Желание Тигра - Мирослава Адьяр

Я не мог отвести взгляд от гибкого девичьего тела. Разглядывал Занозу жадно, не хотел выпускать ее из поля зрения ни на секунду, чтобы девушка не исчезла, не растворилась, как какая-то странная фантазия, рожденная Галакто, чтобы мучить меня.

Юла. Имя ей и правда шло.

Как заведенная детская игрушка, девчонка могла перевернуть весь мир, если в голову ей взбредет такой чудной план.

Выбравшись из бадьи, она прошлепала к свертку, который я оставил на табуретке, и, взяв отрез грубой ткани, принялась растирать раскрасневшуюся кожу. По стройным ногам вниз катились блестящие капельки влаги, и я рассматривал браслеты, охватившие тонкие лодыжки и крепкое бедро. Она не сняла их, даже когда купалась.

Интересно, какие украшения ей нравятся?

Я уперся лбом в край бадьи и тихо рассмеялся.

Если встретимся с Нанной и Халлтором - жена брата будет хохотать надо мной до конца моих дней. И припоминать, каким колючим куском задницы я был, когда она только появилась на корабле. И как рычал и ворчал на то, что волк притащил с собой избранную и какой он дурак, что ввязался в проблемы из -за женщины.

И еще тысячи, сотни тысяч всяких мелочей, что я наговорил.

Я мог поклясться, что слышу тихий насмешливый голос Нанны, прозвучавший прямо над ухом:

“А говорил, что твоя суженая никогда тебя не встретит. И будет счастлива, что это не случилось. Что скажешь теперь?”

Я не знаю. Не знаю, что сказать.

Все происходило слишком быстро, и я не собирался тормозить, желая погрузиться с головой в фантазию о настоящей семье.

И содрогался всем телом, представляя, что нечто темное и чужеродное может забрать Занозу.

Сейчас я понимал Халлтора, как никогда.

Все мои братья были странниками в бесконечной пустыне. В вечном поиске оазиса, где они могут напиться и отдохнуть, остудить голову, почувствовать себя дома, в безопасности.

Каждая суженая - это источник прохладной воды, полный терпкой сладости и ласкового участия. Притяжение, возникающее между странником и оазисом, - почти неуловимо. Оно существовало, оплетая наши тела тонкими нитками, и скручивалось в узел, который не разрубит даже сама смерть.

В этот самый момент я понял, как больно и страшно было Лису, когда он узнал, что его суженой не стало, что она - жертва гнева ублюдка, решившего, что он вправе карать и миловать кого угодно. Даже собственных детей.

Что он готов был убить собственного ребенка за одно только слово о любви к оборотню. И убил.

Младшего братишку спасло только то, что он со своей женщиной был не связан. Он только планировал выкрасть ее из дворца, как в какой-нибудь старой сказке.

И он видел, как ее казнили на дворцовой площади. Сам капитан-регент отправил ее к Галакто, одним быстрым ударом меча.

Меня передернуло от осознания, как было бы страшно потерять Юлу.

Когда все это случилось со мной?

Когда девчонка стала значить так много, что даже мысль о ее смерти вызывает внутри физическую боль?

Заноза аккуратно развернула сверток и подняла блузу, которую я для нее выбрал. Темнобордовая ткань почти стекала по пальцам и мягко льнула к телу. В глазах девчонки светился неподдельный восторг, и, откинув грубое полотно, она расправила обновку и принялась рассматривать ее со всех сторон.