядит вполне себе простодушным.

– Ох, Майкл, простодушные люди своих жён не подозревают, поверь мне на слово. Далее, продолжай.

– Я заметил, что он левша.

– Неплохо. А ещё?

– Ну, не знаю… Наверное, он всё-таки очень напуган, если заплатил такую сумму авансом, хотя сам ходит пешком под зонтиком.

– Экономность у немцев в крови, а тем более у так называемых русских немцев. Я и сам, как уже говорил, имею некоторые славянские корни, но суть не в этом. – Мой учитель почесал себя за левым ухом, подумал о чём-то и так же сосредоточенно поскрёб и за правым тоже. – Он не напуган, но и не говорит всей правды. У немцев не принято выносить сор из избы. Или это русская поговорка?

– Не знаю, сэр.

– Не важно. Я взялся за это дело просто для разминки. Если человек очень хочет, чтобы кто-то убедил его, что любимая супруга не воткнёт нож ему в спину до пятницы, – мы это гарантируем. Если же моего компетентного мнения будет недостаточно, я лично порекомендую мистеру Штоллеру хорошую клинику с заботливыми врачами где-нибудь в районе меловых скал.

Я вежливо кивнул, хотя в глубине души подозревал, что он не столь альтруистичен. Если гостя к нам направил инспектор Хаггерт, то…

– Ну и к тому же оказать незначительную услугу Скотленд-Ярду тоже неплохо. Это всегда окупается, ты ведь об этом подумал?

«Пресвятой электрод Аквинский!» – мысленно выругался я.

Лис нагло улыбнулся во всю пасть и подмигнул.

– Ну что, по чашечке кофе и в путь?

– Так вы же собирались ехать вечером?

– Если ты хочешь, чтобы люди говорили тебе правду в лицо, не задумываясь, всегда приходи к ним не вовремя.

Мне всё-таки пришлось выпить кофе, хотя я до сих пор не понимаю, что люди находят в этом мутном коричневом вареве. Какой вообще смысл пить кофе в Лондоне, когда у Великобритании такие роскошные чайные плантации в Индии? Но кто меня тут слушает, они же тут оба французы.

– Мне что-нибудь взять из оружия?

– Пожалуй, нет, – чуть поморщился мой наставник. – Мы же идём не на задержание злодея, а просто наносим визит вежливости. Один джентльмен зашёл на рюмку бренди к другому джентльмену, поговорить о погоде, падениях акций, росте консервативных начинаний в парламенте и коликах у любимой собаки после гусиного паштета.

– Это очень по-английски, сэр, – с чувством заверил я. Краем глаза всё же отметив, что месье Ренар взял со стойки именно ту трость, в которую был вмонтирован электрошокер.

Паровой кеб на улице ждать пришлось недолго. Управлял им возница-араб с непривычным для наших лошадей изгибом морды. По-английски он практически не говорил, Лис озвучил название улицы и номер дома, белый кебмен с чёрным храпом молча кивнул, дал пару, и мы поехали, грохоча колёсами по булыжной мостовой.

Если вы заметили, то мой капризный наставник вообще не особо жаловал пешие прогулки длительностью больше двух кварталов. За спортивными занятиями я тоже его не видел, тем не менее ленивый и размеренный образ жизни позволял ему удивительнейшим образом находиться в хорошей форме. Возможно, сказывалась часть его звериной природы, лично мне даже в учебнике зоологии не встречались рассказы о толстых лисах.

Вопреки моим ожиданиям этот кебмен всю дорогу не произнёс ни слова, не читал стихов, не пел песен и не пытался развлечь нас разговорами. Но стоило нам затормозить у указанного на блокнотном листке дома, как тут всё и началось.