Проснуться живым - Надежда Первухина

– Эльфы выше этого,- быстро отреагировал красавец и отгородился арфой.- Прощайте, и да обретет ваш путь благое завершение!

Девушка церемонно поклонилась:

– Благословение на народ поющих!

– И вам того же,- произнес эльф, а потом неожиданно спросил: - У вас не найдется лишнего косячка?

– Увы, благородный,- развела руками девуша.- Мы не курим.

– Это правильно,- вздохнул эльф и растворился в хрустале, бряцая на своей арфе.

А Элпфис и Викентий затопали по неуютному правому коридору.

– Это что, настоящий эльф? - ахал Викентий.

– Конечно,- пожимала плечами его проводница,- Вообще их в Москве немного, как, впрочем, и в России. Они же все эмигранты из Прибалтики, из Финляндии. Их родина там… В основном.

– То-то я у него знакомый акцент приметил. Что ж им на родине-то не сиделось?

– Я их жизнью не интересовалась, извините. Хотя ходят слухи, что поперли их свои же прибалтийские эльфы за нарушение традиций и незнание исконного эльфийского диалекта. Что-то в этом духе. А финны… Не знаю. Может, тоже территориальные проблемы. Эльфы - народ темный. В смысле, о себе. лишний раз двух слов не скажут.

– Никогда бы не подумал, что они существуют на самом деле! Да еще в Москве.

– В Москве кто только не существует. Мы с вами идем по уровню, который гораздо ниже метрополитена. Все это сделали те, кого, кажется, и быть не должно.

– Например, эльфы?

– Да. Но не только. Вампиры, оборотни, маги-одиночки, драконы…

– ???

– Ну да. Им так удобней. Днем (или наоборот ночью) можно разгуливать на поверхности, причем необязательно разгуливать, можно работать (эльфы, кстати, держат целую сеть элитных московских ресторанов и казино), а потом - сюда, в условия, максимально приближенные к естественным. Естественным для них. Ведь паранормальным существам с людьми трудно постоянно находиться рядом. Это только домовые могли, но они все вывелись в Москве-то. Зато есть гоблины всякие…

– А гномы?

– Нет, гномов в Москве нет. Это точно.

– Что ж так они обошли своим вниманием нашу славную столицу?

– Педосфера им не подходит.

– Что?

– Да почва, почва! Почва и ее ресурсы, которых тут шиш найдешь. Гномы совались было, но выжить в столичных условиях им оказалось не по силам. А гномий проект рекультивации московских земель мэрия не одобрила. Так что гномы живут в основном в районе Курской магнитной аномалии. Или на Черноземье.

– О как! - восхитился Викентий.

Услышанное и удивляло его, и забавляло, только он уже ощущал густые приливы усталости. Ноги временами становились пластилиновыми, на лбу выступал холодный пот и смертельно, смертельно хотелось почему-то минеральной воды. И спать. Спать хоть до второго пришествия.

Это состояние бывшего психиатра заметила Элпфис.

– Вам плохо?

– Я уже просто никакой. Долго еще идти?

– Минут десять-пятнадцать. Обопритесь на меня.

– А может, еще адреналина?

– Рехнулись? А еще доктор… Сердце не выдержит.

– Откуда вы знаете, чего не выдержит мое сердце,- вяло схохмил Викентий, чтоб только не забыться и не заснуть. Он обнял за плечи свою спутницу, и этот жест его слегка приободрил. Все-таки… нечасто он за свои тридцать лет обнимал девушек. Какое упущение! Он улыбнулся Элпфис и постарался, чтоб улыбка вышла бодрой и ненатянутой.

– Уже скоро, скоро,- пообещала девушка и упрямо потащила Викентия за собой, а точнее, уже почти на себе.

– Вколите еще,- посоветовал Викентий.

– Нет. У меня была только одна ампула.

– Жаль.

– Ничего подобного. Держитесь. Мы пришли.

Действительно, коридор завершился широким лестничным спуском - почти как в метро. А где-то в конце лестницы (устеленной, к слову, красным ковром) виднелись двери.

Они спустились по лестнице, Викентий тут же кулем пристроился на ковре, а девушка принялась мудрить над панелькой, выдвинувшейся из массивной даже на вид двери.

– Я сейчас введу свой персональный код и самоидентифицируюсь,- пояснила она Викентию свои манипуляции.- Мы окажемся в моем личном убежище, куда никто, кроме меня и моих спутников, попасть просто не может.

– Замечательно,- вяло оценил Викентий.- Прямо кино. «Миссия невыполнима».

Дверь глухо щелкнула и отъехала в сторону. Элпфис подхватила Викентия под мышки и потащила в темный дверной проем.

Дверь тут же захлопнулась, с противным чавканьем входя в пазы.

– Свет! - громко приказала Элпфис.

И в помещении зажегся свет.

– Да такой, что полусонный Викентий даже приободрился слегка и открыл глаза.

А потом пожалел о том, что открыл.

Ибо посреди пустой, залитой белым светом комнаты стояла собственной персоной Надежда Абрикосова в зеленой парчи вечернем платье, а у ног ее блестящей, шевелящейся грудой клубились змеи, шипели змеи и щерились ядовитыми клыками на несчастного Викентия Вересаева.

– Как ты посмела?! Как ты здесь оказалась?! - закричала Элпфис и, выхватив пистолет, прицелилась в декольтированную грудь своей сугубо отрицательной ипостаси.

– Я же предупреждала,- усмехнулась Надежда.- Я всегда буду опережать на шаг любые твои действия. А что касается замка-идентификатора, то один мой знакомый мальчик-хакер взломал его еще три месяца назад. Так что мне, совестливая ты моя, уже известны все твои планы и связи.

– Пристрелю! - опять закричала Элпфис.

– Не пристрелишь.- Вокруг Надежды обвилась змея, коснулась мордой ярко накрашенных губ и получила нежный поцелуй в ответ.- Потому что не знаешь, сумеешь ли существовать без меня. И с собой не покончишь по той же причине незнания. Вдруг ты повесишься, а я по-прежнему жить и радоваться буду? Кто же тогда меня останавливать примется?

– Сука.

– А ты совсем опустилась. Одичала.- Надежда смеялась в лицо своей ипостаси.- Одеваешься в каком-то секонд-хэнде возле Белорусского вокзала, да? Такие тряпки впору только бомжам носить. Ногти не стрижешь, голову не моешь… У тебя еще вши не завелись?

– Не твое дело, тварь! Все равно твоим планам не сбыться!

– Откуда знаешь? Дура, во мне и за мной такая сила, что ты и представить не можешь. Лучше… брось ты свои игры в партизан-защитников и возвращайся.

– Куда?

– Ко мне. В меня.

– Нет.

– Тогда можно считать, что мы мило поболтали и разговор исчерпан.- И Надежда зашипела по-змеиному.

Клубок змей расплелся, и гады, шипя, поползли к Элпфис и Викентию. Элпфис завопила и принялась палить по ползущим к ней тварям…