Маруся-2. Попасть - не напасть - Галина Гончарова

Мне просто за женщин было обидно!

Это не самый приятный процесс, тяжелый, кровавый, мучительный, но век за веком, раз за разом женщины идут на него, чтобы продолжить чей-то род.

И они же – нечистые?

Рожать – рожай, а в церковь мордой не вышла? Воля ваша, но что-то неправильное, непорядочное здесь есть.

Хотя, может, и объяснения найдутся? Кроме мужского шовинизма?

Не религиовед я, ни капельки, просто не понимаю, почему молясь Пресвятой Деве, к женщинам все равно отношение, как второй сорт – не брак.

Хотя…

В двадцать первом веке и того хлеще было. До сих пор вспоминается, какой-то кадр в рясе предлагал отменить образование для девочек. А чего им?

Все равно станут женами, матерями… чтоб его Роза Люксембург каждую ночь во сне гвоздила! *

*– автор лично слышала подобную речь. После чего долго чесала в затылке, думая, не свалился ли товарищ откуда-то с Луны? Или просто сбежал откуда-то? Кому интересно, кажется, это выступление до сих пор должно быть где-то на ютубе, можно поискать. Прим. авт.

Здесь, кстати, в этом отношении намного приличнее. Девочки тоже получают образование. Да, женщинам сложнее. Но если уж женщина стала специалистом, отношение к ней очень уважительное. Явно – и не дура, и с характером. А от таких хорошие дети получаются. Может, со временем и магия в роду появится.

Да-да, потому что терпение, труд, умение добиваться своего, идти к своей цели и преодолевать все препятствия – это тоже своеобразная магия. Которая ни капельки не влияет на деторождение.

Но это я ушла в сторону.

А в столицу мне надо было по простой причине.

Крестить ребенка.

Крестным отцом малыша Его Императорское Величество назначил… как вы думаете – кого?

Своего дядюшку со стороны отца, Рюриковича, Петра Александровича.

А чтобы не гонять недавно родившую женщину в столицу, князь сам приедет в Березовский, ну и церемония состоится.

Иван Четырнадцатый обещал нам свою защиту и покровительство?

Вот, получите и распишитесь. Косвенно, но Андрюшка получается родней императорской семье, как крестник. Злоупотреблять этим, конечно, не стоит, да и к моменту совершеннолетия Андрюшки, может, его крестного и в живых-то не останется старичку уже под семьдесят, кстати, Храмов воевал под его началом, так что и с этой стороны замотивировано, но статус ползет вверх, как ртуть в градуснике.

Это реально круто. В это время, иметь в крестных кого-то из императорской семьи (и плевать, что там народу два десятка), это как в двадцать первом веке здороваться за руку с президентом.

Письма пришли и мне, и губернатору. И – началось.

Песец?

Да, и он тоже пришел. Вместе с письмами. Улегся, расправил шубу и прижмурился на манер кота. Не ждали?

Так это ваши проблемы. Я – здесь.

* * *

С супругой генерал-губернатора мы встретились в городе. Совершенно случайно.

Я делала покупки, а что забыла в городе она? Кажется, она тоже ходила по лавкам. Мне нужна была брошь и перья, для эгрета так я и оказалась в ювелирной лавке. Договорилась обо всем, и уже собиралась покинуть это место мужской скорби, как дверь распахнулась.

В лавку величаво вплыли графиня с дочерью.

Я чуть склонила голову.

– Ваше сиятельство.

И улыбка. Легкая, аккуратная, одними уголками губ. Обозначение, мол, я вас рада видеть – в меру.

Тут такой нюанс. С одной стороны, я сейчас чуть ниже по положению, дворянка, но без титула. С другой же стороны – я по рождению княжна, я маг и вхожу в один из юртов. Не самый слабый.

Благовещенская – графиня, но никакими способностями она не обладает, а по рождению простая дворянка. Разве только того, что очень богатая.

Она старше, я моложе. Кто кого должен приветствовать?

Я – ее, но не роняя себя. Как-то так.

Сложные все эти этикетные танцы. Мне – сложно!

– Госпожа Храмова – приветствовала меня графиня, поджимая губы. И чего так рожу кривить? Одета я с соблюдением всех правил приличия, а что у ювелира…

Не в трактире же?

Кто сказал, что в трауре нельзя ездить по магазинам? Это на балы нельзя, развлекаться не стоит, а остальное – можно. Жизнь-то продолжается.

Увы, тот же протокол требовал хотя бы минимальной светской беседы. Иначе по городу пойдут слухи, что мы в ссоре.

Я заулыбалась.

– Сегодня замечательная погода, не правда ли?

– Отвратительная, – ляпнула доченька.

Хм? Положим, на улице и правда этакая морось, вроде водяной взвеси в воздухе, но к чему же так резко? Я тебе не нравлюсь? Так это взаимно, но хамить-то зачем? А получи в обратный зад!

– Да что вы, Ирэна Александровна, погода просто чудесная. Она так полезна для цвета лица! Я всегда стараюсь гулять в такое время, кожа потом просто бархатная.

Девушка надулась. С кожей у нее была беда – то ли пигментные пятна, то ли еще что… да и вообще, кожа неровная, нездоровая, с рытвинами.

Некрасиво.

– А мне все равно не нравится.

– Ирэна, – одернула ее мать. – Госпожа Храмова может гулять по лавкам, когда ей заблагорассудится, у нее нет семьи…

Не поняла?

А мои дети?

А братья?

Что вообще за наезды? С чего вдруг?

– Какие мои годы, ваше сиятельство, – ласково пропела я. – Дети уже есть, а мужчины – дело наживное. Захочу замуж выйти, так найдется прорва желающих.

– Да… мы слышали, – пропела графиня. – О… желающих.

Получилось это так, словно я шлюха. И я окончательно разозлилась.

– Не могу ответить вам той же любезностью – никогда не считала сплетни достойным занятием.

Получилось достаточно резко. Графиня покраснела, некрасиво, пятнами.

– Сплетни?

Я мило улыбнулась.

– А так же слухи. Прошу меня простить. Мне пора домой, к детям. Знаете, двое сыновей – это такое счастье! Но времени на всякие глупости вообще не остается. Всего вам наилучшего, ваше сиятельство. Ирэна…

Вышло очень прочувствовано.

Я развернулась и удрала, пока до дам не дошло. Шипение настигло меня уже в дверях, но было необратимо поздно.

Кажется, сегодня я приобрела врагов?

А, плевать. Я им и так никогда не нравилась. Хотя с чего бы? Видит бог, я себя вела, как ангел. Не понимаю…

* * *

Визит даже императорского дядюшки в Березовский?