Песнь Гнева - Дарья Кадышева

Глава 12.

Пепельный берег.

Алистер Куврата поднимался по лестнице, и его молчаливая стража следовала за ним. Коридоры замка были пусты. Казначей выбрал правильное время. Никто не встретился ему на пути. Все нужно было провернуть быстро и без лишнего шума. Иначе весь его план рухнет.

Когда перед ним возникла заветная дверь, он остановился и повернулся к стражникам.

— Я позову вас, — сказал он. — Когда придет время.

Стражники отошли к лестнице, чтобы спрятаться. Алистер поправил тесный дублет, глубоко вздохнул и постучал. Дверь открыли не сразу.

— Сударь Алистер, — Белян был смущен. — Простите, я не ждал вас…

Он обернулся и посмотрел на свою комнату. Затем снова обратил взор на Алистера. Одет он был в свой будничный камзол с искусной вышивкой, напоминавшей узор из цветов. Глаза у него были красные, слезящиеся.

— Вы не будете возражать, если я войду?

Белян колебался несколько секунд.

— Нет, нет, конечно, входите, — дьяк князя отошел, пропуская Куврату в комнату и закрыл дверь. — Осмелюсь спросить: что вас привело ко мне в столь поздний час?

Казначей остановился на середине комнаты. Все здесь было так, как и при прежнем дьяке. Мягкая, но маленькая кровать, высокое и широкое окно с великолепным видом на город, книжные шкафы, ковры, украшавшие пол и одну из стен. Нарядно, но не слишком. На столе возле окна горела свеча. Створки были распахнуты. С улицы дул прохладный ветер.

— Похоже, вы в этот поздний час не спите тоже.

— Я… Разбирался с приказами. У меня много работы в последнее время, — Белян стоял у двери, не зная, куда себя деть.

Он чувствовал себя неуютно рядом с казначеем.

— Действительно, — отозвался Алистер. — Столько событий происходит каждый день. Только и успевай принимать и отсылать письма, подписывать приказы, сдувать пылинки с государя и оберегать его секреты.

— Алистер, — произнес Белян. — Назовите мне цель вашего визита.

— Ну что вы… Вы испугались меня? — казначей улыбнулся и понизил голос.

— Нет. У меня много работы. Поэтому говорите.

— Хм, — Алистер сел за стол и провел рукой над лежащими на нем бумагами. — Все вы гоните меня в шею, как только увидите. Требуете, чтобы я сразу выдал вам то, зачем пришел. Презираете меня. И ошибочно не считаетесь со мной.

Он посмотрел на Беляна, и в его взгляде не было больше притворной вежливости и симпатии.

— Достаточно, — сказал казначей и что-то достал из кармана. — Вот плата за ответы, которые ты мне предоставишь, Белян.

Алистер шлепнул на бумаги туго набитый кошель.

— Это… деньги? — спросил дьяк, и на его лице возникло отвращение.

— Здесь гораздо больше твоего годового жалованья. Князь скуп на оплату твоих услуг. А я буду щедр.

— Что вы хотите узнать от меня за это? — Белян указал на кошель. — Вы думаете, я предам Его Светлость за какие-то монетки?

— Не какие-то, а золотые. Ты ничего не потеряешь, согласившись.

— Я потеряю доверие моего государя.

— Послушай меня, Белян, — медленно проговорил Куврата. — Для твоего же блага, соглашайся.

— Вы не ответили на мой вопрос. Что вы хотите узнать от меня?

— Тайну, которую Твердолик доверил только троим самым близким советникам.

— Ах, вот что, — Белян покачал головой. — Нет. Вы этого никогда не узнаете. Вы не заставите меня и не подкупите. А князь…

— Узнает обо мне? — Алистер встал. — Узнает о том, что я пытаюсь выяснить его планы? Ты донесешь ему?

— Зря вы пришли, Алистер, — сказал дьяк. — Вы ведь сами себя подставляете. Я не куплюсь.

— Мне жаль.

— Что «жаль»?

Казначей вдруг сгреб Беляна в охапку и подтащил к окну. Прежде, чем дьяк успел опомниться, Алистер навалился на него всем весом и выхватил кинжал из-за пояса. Глаза Беляна расширились от ужаса. Он открыл рот.

— Только попробуй, — предупредил его казначей и приставил кинжал к трепещущему горлу дьяка. — Не ори. Ты понял? Я проткну твою глотку раньше, чем тебя кто-нибудь услышит.

Белян испуганно смотрел на него.

— Итак, — проговорил Алистер. — Ты расскажешь мне, что там затеял Твердолик.

— Я не могу, — дрожащими губами шепнул Белян.

— Можешь, — усмехнулся Куврата и коротко свистнул. — Двух других, которые могли мне выдать тайну Его Светлости, не так-то просто убить. А если бы это удалось, это вызвало бы много шуму. А вот ты… Кому придет в голову убивать дьяка? Конечно же, это был несчастный случай… Так скажут люди.