Новый состав - Лидия Чайка

— Спасибо тебе, Сашенька, за доброту, — промурлыкал котик, когда закончил трапезничать. — Наелся, напился, насытился, горемычный. Хорошо-то как стало…

— На здоровье, — кивнула я, озадаченно оглядывая ломившийся от продуктов стол. — А томатную пасту у вас тут разве не делают?

— Паста? — переспросила Арина. — А что это.

— Пюре, однородная каша, мусс, — стала перечислять я. Однако тут же умолкла, поняв, что меня никто окромя Тима не понимает. — Ладно, сейчас покажу. А, может, и нет… Про уксус ведь у вас тут тоже не в курсе?

— Не в курсе, — озвучил ответ женщин усатый. — И про кетчуп с майонезом тоже.

— М-да уж, — я тяжело вздохнула. — Если томатную пасту могла бы еще худо-бедно состряпать, то уксус…

— Сейчас можете пока скатеркой попользоваться, — отмахнулся кот. — А я вам попозже принесу рецепты всего вышеперечисленного. Что скажете?

— В качестве извинения за свое поведение — очень даже, — довольно проговорила Залесная.

— Ты все-таки подумай над моими словами, — откликнулся рыжий, поднимая свою пушистую попу с насиженного места. — Прислушайся к себе и постарайся быть поспокойнее.

— Ась? — сделала вид, что не поняла его Берислава.

— Двась, — муркнул кот и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. — Меня не искать. Я при делах буду.

И ушел, оставив нас пребывать в полнейшем недоумении. Это какие дела у него вдруг нарисовались? Неужто уже в мой мир собрался отправиться? Хотя, это маловероятно. Тогда что? Банально пошел спать? А вот это уже больше похоже на правду.

— Если что, по возвращении богатырей съездишь, проверишься, — обратилась я к хозяйке дома.

— Я боюсь, — неожиданно созналась та. — В мои годы уже никто не заводит детей. А еще… Вдруг

Черноморушка не вернется?

— Не думай об этом, — тихо попросила ее, понимая, что теперь скорее всего не смогу показывать им видения про старшего и младшего Залесных. — Они должны вернуться живыми и невредимыми.

— Вам сейчас нельзя волноваться, — поддержала меня Арина. — Да и голодные мы все. Вот и скверные мысли в голову лезут.

— Да ну вас, — пробурчала женщина. — Давайте уберем со стола и уже поедим вашего иномирного супа.

— А я пирог с капустой наколдую, — предложила Ариша.

— Тогда лучше я, — улыбнулась им обеим. — У нас еще много такого, чего вы уж точно не пробовали. К примеру, кофе и пицца.

— Давай, — заинтересованно промолвила Берислава. — Соленья, квас и сыр с мясом доставать для закуски?

— Не надо, — покачала головой. — Еще попробую приготовить фруктовое желе. Надеюсь, скатерка знает, что такое желатин.

— Как у вас там все сложно, — вздохнула Залесная. — Иди, колдуй, а потом за обедом расскажешь про свой мир.

Ну, да… Вчера-то нам так и не удалось этого сделать. Закрутились, испереживались и, как следствие, обо всем забыли. Если честно, то и теперь мне неочень-то хотелось разговаривать с ними о своем прошлом. Только снова расстроюсь из-за этого попаданства, и все. Но ведь я же не одна, верно? И ладно, Арина — она вполне могла бы и обойтись без моих сказочек о параллельном мире. Но Берислава… Ее срочно надо было отвлечь. Хотя бы до приезда богатырей. Очень рассчитываю на то, что они мне приснятся этой ночью. Не то завтра утром встану с квадратной головой и ведь день проведу, как на иголках. А, может, и нет… Кто знает, каким окажется мой очередной день в Отражающем? И вроде бы тут все, как в старых русских сказках, а почему-то никак не могу привыкнуть к тому, что это не глюк.

— Так, где тут у вас большое блюдо, глубокие миски и кружки? — вместо ответа спросила ее.

— Да я принесу, — отмахнулась мать Острослова. — А ты пока настройся на вкусный обед.

И с этими словами повернулась лицом к массивному деревянному шкафу, где, по-видимому, у них и хранилась посуда. Мне же приспичило выпить кваску. Очень некстати, должна признать. Потому что надо было «готовить» и помогать остальным. Но нет, мне жутко захотелось пить и потому, испросив разрешения, я полезла в погреб. А там…

— Ф-фу, чем это оттуда так дурно пахнет? — брезгливо протянула Арина.

— Пока не знаю, — зажимая нос рукой и спускаясь во тьму, ответила я. — Сейчас посмотрим…

Странное дело: пока не открыла люк, запаха не было совсем. А тут прямо такое амбре поднялось, что даже Берислава не выдержала:

— Вот что значит давно мужиков не навещала. Совсем стыд потеряли! Хоть бы иногда проводили ревизию собственных запасов! Вот крыса-то небось на запашок и вернулась.

А тем временем я уже увидела источник неприятного запаха. И как нас вчера угораздило обойтись без солений и кваса?

— Дамы, ваша крыса сдохла, — крикнула я, пытаясь в темноте разглядеть еще что-нибудь интересное и более информативное. — Тут есть свет?

— Топни ногой, свет и зажжется, — посоветовала Залесная.

Немного удивившись такому повороту событий, все-таки послушалась и выполнила ее указания. Когда в помещении стало совсем светло, поняла, что крыска-то померла с перепоя.

— Ну, надо же, — в подполе показалась голова Бериславы. — А я думала, что придется мне в скором времени ставить на нее скысоловку.

— Думаешь, подружка нашего кота настолько глупа, что клюнула бы на подобную уловку? — пятясь назад, к выходу уточнила у нее. — Выдай мне тряпку и мусорное ведро.

Вот как-то так получилось, что мы с матерью Острослова сразу же перешли на «ты». Хорошая она… Не то, что сын со своими товарищами.

— А чего это с ней сталось? — послышался сверху голос невидимой для меня Арины.

— Небось, стыдно стало за свое поведение, — хмыкнула Залесная и удалилась.

— За что?

— За воровство и предательство.

Я внимательно осмотрела место кончины хвостатой и пришла к следующему заключению:

— Судя по всему, она перебрала с медовухой, — мой взгляд упал на блюдечко, которое валялось рядом с тушкой Аглаи. — Возможно, потеряла равновесие и упала с края бочки, переломав себе при этом хребет. Если позволите, вспарывать гниющую плоть и осматривать скелет не стану.

— Бе-е-е… — только и смогла вымолвить Риша.

— Хорошо, не в бочку бултыхнулась, — проворчала начавшая спускаться ко мне со всем необходимым Берислава. — И как только умудрилась крышку открыть?

— А может, кто из богатырей ее попросту не закрыл? — предположила я, отходя в сторонку.

— Вполне возможно, — кивнула женщина. — Какая гадость…

Чувствовала себя, как начинающий медик в морге — страшно, противно, но прикасаться к этой мерзости надо.

— Давай, что ли, я уберу, — проговорила, глядя на побелевшую Бериславу. — А ты пока на стол накрой.