Сармийская жена - Мелина Боярова

Пришла в себя от размеренного движения повозки. Плавное покачивание убаюкивало и не давало вынырнуть из приятной полудремы. Однако мозг уже улавливал звуки, телу возвращалась чувствительность. Надо сказать, не очень-то приятные ощущения слабости и легкого онемения в разных частях. Я пошевелилась, и тут же застонала от зудящего покалывания в спине и ногах. Пришлось мужественно терпеть, пока восстанавливалось кровообращение. На веки будто кто по свинцовому мешочку положил, так трудно было их разлепить. В приглушенном свете магического фонаря разглядела знакомый потолок дома на колесах. Это добрый знак. События до момента, как лопнул шар, помнила прекрасно. О том же, что произошло после, узнать бы подробнее. Куда делся Раш? Кто выжил из воинов? Гибель Дахтияра и еще двух человек видела собственными глазами. Лучи-щупальца как раз подобрались к Антару, когда все случилось. Жив ли? Если не он, кто обо мне позаботился?

То, что из одежды только ночная рубашка, уже поняла. Потрогала губы языком, убедилась — рана исчезла, да и синяк на скуле не тянет. Раньше при каждом движении челюстью, та отдавала тупой болью. Значит, кто-то подлечил, пока находилась в беспамятстве. Хорошо, если бы это были друзья. Надеюсь, это не наигранная забота бывшего жениха, и повозка в данный момент не мчится по направлению к ближайшему храму.

Превозмогая слабость, я приподнялась, чтобы осмотреться. Та самая повозка, которую раздобыл Антар. Он не говорил, но догадывалась, что ее собрали из уцелевших после нападения частей старых повозок. Новый дом на колесах уступал в размерах средству передвижения рефа Наотара. Некоторые декоративные элементы перенесли оттуда. За месяц путешествия по дорогам Ирнеи невольно запомнила каждую трещинку на лакированных панелях.

После второго нападения повозку тоже привели в порядок. Убрали сломанную мебель, вставили стекла в окошки, обеспечили посудой и запасом лечебных порошков и зелий. Кстати, целый арсенал нашла на тумбе у кровати. А еще обратила внимание на стул, которого раньше не было, и позабытое одеяло. Кто-то явно провел тут не одну ночь. И этот кто-то женского пола, потому как перчатка, оброненная на полу, подошла бы только изящной и тонкой ручке.

Рывком поднялась и села на кровати. Неловко завалилась на спину, которую тут же захолодило от промерзшей стенки. Теплое одеяло и горячие камни не помогали. Стены за ночь остывали, окна снаружи покрывались морозным узором. Обычно я накидывала к стене подушек, чтобы не соприкасаться с остывающей поверхностью, и одевала теплую пижаму. Сейчас бы подушечка под спину не помешала.

Головокружение из-за резкой смены положения прошло, и я решила подняться. Во-первых, срочно требовалось посетить уборную, а во-вторых, удовлетворить любопытство и, хотя бы одним глазком глянуть, что творится снаружи. Платья или накидки поблизости не нашла, а потому закуталась в одеяло и по шажочку направилась к закутку для справления надобностей. Тогда-то меня и застали за вопиющим нарушением постельного режима.

Ну кто бы предупредил, что тот назначен и я обязана строго соблюдать предписания мага-лекаря!

Когда почти достигла цели, дверь в повозку отворилась и в нее бочком протиснулась женщина. Нет, габаритов та была нормальных, но зимняя одежда кого-угодно сделает огромным и неповоротливым. К тому же, в руках незнакомка держала поднос, над которым витал парок, исходящий от горячего бульона. От аромата, вмиг наполнившего помещение, призывно заурчал желудок.

— Ох, реифа Лэйлин, куда же вы? Нельзя же вставать! Немедленно ложитесь в постель.

— Простите, но мне очень надо туда, — указала взглядом на укромный закуток, — вот прямо немедленно.

— Так! Будьте на месте, я мигом, — женщина поставила поднос на стол, после чего скинула шубку и секунд десять растирала ладони друг о друга, чтобы не прикасаться холодными. Затем подхватила меня под руку и повела к заветной цели.

— Кто вы? Как вас зовут? Почему вы здесь? — поинтересовалась, когда вернулась в кровать. Обратный путь дался с таким трудом, что буквально рухнула на постель и пару мину собиралась с силами для разговора.

— Шалиэль Ар-Таг, реифа Лэйлин, — представилась молодая женщина и приветливо улыбнулась, — тана Шалиэль, — добавила, смущаясь, — или месси Шалиэль, если так привычнее, — предвосхитила готовый сорваться вопрос. — Тана означает вторая жена… рефа Джанара Ар-Тага, великого военачальника рейфата. Я часто сопровождаю супруга в походах, и рада, что впервые за столько времени оказалась полезной. Когда ареф Да-Хтанг приказал мужу доставить тело почтенного рефа Наотара, да будет славным посмертный путь, ожидала унылое путешествие через полстраны. Сигнал о помощи, когда до цели оставался день пути, поставил отряд с ног на голову. Реф Ар-Таг сорвался с полусотней арефских псов, забрал сменных лошадей. Походный обоз добрался до места только к следующему утру. Тут и выяснилось, что вы серьезно пострадали и требуется постоянный уход.

— Как долго я…

— Два дня. Мы с рефом Дар-Холом по очереди дежурили. Реф Дар-Хол — лекарь, он все это время боролся за вашу жизнь, — пояснила тана, — когда кризис миновал, супруг отправил его отсыпаться и набираться сил.

— А остальные? Кто-то ведь выжил? — с надеждой посмотрела в глаза Шалиэль, но та поджала губы и отвела взгляд.

— Они не достойны, чтобы о них говорили или вспоминали. В Ра-Данге с них снимут кожу, а тела вывесят на позорных столбах. Всех мужчин в семьях обезглавят, а женщин и детей продадут в рабство.

— За что? — в горле мгновенно пересохло, и я закашлялась. Прохладный отвар, который заботливо подала тана, осушила залпом, — не понимаю! Где мои люди?

Я и реифой пробыла несколько дней, не разобралась в тонкостях этого положения. Но те воины поклялись защищать меня, Антар говорил, лишь я вправе решать их судьбу. Сармийцы оберегали, заботились, укрывали собственными телами от стрел и мечей горцев. Реф Наотар доверял им, и это не их вина, что противник оказался сильнее.

— Где? Мои. Люди?

— Реифа Лэйлин, не нервничайте. Это вредно для здоровья. Поешьте, а потом я позову рефа Ар-Тага, который ответит на вопросы.

— Скажи, хотя бы, Антар жив? А ирнеец, Нэриш? Эти люди мне дороги. Если с ними… мне срочно нужно поговорить с рефом Ар-Тагом, тана Шалиэль.

— Сначала бульон, — настояла женщина, — потом помогу одеться и только тогда приглашу супруга. Поверьте, он и сам желает этой встречи.

Логика в словах таны присутствовала. Для разговора с рефом потребуются силы, и в ночной рубашке не дело гостей принимать. Так что послушно осушила чашку с бульоном, выпила зелья, что прописал реф Дар-Хол, и оделась, воспользовавшись помощью сиделки. Она же расчесала и заплела мои волосы, укрыла их платком, и позаботилась о перчатках.

Словоохотливость таны сошла на нет. Не понравилось, видимо, настойчивое беспокойство за судьбу преступников. А, может, нашлась другая причина, кто знает? Во всяком случае, женщина сдержала слово, и, как только я была готова, сразу отправилась за рефом Ар-Тагом.