Новый состав - Лидия Чайка

— Это была магия артефакта, и я знал, как с ней разговаривать, — хмуро откликнулся тот. — Что с Аришей?

— Обморок, — пожала плечами Берислава.

По ее взгляду было видно, что женщина тоже заинтересовалась Тимошкиными способностями. Не знаю, как она, но я не поверила в его отговорку. Интуиция кричала о том, что перед нами заколдованный маг. Который не хочет в этом признаваться и постоянно прикрывается кошачьей личиной и недюжим умом.

— Надо будет потом его чем-нибудь занавесить, — я указала рукой на зеркало. — А то, знаете ли, нервирует.

— Да я бы его вообще выкинула, — присаживаясь рядом с Ариной, проговорила Залесная. — Или Кощею с Ягой в замок отдала. Думаю, им в хозяйстве сгодится.

— Не троньте святое! — зашипел кошак.

— А ты вообще молчи, — беззлобно огрызнулась женщина. — Интриган старый.

— Что-о?! Это я старый? — взвился Тимофей.

— Ну, не молодой же, — как ни в чем не бывало, уточнила Залесная и тут же обратилась ко мне: — Сейчас приведем в чувство эту болезную, и ты мне покажешь кладовку и погреб.

От такого неуважения к своей важной персоне Тимка обиженно засопел и удалился в кухню.

— Так нет у меня погреба, — развела руками. — Тимошка сказал, что это изба прошлой Яги. Вроде как она тут колдовала против Кощея.

— М-да, — покачала головой Берислава. — Все чудесатее и чудесатее.

Она принялась хлопать Аришу по щекам, пытаясь привести в чувство. Но та все никак не хотела просыпаться. Начиная переживать за ее жизнь, я тоже подошла и приложила пальцы к сонной артерии. Дышит.

— Просыпайся, — дернула ее за запястье. — Риша-а!

Еще и ущипнула за руку. Девица вздрогнула и открыла глаза. Потом встрепенулась и испуганно спросила:

— Что это было?

Пришлось пересказывать все, что она пропустила. На моменте, когда мы с Бериславой делились с ней своими соображениями насчет Тимошки, в соседнем помещении послышался дикий грохот. Я тут же подхватилась и рванула на выручку коту, который вероятнее всего не ожидал, что мы продолжим дискуссию о его занятной личности.

— Ты живой? — обеспокоенно спросила у него, когда увидела вывалившиеся из кладовки мешочки с крупой. — Тимка-а…

— Живой, — прокряхтел из-под завала рыжий. — Чего не сказала, что у тебя мяса не осталось?

— А ты меня спрашивал? — насмешливо проговорила, потому что прекрасно понимала, что это была такая очень неубедительная отмазка. — И… Я думала, что обедать мы будем в тереме.

— Я после контакта с этой рухлядью так проголодался, что, кажется, готов съесть целую корову, — снова выкрутился усатый.

— Ладно уж, — отмахнулась. — Нам все равно, наверное, уже пора. Мы ведь можем теперь вернуться обратно?

Честно говоря, жить у богатырей мне понравилось гораздо больше. Там тебе и кухня отдельная, и столовая, и сени… А еще второй этаж с кучей комнат! И воздуха больше, кстати сказать. Все обжито, протоплено и еда имеется.

— Никаких обратно, пока я тут все внимательно не осмотрю! — послышался из комнаты голос Залесной. — Александра, ты что это, спишь без подушки? А где постельное белье? И покажи-ка мне, что у тебя есть из одежды.

— Сейчас, — тяжело вздохнула и обратилась в уже успевшему вылезти Тимошке: — Терпи до терема. Здесь у меня даже молока нет.

— Печа-а-аль… — простонал тот, который всю дорогу называл себя ученым. — Тоска на выезде.

— Сколько, говоришь, в моем мире пробыл? — я заломила одну бровь.

— Иди уже, — хмуро откликнулся кошак.

