Полуночный бал - Екатерина Флат

Леди Дамила устало опустилась в кресло.

— Эвелина, вот что ты так жаждешь от меня услышать? Душещипательную историю трагичной любви твоих родителей? Неужели ты не задавалась вопросом: почему же я не хочу ничего рассказывать? Тебе в жизни и так сейчас лихвой хватает проблем, так зачем еще и усугублять неприятными эмоциями?

— Я просто хочу знать правду, — тихо произнесла я, ни на миг не сводя с нее взгляда.

— А что ты с этой правдой будешь делать? — она смотрела на меня с чуть ли не вселенской усталостью.

— Сделаю выводы и буду жить дальше, — я пожала плечами. — Но вы не правы в том, что добавите мне проблем. Наоборот, пока я не знаю, как все было, я постоянно терзаюсь мыслями об этом. И, уж поверьте, предположения придумываются уж точно не самые радужные.

Леди Дамила тяжело вздохнула.

— Эви, тут и рассказывать толком нечего. Все довольно прозаично… Хардвиг тогда был простым инквизитором, он быстро заприметил твою маму среди служительниц. А Миранда была слишком наивна и неопытна, чтобы противостоять обаянию статного красавца. Он вскружил ей голову, добился своего, но при этом прекрасно понимал, что порочная связь может помешать его грандиозным амбициям. Хардвиг был в курсе, что Миранда ждет ребенка, но вынудил ее дать магическую клятву, что она никому не скажет, кто отец. Я, как ее лучшая подруга, знала, конечно, обо всем заранее, ну а для остальных так все и осталось в тайне… Миранда, естественно, не стала жрицей, ее семья от нее отвернулась, и лишь старший брат не бросил на произвол судьбы. Да только разбитое сердце сыграло свою роль. Твоя мама просто не хотела больше жить. Страдания обессилили ее, она бы, может, и умерла раньше, если бы не ты. Миранда не хотела лишать жизни еще не родившееся дитя, но, увы, желание умереть в ней все равно было сильнее.

Леди Дамила подавленно замолчала, смотря в пол перед собой. Каждое ее слово все еще звоном отдавалось у меня в ушах. Я, конечно, и так предполагала, что мой отец наверняка негодяй. Но сейчас, когда я знала его в лицо, видела его фальшивую улыбку… Как же мерзко становилось от всего этого…

— Мне неприятно это говорить, Эвелина, но такова истина. Твой отец, выбирая между карьерой инквизитора и своим ребенком, выбрал карьеру. Твоя мама, выбирая между блаженным забытьем смерти и тобой, выбрала именно смерть. Да, она позаботилась о том, чтобы ты не осталась на произвол судьбы. Мы с Веллером поклялись, что никогда тебя не бросим. Но сложилось вот так, как сложилось… Я не хотела все это рассказывать, не желая тебя лишний раз ранить. Слабохарактерная мать, подлый отец… Стоила ли вообще такая правда того, чтобы ее знать…

— Стоила… — я все же постаралась сдержать напирающую злость. Я злилась не на леди Дамилу и даже не на отца. Злило то, что ведь сама я в глубине души не хотела все же верить, что угадала насчет лорда Хардвига. Мало того, что он раньше был тем еще гадом. Так теперь еще и возглавляет инквизицию. И, без сомнений, даже зная, что я — его дочь, он преспокойно меня уничтожит по первому же велению своих хозяев.

— Но прошлое — это прошлое. Нам нужно думать о будущем. Ты очень похожа на Миранду, — продолжала леди Дамила уже деловито; видимо, смогла взять себя в руки и отрешиться от эмоций. — Но, возможно, Хардвиг уже и не помнит ее, наверняка у него таких много было. Так что есть шанс, что он не догадывается о вашем родстве. Иначе бы точно попытался как-нибудь вывернуть это себе на пользу. И я очень советую тебе сохранять это втайне.

— Вы что, думаете, будто мне придет в голову открывать ему правду? — я даже оторопела. — Да я вообще намерена его десятой дорогой обходить! Плевать на кровное родство, для меня лорд Хардвиг — это глава инквизиции, чуть ли не главный змей в этом сборище якобы праведных служителей Ирата. И никак иначе я его не рассматриваю.

— Эви, не в тебе дело, — мягко перебила она. — Поверь, в тебе я не сомневаюсь. Меня беспокоит другое. Если Хардвиг узнает, кто ты, то он вполне может вывернуть это в корыстных целях. Кровное родство — это не пустые слова. По крайней мере, в магическом мире. Узы крови могут дать определенную власть над человеком. А учитывая, как ты неопытна в магии и как в ней силен твой отец… Боюсь, ты ничего не сможешь противопоставить, если он вознамерится тебя контролировать.

— Контролировать? — у меня даже голос дрогнул. — В каком смысле?

— В прямом. Превратить в послушную марионетку, выполняющую любой приказ. Так что тут одна надежда, что либо Хардвиг не узнает, что ты — его дочь. Либо, даже узнав, решит, что ты и так под пятой у посланников и служишь им беспрекословно, и тогда уже не станет вмешиваться.

О, ну отлично! Мне как раз для полного счастья не хватало инквизитора-кукловода.

Чем больше узнаю этот мир, тем сильнее хочется верить в порядочность Дейвона и завтрашнее чудо…