Невеста из мести - Елена Счастная

О том, что одна из невест короля сбежала, при дворе постарались забыть как можно скорее. Его величество не стал лишний раз беспокоить лорда Суини и его людей. Погоню за баронессой Бирн не отправили. Анвира соизволил лишь выслать весть родителям Кэтлин о том, как опрометчиво поступила их дочь. Придворные, что в это время пребывали в резиденции, всласть потрепали имя беглянки, но недолго – и всего-то через сутки почти перестали о ней вспоминать. Благо меня при обсуждении столь эпатажного поступка Кэтлин не упоминали: то ли приказал его величество, то ли моя помощь не казалась такой уж важной. В любом случае это было хорошо. И так удалось собрать вокруг себя слишком много внимания за последнее время.

Видно, чтобы это происшествие, как и сплетни обо мне и герцоге, канули в небытие ещё скорее, Анвира приказал готовиться к охоте на лис. Сейчас для того было самое лучшее время. Мне виделась в том подготовка к ещё одному важному событию: объявлению о выборе невесты. Ведь на охоту съедется весь свет, даже из самого Катайра. Очень удобно приурочить загон лис к ещё более значительному поводу. С единственной оставшейся соперницей, которая на проверку оказалась не столь подлой, как я о ней думала, мы взаимно и не сговариваясь старались не встречаться. Накал неприязни между нами и без того грозил спалить всё вокруг. А сейчас, когда осталось одно только решение короля, что определит наши судьбы, даже одним только словом обменяться уже было бы преступлением.

Однако о настроениях Кайлы и её довольно резких высказываниях в мою сторону исправно докладывали служанки. Графиня беспокоилась – и с каждым днём всё сильнее. Она, верно, надеялась, что после всей шумихи меня точно прогонят. Но, похоже, не знала и того, что происходило между нами с Анвирой. Иначе её тревога была бы ещё больше. Признаться, то, как всё моё существо реагировало на близость короля, мне самой не нравилось. Но с этим я планировала разобраться позже.

Ладно хоть после того происшествия с принцем Бьои по дороге к ведьме призрачное ощущение вернувшихся сил пропало. Возможно, в другой ситуации я расстроилась бы, уже испытав надежду на возрождение былых способностей, но сейчас они только помешали бы. Всё же герцог Дунфорт однажды уже что-то заподозрил.

Размышляя обо всём этом, я решила, что разумнее всего до самой охоты просто притихнуть, ни во что без надобности не соваться, ни с кем в излишние разговоры не лезть. Особенно с Финнаваром. Воздержаться от этого оказалось достаточно просто: с некоторых пор и смотреть на него было стыдно.

А гости всё съезжались в резиденцию. Снова потянулись через ворота одна за другой разномастные кареты. Некоторые лица уже казались знакомыми, другие я будто впервые видела.

За разглядыванием очередной высокородной четы, что только приехала, меня нынче и застали Полин с Дараной. Они, подозрительно шурша чем-то и хихикая, вошли друг за дружкой.

– Чего придумали? – Я обернулась к ним. – Говорите.

– Вам подарок от его величества, – громко объявила одна.

Невольно я покосилась на Ночь Друидов, который так и стоял в вазе, совершенно не увядая. А ведь прошло уже немало дней.

– Что там у вас? – успела только сказать – и вздохнула от восхищения.

В руках у Полин вдруг оказалось великолепное платье шоколадного цвета с пышным шлейфом, которому предстояло роскошными волнами струиться по крупу коня на охоте. А Дарана с гордостью, словно сшила его сама, продемонстрировала алый приталенный камзол, что должен был надеваться поверх. Его воротник-стойка был отделан беличьим мехом, как и рукава. В дополнение к костюму шла отороченная тем же мехом шляпка, перчатки и удобные, но изящные ботинки до середины икр.

Но восторг и радость от чудесного наряда быстро пропали, стоило только подумать, что Кайле его величество подарил, верно, что-то подобное.

– Угадайте, кто его сшил? – заговорщически прощебетала Дарана.

– Неужто ты? – Я, вдоволь налюбовавшись со стороны, подошла и провела ладонью по дорогой ткани платья.

Служанка фыркнула, но, кажется, не обиделась.

– Мистер Браун, разумеется.

– Ещё бы, – назидательно буркнула Полин. – Вот станет миледи королевой, и все наряды ей будет шить только он. – Вопрос, кто будет шить мне платья, стань я всё же королевой, волновал меня меньше всего. Однако гордость, с которой служанка это сказала, даже польстила.

– А что-нибудь слышно о Лие? – спросила я, вдруг о ней вспомнив.

Девушки переглянулись, сразу же скиснув, словно им предложили откусить лимон вместе с кожурой.