Понятно. Он сейчас не в том настроении, чтобы откровенничать со мной. Ну и ладно. Тем более, что когда Берислава увидит содержимое сундука, ему лучше здесь быть одному. Ибо моська скорее всего у него перекосится так, что потом мне станет являться в кошмарах заместо Острослова. А я барышня дюже впечатлительная, такие вещи очень болезненно воспринимаю.

Пересказывать, что было дальше, не имеет смысла. Мы перебирали одежду, посуду, заглянули в кладовку и кухонный шкаф и поняли, что в моей избушке развернуться-то особо негде. И вот тут я осознала, что мне самой места в доме особо и нет. Куда я собралась заселять Арину, одному богу известно.

— Тут бы терраску пристроить и баньку сколотить… — принялась загибать пальцы чрезмерно возбудившаяся Берислава. — Про колодец я уже раз двадцать говорила. Так, что там еще…

— Остановись! — заорал лежащий на лавке у стола кошак. — А может рванет где? Ты подумала, что станет, если нарушишь хотя бы маленький кусочек почвы?

— А ты нам на что? — удивленно спросила та. — И вообще, с чего наш котик так всполошился по поводу обустройства этого убогого земельного участка?

— С того, что тебе пора в Красноград наведаться, — процедил усатый. — Почитай как лет двадцать, а то и больше с матушкой Пелагеей не виделась. Уж померла, наверное, давно, а ты и не знаешь об этом.

— Померла, родимая, — печально подтвердила Залесная, но тут же всполошилась: — Погоди, на что это ты сейчас намекаешь?

— На то, что пора тебе к лекарке сходить, провериться, — принялся разжевывать для непонятливых Тим. — Вон, смотри, какой заботливой и сердобольной сделалась. Не бывало такого раньше с тобой, голубушка.

— А как вчера на мой острый суп налегала… — на автомате ляпнула я, пребывая в полнейшем шоке от услышанного.

— Так! — мать Острого резко выпрямилась. — Не беременная я, ясно? Стара я уже для этого.

— Ну, да, — фыркнул кот, — как же. Стара она…

— Знаете, что?.. — кажется, на нас собираются обидеться. Зря. Между прочим, ее состояние очень смахивает на интересное положение. — Что-то мне нехорошо тут с вами стало. Пойду, подышу свежим воздухом. Вернусь, как полегчает.

— А пойдемте-ка обратно в терем? — хватаясь за такой прекрасный предлог, чтобы уйти, сказала я. — И воздухом подышим, и перекусим потом. Что нам эта халупа без богатырей? Чинить некому, еды нет, дел по дому — тоже.

Залесная только кивнула и первой направилась на выход. За ней потрусил ворчащий что-то себе под нос Тимофей. Видать, оскорбился, когда дом почившей Яги обозвали халупой. Как по мне, так еще немного, и превратился бы этот он в развалины.

Мы с Ариной вышли последними. Она тут же принялась расспрашивать меня о том, что собираюсь тут делать в недалеком будущем. Вот так и завязалась у нас беседа. Я ей рассказала, о том, что не хотела бы оставаться в избушке одна, а девица, в свою очередь, изъявила желание хорошенько заняться перепланировкой помещений.

— Быть может, и для меня там место появится, — лукаво завершила она свою речь.

— Я буду только за, — лучисто улыбнулась. Впервые за все эти дни.

Когда вошли в терем, Берислава изъявила желание попробовать приготовить суп харчо, который ей так понравился накануне. Я не стала возражать и дала ей четкие указания по поводу необходимых ингредиентов. Пока она была занята делом, по-быстрому налила коту молока и выдала кусок вяленого мяса. Потом, видя, что его аппетит разгулялся не на шутку, положила еще и творога со сметаной. Женщины смотрели на все это безобразие недовольно, однако молчали. А я что? Решила таки подружиться с Тимофеем. Пускай он каждый раз что-то нам не договаривает. Скорее всего, у него имеется на это причина. Жалко мне его. Видно же, что ничего плохого он нам не желает. Просто богатырей переженить стремиться. Сваха пушистый.