Мама - Ольга Богатикова

— Ну? — холодно спросила я.

— Привет, — вяло махнул рукой Хозер. — Вот, привел к тебе голубя мира.

— В смысле? — не поняла я.

— В прямом. Господин дворецкий хочет тебе что-то сказать.

Я посмотрела на Витта. Тот кивнул.

— Что ж, заходите, Лайон.

Я посторонилась, и старик поспешно зашел в прихожую. Вопросительно взглянула на мужа.

— Я останусь здесь, — сказал мне Хозер.

— На ветру и под дождем? — уточнила я.

— Я тепло одет, а у тебя тут есть крыша, — ответил он. — Посижу на веранде. Не хочу, чтобы ты подумала, будто Витт действует по моей указке.

Я пожала плечами. Если человек желает поморозить сопли — на здоровье.

Дворецкий, между тем, уже ждал меня в гостиной, скромно сидел на краешке дивана.

— Лайон, что происходит? — спросила я его, усаживаясь в кресло напротив. — Зачем Дерек вас сюда привез?

— Я сам его об этом попросил, — ответил старик. — Вифания, хочу вымолить у вас прощение. По моей вине случилось недоразумение, которое привело вас к ссоре с господином Хозером. Простите меня, пожалуйста!

— Лайон, не могли бы вы говорить толком? Я ничего не понимаю.

Дворецкий вздохнул.

— Помните, в субботу вечером вы звонили в Рендхолл?

— Да. И что?

— По глупости я сказал такое, из-за чего вы заподозрили своего мужа в супружеской измене. Я пришел вам сообщить, что на самом деле никакой измены не было.

А Дерек молодец, что остался снаружи. Будь он здесь, после этих слов его седовласого защитника, я бы вытолкала этих двоих обратно под дождь.

— Лайон, — начала я. — Вы извиняетесь напрасно. Наш брак с господином Хозером фиктивный, и мне совершенно все равно изменяет он мне или нет.

— Я понимаю, — кивнул дворецкий. — Но считаю, что вы должны знать — хозяин и госпожа Кроус в ту ночь спали в разных комнатах. Более того, перед сном господин Дерек запер девушку на замок, а ключ отдал мне.

Ого! Вот теперь мне стало интересно.

— Я вас внимательно слушаю, господин Витт, — сказала я.

Мужчина коротко выдохнул, словно ему предстояло рассказать что-то неприятное.

— Видите ли, госпожа Вифания, в эти выходные в Рендхолле произошла очень некрасивая история. Признаться, мы, служащие усадьбы, давно отвыкли от криков и брани, поэтому случившийся скандал несколько вывел нас из равновесия.

— Дело было в гостях?

— Да. Хозяин предупредил меня, что в субботу после обеда приедет в поместье вместе со своим другом. На деле же он прибыл гораздо раньше и в сопровождении двоих гостей — господина Битта и госпожи Кроус. Я не имею привычки обсуждать действия своих работодателей, однако в этот раз обратил внимание на то, как странно хозяин повел себя с гостьей. Он явно не был ей рад. Поручил мне ее развлекать, а сам целых три часа в кабинете о чем-то беседовал с господином Биттом. А что интересного я могу предложить молодой женщине, госпожа Вифания? В Рендхолле еще идет ремонт, половина дома в строительных лесах, сад из-за мешков с сухими смесями и кусков стройматериалов в беспорядке…Я, конечно, проводил ее в библиотеку, но ни книгами, ни магбуком, ни телевизором госпожа Кроус не увлеклась и каждые полчаса посылала меня к хозяину, чтобы узнать, когда он освободится. А хозяин как будто нарочно не выходил из кабинета, даже обед перенес на более позднее время.

— Они обедали в Рендхолле?

— Да, Марте пришлось срочно готовить на всех троих. После обеда господин Дерек вместе со своим приятелем еще на пару часов заперлись в кабинете, а госпожа Кроус все также их ждала.

— Наверное, она очень разозлилась, — хмыкнула я.

— Не то слово, — серьезно ответил дворецкий. — Девушка была в ярости. А когда друг хозяина собрался восвояси и предложил ей отправиться вместе с ним, заявила, что никуда не поедет пока не поговорит с господином Дереком.

Значит, Битт уехал один, а Ариэлла осталась.

— Не знаю о чем они говорили, — продолжил дворецкий, — но беседа явно была…мм…не очень приятной. Я оставил их в гостиной, а через десять минут от туда раздались крики, грохот и звон.

Я, конечно, поспешил обратно и обнаружил, что две раритетные напольные вазы, которые стояли у стены, разбиты, а рядом с ними валяются осколки чудесного фарфорового ангела, что много лет украшал каминную полку в этой комнате, — лицо старика стало почти несчастным. — Эта…дама в порыве гнева просто разбила чудесные вещи об пол! А как она ругалась! Какие недостойные слова кричала хозяину в лицо! Я бы на месте господина Дерека задушил эту…гм…собственными руками! А он ничего, даже голоса на нее почти не повысил. Долго они разговаривали, потом господин Дерек снова оставил ее одну и с кем-то почти полчаса беседовал по телефону. А после сообщил мне, что госпожа Кроус останется на ночь в Рендхолле и велел приготовить для нее комнату.

— А где же спал сам господин Хозер?

— В своем кабинете. Это пока единственное помещение, кроме библиотеки, где есть Интернет. Так вот. Они поужинали, затем снова вернулись в гостиную, еще немного поговорили. Потом хозяин лично отвел девушку в приготовленную для нее спальню, запер там на ключ и велел мне выпустить ее от туда только в воскресенье утром.

— Он боялся, что она может что-нибудь вытворить?

— Не знаю, госпожа Вифания. Но лично я бы этому не удивился.

— А что было дальше?

— В воскресенье господин Дерек сразу после завтрака куда-то уехал, затем вернулся и попросил, чтобы одна из горничных разбудила госпожу Кроус. Она, видимо, не привыкла рано вставать и проспала почти до обеда.

— Больше они не ссорились?

— Нет, не ссорились. Но и не общались. Молча позавтракали, и разошлись по своим комнатам. Господин Дерек занимался делами, а девушка сидела в той спальне, в которой ночевала. Ближе к вечеру в Рендхолл приехали какие-то люди, и хозяин вместе с ними и своей гостьей уехал на вокзал. Знаете, госпожа Вифания, я был очень удивлен, когда он вернулся обратно в поместье. А уж когда сказал, что вы попросили его покинуть ваш дом…Я даже подумать не мог, что мой ответ насчет приготовленной спальни ведет вас в такое ужасное заблуждение! Ради Бога, простите меня! Господин Дерек все выходные мотался туда-сюда по делам, разбирался с истеричной девицей, и даже не думал вам изменять. Вифания, клянусь, я говорю чистую правду!

— Не надо так беспокоиться, Лайон, я вам верю. И не обижаюсь.

— Вы простите вашего мужа?

Я вздохнула. Да разве ж тут дело в одной только Ариэлле?

— Я с ним поговорю. А дальше будет видно.

— Спасибо, Вифания, — кивнул дворецкий. — В таком случае, разрешите откланяться. У меня еще есть дела в усадьбе.

— На улице идет дождь. Я вызову вам такси.