Московская Плоть - Татьяна Ставицкая

– А раньше, когда не строили высоток, как накачивали ПРА?

– Раньше насосами служили только храмы. Собственно, они и теперь этой функции не утратили. И вот еще что: вы ведь уже, наверное, поняли, что приобщить доподлинно, то есть сделать смертного членом нашего комьюнити, можно только верхними зубами, а пьют или выпивают – нижними. Запомните: еда – нижними! А то наплодите нам тут комьюнисток из числа своих подружек. Настоящий же катарсис наступает во время полового акта, в момент коннекта, совпадающего с оргазмом. Пить можно только чистую публику. Во избежание заражения крови продуктами, которые потребляет нечистая публика. Не следует пить тех, кто употребляет в пищу колбасу. В ней столько формальдегидов, что эту колбасу уже можно класть в мавзолей рядом с Лениным. Не рекомендуется также пить тех, кто посещает «Макдоналдс» с его тупыми «золотыми воротами» в начале названия. Потому что «золотые ворота» – это не «М», а фейк.

– А по каким каналам откачивается ПРА, кроме телевизионных? – не унималась новоиспеченная Мать.

– Телевизионные как раз не самые главные. Существует понятие трафика. ПРА-трафика. Технологии год от года совершенствуются. Главный канал на данный исторический момент – реклама. Отсос ПРА происходит уже в тот момент, когда руки дающего и берущего встречаются на флаере или даже на простой визитке. Через флаер или визитку поступает импульс, побуждающий донора к добровольной отдаче ПРА. Что же касается билбордов, то тут для отсоса ПРА достаточно брошенного взгляда – это так называемые каналы передачи – 6G. Я уже не говорю о таких некреативных вещах, как таблички «Прием платежей». Кроме того, используется технология возгонки трафика. Самый надежный и малозатратный способ нагнетания трафика – карточки «М», метрополитена.

Марья слушала сосредоточенно, боясь пропустить хоть слово.

– Новое время – новые веяния, – продолжал Параклисиарх, – вот устроили WebMoney-обменку для ПРА с обманкой в названии. Приходится изворачиваться, иногда даже с ущербом для реноме.

– Послушай, Малюта, а что, если московская плоть начнет сопротивляться нам? Или разъезжаться, куда ей вздумается?

– Тогда будем нечистую публику ставить «елочкой» в качестве уловителя чистой. Концепция такая. У ГИБДД имеется позитивный опыт, опробованный на МКАДе. Мы взяли на вооружение.

Марья с некоторых пор стала мыслить широко и образно. Концепция «ставить елочкой» ей понравилась. Она вообще питала слабость к разного рода икебанам.

– А как конкретно качается ПРА? Что представляет собой процесс?

– Как-как… – вопрос явно смутил Параклисиарха, – вручную.

– То есть?.. – изумилась Марья.

– Проедем, тут недалеко, – вздохнул Малюта и галантно помог даме выбраться из глубокого кресла.

Бизнес-центр гудел, и, казалось, слегка вибрировал. Под шорох принтеров и сканеров, кулеров и шредеров по коридорам сновали с папками формата А-4 деловитые «голубые воротнички». В отличие от них, «белые воротнички» никуда не перемещались, а, окопавшись в кабинетах, рулили процессом посредством IP-телефонии.

Лифт уносил Марью с сопровождающим куда-то в глубинное чрево делового центра навстречу совсем иным звукам. В подполье протяжно разносилось:

…Э-эй, ухнем!

Подернем, подернем!

Эх, дубинушка, ухнем!

Эх, зеленая сама пойдет!

– Почему «зеленая»? – прислушавшись, спросила Марья. – «Зеленая» – это что?

– Известно что – валюта, – пояснил Параклисиарх. – Здесь трудится московская плоть, – предварил он экскурсию и приналег плечом на массивную дверь, которая поддалась со скрипом.

В круглом, похожем на колодец помещении, оборудованном ручными насосами и архаичными деревянными качалками, трудился прикованный наручниками к орудиям труда персонал в синей униформе с нашивкой в виде звезды, верхний луч которой упирался работягам в подъязычную область горла. В центре цеха помещалась чугунная звезда, горизонтально, параллельно полу насаженная на болт, уходящий в деревянную колоду для разделки мяса. Впрочем, при ближайшем рассмотрении это оказался не болт, а ось, выполненная из непонятного сплава. Конструкцию вращали, наваливаясь всем телом на лучи, операторы Звезды.

– Чудеса машинерии… И это в век победившего хайтека? – поразилась Марья.

Малюта сразу отметил, что огорчение начальства имело отношение не к условиям труда персонала, а только к техническим возможностям оборудования.

– Неужели нельзя привлечь инженеров или программистов? Поставить гидравлику или написать скрипт?

– Видите ли, автоматизировать процесс можно только при постоянном алгоритме. А у нас же правила что ни день, то меняются… И в правовом поле, и по понятиям… Мы ж не воду качаем. Вот и приходится вручную.

– А это что за галеры? – Пальчик Марьи коснулся наручников.

– Так ведь утекает плоть без обеспечения соцпакетом и проездным билетом. Приходится учить корпоративному патриотизму.

– И что, никаких шансов модернизировать? – вернулась к проблеме оборудования Марья. – Я знаю, раньше мулы качали. Может, тогда мулом качать? Или торрентом, на худой конец? – мрачно пошутила она.

– Вы… э-э-э… не совсем еще прочувствовали контекст, сударыня. Если не задействовать в процессе плоть, то неполноценная ПРА выходит. Шуршать шуршит, а не попьешь… Сухой корм. Мы ж не собаки… Гастриты, колиты, то, се… Так что куда ж мы без нее, без плоти? – Параклисиарх любовался производственной пасторалью, у него даже увлажнились глаза под тонированными специальной пленкой очками. – Вот, к примеру, машинист насосной станции для закачки рабочего агента в пласт.

По-отечески погладив плоть, Малюта отхлебнул от машиниста, забывшись на минуту.

– Кстати, я могу поинтересоваться источником ваших знаний относительно холдинга? – спросил он, поднимаясь на поверхность Москвы.

И Марья поведала Параклисиарху историю спасения журналиста и рассказала о сведениях, почерпнутых им из трудов Вукола Ундольского.

– И вы молчали?! – не сдержал эмоций Малюта. – Где он сейчас?

– В бабушкиной квартире, наверное.

Марья не ожидала такой реакции. Очевидно, журналист рассказал ей не все. А может, и сам не все понял.

– Едем немедленно! – скомандовал Малюта.

…Но журналист пропал. Они молча сидели в машине у подъезда. Наконец Параклисиарх сказал:

– Надо изъять у него архив любым способом. Не считаясь ни с чем и ни с кем. Только бы он не отдал его уже. Рукопись содержит, по нашим сведениям, информацию о криминальных сделках комьюнити с московской недвижимостью за все время существования, о многочисленных тайных договоренностях раздела рынков свободно циркулирующей ПРА и еще кое о чем. Если это «кое-что» станет достоянием лондонских, нам придется искать другую территорию с ресурсами органики. И не факт, что удастся найти совместимую.