Мой любимый зверь! - Ольга Гусейнова

— Договорились, — с облегчением кивнула я.

Конечно, мне рядом с Ровеной проще и безопаснее. Опыта и знаний у нее гораздо больше. Но ее явно что-то еще волнует, уж больно внимательно смотрит на меня. Наконец, старшая решила удовлетворить собственное любопытство:

— А тебе не интересно, почему я здесь? На Драуне, вместе с тобой? Сдала тебя, спасая свою шкуру, и все же меня…

— Почему такую умницу-красавицу, действовавшую в соответствии с уставом, посадили в клетку вместе со мной? — грустно уточнила я, покачала головой и с горечью предположила. — Очевидно, если даже недалекую выпускницу академии за неудачный слив информации в СМИ так сурово наказали, то уж тебя, куратора операции… нет, глобальной подставы, точно не простили. Ты поспешила с арестом и упустила Нофаля. Гонг видел там, в порту, что инициатором ареста была ты. Упустила аль Мура тоже ты. Тогда мы спаслись, потому что главного, Райо, взяли. Но я уверена, Гонг повесил всех собак на тебя. И со мной прокол, и с Нофалем. Да?

Ровена дожевала пищевой брикет, опять задумавшись, а потом мрачно призналась:

— Да. Мой прокол чуть не привел к провалу операции. Судя по скорости ответной реакции Клерана, Нофаль быстрее, чем наши ожидали, связался с руководством и доложил о ситуации. Если бы не он, АБНЗ в рабочем порядке, последовательно выполнило бы все разработанные и запущенные этапы операции, задействовало бы и планомерный шантаж Райо через тебя, да много чего бы успело сделать. А так, потеряли фору минимум в неделю, действовали на опережение, впопыхах. В общем, мы с тобой обе основательно потоптались по воспаленному самолюбию Гонга. Видимо, начальство ему тоже сильно прищемило хвост, вот он и отыгрался на нас по полной программе. Как сумел! И кому смог!

Я решилась задать терзавший меня вопрос:

— Ты специально отпустила Нофаля? Он тебе понравился?

Несколько томительных мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Наконец, Ровена, поморщившись, ответила:

— Я не идеалистка как ты, Пташко. Единственное, с чем я действительно прокололась, — поспешила с арестом. Дурацкое тщеславие! Хотелось утереть клеранцам их высокомерные носы, уж больно уверены в себе и своем превосходстве. Так жгло желание посмотреть им в глаза, объявив о нашем статусе, — с досадой призналась она.

— Ясно, — уныло кивнула я, понимая, что напарница решила выговориться.

Криво ухмыльнувшись, Ровена продолжила:

— Ладно, раз у нас день откровений, то знаешь, что меня по-настоящему взбесило? Нофаль меня у шаттла сам чуть не срезал лазером, вырубил охрану, вооружился… И в какой-то момент этот суперзверь открылся для меня, когда шлюз на шаттле медленно закрывался, но я не смогла выстрелить и убить. Красивый, чертяка…

— Он это видел? Понял? — затаив дыхание, выдохнула я.

В душе у меня шевельнулась надежда, иррациональная надежда.

— Да, — нахмурилась Ровена.

— Так может, если мы расскажем Райо, что ты помогла и на Клеране знают о…

— Эрика! — тихо, но словно в лицо крикнула, выдохнула Ровена. — Все! Забудь о клеранцах! Теперь они никто на этой богом забытой планете, среди таких же ходячих мертвецов. Их не будут здесь искать! А имена на родине придадут анафеме за публичный позор на всю галактику. Этого они нам никогда не простят. Понимаешь?

Я опустила голову в молчаливом согласии: не простит, не посмотрит и не прижмет к себе. Пара слезинок упала на сухой безвкусный брикет с остатками еды. Не чувствуя вкуса, я доела и, не переживая за экологию, о которой подумало правительство, выкинула упаковку. Отряхнула руки и спросила:

— Куда пойдем?

— Вглубь материка я идти не хочу, там слишком много тестостерона на квадратный метр. Предлагаю сделать круг, чтобы замести наши следы и постараться вернуться ближе к океану. Найти там какую-нибудь пещеру с родником и обосноваться в ней. Рыбу худо-бедно поймать на двоих можно, да и кроликов периодически найти. Где сбрасывают грузы мы примерно знаем, так что можно будет незаметно брать часть из них.

— Да, чем дольше мы останемся вне общества Драуна, тем целее будем, — согласилась я грустно.

В груди ныло и болело. Если бы не Ровена, я бы рискнула найти Райо. Напарница останавливала мои самоубийственные порывы, а сама терзалась яростью и жаждой убийства:

— Гонг — эта полковничья продажная тварь, — она так сжала от ненависти кулаки, аж костяшки побелели, — еще пожалеет, что не убил меня сразу. Я не я, если не отомщу. Чего бы мне это не стоило.

— Сначала нам надо отсюда выбраться, — я с горечью улыбнулась.

— Я постараюсь изо всех сил, — пообещала бывший офицер АБНЗ, вперив взгляд вверх, словно искала там лестницу в небо.

Покрутив картонную упаковку с водой, я невольно скуксилась:

— Этого тетрапака надолго не хватит, через несколько часов появятся трещины, а потом — только выбросить, чтобы сам, как обещано, развалился. Нужна тара для питьевой воды, иначе в такой жаре обезвоживание гарантировано.

Ровена сморщила нос, ехидно заметив:

— Да-а-а… правительство хорошо постаралось защитить экологию Драуна и уменьшить шансы на выживание его обитателей.

— Угу, — кивнула я, убирая за собой остатки обеда, заметая следы.

Сняла рубашку, а то от жары и влажности вспотела, и повязала ее за рукава на талии. Напарница тоже решила раздеться. Вдруг ветер донес запах, который сначала насторожил меня, а потом волоски на коже встали дыбом. Присев, я закрутила головой и до боли в глазах пыталась найти среди травы и деревьев источник тошнотворного запаха:

— Мужским потом несет!

Ровена, ну прямо как кошка, насторожилась, потянула носом и ловко полезла на дерево, тихо приказав мне:

— Изобрази забор!

— Какой забор? — шепнула я в недоумении, задирая голову.

— Тупой и деревянный! — прошипела она из листвы.

Оставила меня наживкой в ловушке. Зараза!

— Сама ты…

В этот момент в лощине появились трое новоприбывших зеков, судя по новенькой одежде, пострадавшей во время приземления, и тубусам под мышками. Они заходили с разных сторон, похотливо меня разглядывая и ухмыляясь. И вокруг тоже не забывали поглядывать, вот только вверх не додумались, где слилась с желто-буро-болотной листвой женщина-кошка.

За полдня эти новички сбились в маленькую стаю, злобную, хищную, голодную. Сердце колотилось где-то в горле, было страшно до ужаса. Хищники подбирались молча, зыркая исподлобья. Один из них, шаря мерзким масленым взглядом по мне прогнусавил:

— Одна? Бедняжечка.

— Ничего, сейчас успокоим деточку, — хохотнул второй.

Не удариться в панику помогало лишь одно — Ровена рядом и озабоченные зеки не слишком крупные, если постараться, справиться можно. Все же я курсант военной академии и, как сказала напарница, подготовка у меня имеется. Так просто не сдамся! Потребуется — пойду на что угодно, но чужой подстилкой точно не стану. Я замерла, с трудом заставив себя стоять под деревом и, собрав всю силу в кулак, приготовилась атаковать.