Кого не видят глаза - Дарья Кандалинцева

И то верно. Хочет Аня того или нет, у нее давно уже нет выбора, кроме как плыть по течению жизни и следовать по дороге, что проложила для нее Вселенная.

Вселенная…

Эта мысль вдруг привела к другой.

– Лир, – окликнула она фомора, который, зевая и вяло потирая лоб, кажется, был готов задремать, – а что ты знаешь о легенде про стражей «Книги Судеб»? Когда я была в Келасе, даитьяне рассказывали мне, что у них когда-то существовало общество под названием…

– Сãрва, – не открывая глаз, сказал Лир.

Несколько долгих мгновений понадобились Ане, чтобы сообразить, что это означает. Из-за этого подарка – понимания местного наречия – у нее периодически перемешивалось все в голове, слова сваливались в одну кучу, слипались и путались.

«Сãрва. Как это перевести? Всегда… Вечность… Нет. Вселенная».

Заметив молчание Ани, Лир усмехнулся:

– Со временем научишься различать языки, и слова не будут превращаться в адское месиво в твоей голове. Это как со старыми воспоминаниями. Стоит лишь один раз разложить все по полочкам в нужном порядке, и прошлое не выглядит таким уж туманным.

– И что тебе известно об этой Сãрве? – отмахнувшись от странного ощущения ворочающихся в голове чужих знаний, спросила Аня.

– То же, что и всем, – лениво пожал плечами Хэллхейт. – Это одиннадцать неизменных хранителей мироздания, что создали нашу видимую реальность и «Книгу Судеб» в качестве дара населяющим ее существам. Чтобы, как гласит легенда, «помнить, что путь не конечен, и смертная жизнь будет править над нами, пока не усвоен последний урок».

– Звучит как какая-то секта.

– Я предпочитаю словосочетание «тайное общество». Видишь ли, даитьяне в свое время вложили немало сил в изучение истории этой «Вселенной». Их генетические исследования доказали, что ни одна из рас, живущих ныне на Да’Арии, не является коренной для нашей планеты. Сопоставляя различные старинные документы, ученые пришли к выводу, что именно эти одиннадцать были руководителями миссии, или чего бы там ни было, первыми открыли портал на Да’Арию, создали на его месте левитирующий над озером АмараВрати и так далее.

Аня тут же вспомнила рассказ Никка о четырех реках, стекающих в одну под ледяным островом-замком, парящим в воздухе. Почему ей никогда не приходило в голову, что АмараВрати может быть не чем-то естественным, не причудливым созданием суталской природы?

– Остров создали искусственно?

– Ага, – сонно протянул Лир, положив голову на камень и, вероятно, уже досматривая третий сон. – И всю нашу планету. И меня, и тебя, и твои астральные путешествия с Никком…

Непривычное чувство, смесь радости и печали, нахлынуло на Аню. Она даже не слушала, сказал ли Лир что-то еще. Девушка вдруг осознала, как сильно скучает по Никку и какой неимоверный прилив тепла ощущает в душе, когда вспоминает все пережитое с ним.

Все их не поддающиеся здравому смыслу встречи в мире снов, загадочный огонек его медных глаз каждый раз, когда он рассказывал Ане что-то о своем мире. Ту нелепую, растерянную улыбку на лице Никка, когда он подарил ей кристалл…

Ане даже показалось, осколок камня в ее кулоне стал чуть теплее от этого воспоминания, и она невольно улыбнулась.

«А как он сражался, бесстрашно взмахивая клинком? – мурашки пробежали по телу землянки. – Зная, что любой неверный шаг может стоить жизни, и все равно будучи готовым отдать эту самую жизнь за меня».

– Я помню, как вы боролись в Пайтити, – произнесла Аня вслух, не заботясь о том, слушает ли ее Лир или только гуляющий над океаном ветер.

Она взяла меч и, повертев в руках, осторожно вытащила из ножен, украшенных вкраплениями черного металла. Острое лезвие сверкнуло на свету, намекая, что с радостью готово отобрать чью-нибудь жизнь.

– Помню, как не могла оторвать глаз от Никка с Дафной, – продолжила Аня, слегка покачивая мечом в воздухе. – Это было так красиво, смертельно красиво. Хотела бы я когда-нибудь научиться подобному.

Боковым зрением Аня видела, что Лир встрепенулся от ее последних слов и озадаченно посмотрел на нее.

– Хочешь сказать, ты не пошутила, что не умеешь фехтовать? – спросил он уже бодрым, чересчур бодрым тоном. – Даитьяне не научили тебя? Чем ты в Келасе вообще занималась тогда? Ела цветочки и витала в облаках своей комнаты?

Вопрос о цветочках звучал обидно, но не настолько, чтобы заострять на этом внимание.

– А меня должны были научить фехтовать?

– Святой Арий и пекельный Астерот их побери! – Хэллхейт выругался, потирая глаза и поднимаясь на ноги. – Вставай.

Порыв зябкого ветра пронесся между ними, когда Аня подняла глаза на фомора. Нет, совершенно серьезный вид и меч в правой руке доказывали, что Лир не шутит.

– Ты в своем уме? – истеричный смешок вырвался у Ани из груди. – Я не буду с тобой драться! У меня мяч мимо корзины на уроках физкультуры пролетал, а ты хочешь, чтобы сейчас я попыталась отразить удар лучшего воина Патила?

Лицо Лира в мгновение ока изменилось, черты заострились, когда он принял боевую стойку.

– Первое правило воина, – угрожающе понизив голос, начал он, – не спрашивай разрешения, прежде чем убить. Если бы я по-настоящему желал твоей смерти, ты была бы мертва до того, как подняла на меня глаза.

Вздохнув, Аня поднялась на ноги, держа теперь уже дрожащей рукой меч. И как Лир умеет так резко превращаться в убийцу, при виде которого сердце замирает от страха? Ведь еще минуту назад мирно и беспечно дремал, подшучивал над Аней и улыбался… А сейчас, похоже, намеревается замучить ее до смерти под видом урока.

«Святой Арий, кем бы ты ни был, сделай так, чтобы даитьяне добрались сюда поскорей».

– Я не убийца, – тихо сказала Аня, наблюдая, как фомор ловко рассекает мечом воздух, разрабатывая запястье.

– Фехтование не имеет ничего общего с убийствами. Это искусство! – Лир сделал многозначительную паузу и элегантным движением описал клинком знак бесконечности. – Искусство, которое помогает держать тело и дух в тонусе, а порой может сохранить тебе жизнь.

Едва подняв над головой меч, Аня почувствовала, как напряглись мышцы спины и рук. Держать клинок так, чтобы он не перевешивал набок, было сложно, не говоря уже о том, чтобы применять его в действии.

– Расслабься. – Лир скривил губы в усмешке и сделал шаг навстречу Ане, но она тут же отпрянула назад. – Ты похожа на струхнувшего зайца, которого заставили притворяться волком перед лисой.

Он сделал выпад и без малейших усилий выбил меч у землянки из рук. Клинок отлетел и глухо упал на землю.

– А ты не можешь научить меня этому так же, как вайкхару? – растягивая время, Аня неспешно подняла меч и снова наставила его на импровизированного противника.

Дождь начинал накрапывать, и где-то вдалеке пророкотал раскат грома.