Искатели - Сергей Волков

- Надежда Михайловна, а вам незнакома фамилия «Судаков»?

Она оживилась.

- Петя? А как же! Очень культурный, воспитанный и очень умный молодой человек. Денис Иванович высоко ценил его, можно сказать, покровительствовал. Да я вам больше скажу: когда Петя лет двенадцать назад пострадал за убеждения, и его выслали из Москвы, за сто первый километр, именно Денис Иванович в тайне от всех поселил Судакова у нас, в Корьёве!

- Где? - чуть не хором спросили мы с Борисом.

- В Корьёве! - удивленно повторила Надежда Михайловна. - У нас там дом, на берегу Угры. Это Смоленская область, Вяземский район. Да вот он, на фотографии! Большой, хороший дом, с двумя печками, только водопровода нет, а так - просто дворец! Петя жил там года два, потом он уехал, а в начале девяностых снова появился, и опять жил у нас, в Корьёво. По-моему, у него даже остались ключи от дома…

* * *

Когда мы вышли на улицу, Борис тут же накинулся на меня:

- Ты дом запомнил?

- Ну… - не очень уверено кивнул я, воссоздавая в памяти виденный на фотографии здоровый деревенский пятистенок с перестроенным под мансарду чердаком и шиферной двускатной крышей, украшенной на коньке деревянным петушком.

- Надо ехать в это Корьёво! - решительно сказал Борис. - Я уверен - Судаков там!

- Но Слепцов же сказал - он удрал за границу!

- Слепцов, Слепцов… - раздраженно передразнил меня Борис. - Ты же видишь, как этот «Мистер Рыба» действует - Леднева он кинул, а у профессора оставил о себе добрую память. Значит, предполагал, гад, что домик ему понадобится! И ключи не вернул - думаешь, случайно?

Я посмотрел на искателя, которого буквально трясло от накатившего охотничьего азарта, и сказал:

- Ну, хорошо! Пусть даже все так, как ты говоришь! Давай позвоним Слепцову и расскажем ему все!

- Опять ты со своим Слепцовым! - поморщился Борис. - Они только спугнут его, эти скорохваты! Нет, я предлагаю другой план: мы с тобой приезжаем в Корьёво инкогнито, поселяемся у какой-нибудь бабули, устанавливаем за домом скрытое наблюдение, и выясняем, там Судаков или нет.

- А если там? - угрюмо спросил я, ругая себя за то, что не задавил идею Бориса в зародыше, невольно начав обсуждать детали.

- А если он там - мы его… - Борис воровато оглянулся, сунул руку в сумку и вдруг вытащил черную, рубчатую гранату-«лимонку». - Видал?! «Ф-1»! Долбанет так, что одни подметки останутся!

- Где ты ее взял? - изумленно и испуганно спросил я.

- Купил! По случаю! - улыбнулся Борис, пряча гранату в сумку. - Ну, так как, ты поедешь?

- У меня в четверг собеседование - я вроде бы работу нашел! - ответил я, твердо решив отговорить Бориса от этой дурацкой затеи - ну что за напасть, право-слово! Не дети ведь уже, взрослые люди, а занимаемся не пойми чем!

- Так до четверга мы вернемся! - уверенно сказал Борис. - Смотри: мы сегодня там, ночью - наблюдаем, завтра днем - наблюдаем, и… Короче, в среду вечером вернемся, я тебе обещаю!

- Но ты хоть знаешь, где это? - я понял, что решимость Бориса непоколебима.

- Так ты что, не слышал? Смоленская область, Вяземский район, деревня Корьёво! А дом мы найдем по памяти! Ну, или спросим, на худой конец!

- А как туда добираться?

- С Белорусского вокзала - электричкой до Вязьмы, а там автобусом! Да не ссы, старик - язык до Киева доведет!

Я задумался. С одной стороны, сильно сомнительно, чтобы Судаков прятался так близко от Москвы, а с другой - неплохо было бы съездить в деревню, отдохнуть, развеяться на природе. Как там все обернется - это бабушка надвое сказала, а когда еще мне удастся выбраться из Москвы?

- Паганелю будем звонить? - оттягивая время, спросил я.

- Да ты что, забыл? Он же свалил в Германию! Поедем вдвоем!

Я опять задумался. Ехать? Не ехать?

- Ну, чего? - теребил меня Борис, заглядывая в глаза. - Едем?

Я решительно кивнул:

- Ладно! Поехали! Уговорил!

* * *

Мы заскочили ко мне, перекусили, я переоделся в походно-спортивную одежду, захватил умывальные принадлежности и только тут вспомнил:

- Э-эх! Голова садовая!

- Что случилось? - удивленно воззрился на меня Борис.

- Я забыл презентовать Надежде Михайловне ликер!

- Действительно, голова садовая! - согласился со мной Борис. - Ладно, не расстраивайся, возьмем с собой! Пейзане будут рады!

- Кто?

- Ну, пеоны… Да деревенские жители, неуч!

Белорусский вокзал встретил нас шумной толчеей, гомоном и неразберихой, всегда встречающейся там, где собирается много народу. Шныряли нищие, беспризорники, у табло табунились какие-то беженцы-каракалпаки с чумазыми, вшивыми детьми на руках, мимо чинно прохаживались благодушные стражи порядка…

Мы благополучно успели на трехчасовую электричку и даже умудрились занять сидячие места. Вагончик тронулся, перрон остался, мимо поплыли московские улицы, мы переехали Москва-реку, потом потянулись громады новостроек, спальные районы Крылатского, слева, вдалеке - Троекурово, и, наконец, минув МКАД, электричка покинула столицу, резко набирая скорость.

До Вязьмы нам предстояло «трюхать», как выразился Борис, полных три часа да еще и с хвостиком.

Я, утомленный позавчерашней пьянкой и полубессонной ночью в квартире Паганеля, вскоре уснул, привалившись головой к подрагивающей стенке вагона, а Борис вставил в уши наушники плеера, врубив его на полную громкость - аж мне было слышно!

Проснулся я от толчка - электричка остановилась.

- Где это мы? - хриплым спросонья голосом спросил я, крутя головой.

Пока я спал, стемнело, и за грязным окном лишь светились сквозь ненастный осенний мрак тусклые фонари.

- Можайск! - ответил Борис, переворачивая в плеере кассету. - Часа два ты продрых, поздравляю! Всегда завидовал людям, которые могут спать в дороге - не так скучно.

- Борь, что ты слушаешь? - осведомился я, потягиваясь и разминая уставшее после сна на жесткой лавке тело.

Вместо ответа искатель молча вставил мне в ухо наушник и нажал кнопку. В ухе зашипело, заиграла музыка, и высокий, резковатый голос запел:

Стол для письма. Для одного.

Для чтения или писания.

Настольной лампы полыхание,

Давно не мытое окно…

Звенит вольфрамовая нить!

Ковер от пыли сполз со стенки.

Я чую смерть, дрожат коленки.

О, Боже! Пить или не пить?!.

Прочел письмо, налил мадеры