Отфеячу по полной! - Татия Суботина

Все с этим незнакомцем понятно. Ты, красивая, сама разбирайся с проблемами, а я обязательно поддержу! На расстоянии.

– А знаешь что? – дальнейший план сложился в голове мгновенно, я тут же готова была привести его в действие. – Я не только умею считывать заветные желания, но еще и помогаю их воплотить в жизнь.

– Правда? – в ее голосе прозвучало неприкрытое сомнение. – Вы, что фея?

– Желаний! – торжественно улыбнулась, огляделась по сторонам – в зале никого не было. Я на миг выпустила крылышки на свободу, чтобы доказать свои слова действием. И тут же спрятала их обратно – Только это секрет. Но ты ведь умеешь хранить секреты, так ведь?

Айя закивала болванчиком, ее глаза так ярко блестели, словно в эту минуту произошло чудо, которое она слишком долго ждала.

Мне стало немного совестно за предложение, которое собиралась ей сделать. Это как поманить ребенка конфеткой, но лакомство не дать.

– Я помогу с выполнением твоего заветного желания, если ты поможешь мне.

Айя не сомневалась:

– Что нужно будет делать?

Ради своей любви девочка готова была на все! И хорошо, что я не собираюсь ее использовать в чем-то гадком.

У меня опять екнуло сердце. Все же рыська очень напоминает мне юную Айли Мелт’тар.

– Ничего запретного или того, что может тебе навредить.

– А кому-то может? – спросила оборотница.

Неглупая! Совсем неглупая!

Это почему-то меня сильно обрадовало. С каждой минутой нашего общения эта девочка нравилась мне все больше и больше.

Моя дочь или сын тоже могли учиться в академии, но… Не сложилось.

– Несерьезно. Так шутки ради, – я не собиралась убивать Блейна.

Нет, его крови на моих руках точно не будет. Груз убийства портит карму, а меня ждет билет в счастливую безоблачную жизнь!

И уж точно я не собиралась серьезно вредить ему руками неопытной девчонки. Подставлять под удар Айю в мои планы никак не входило.

Рыська будет моими ушами и глазами в академии. Мне нужно знать, как действуют мои «невинные каверзы», и как на это реагирует Блейн.

Не могу же я быть при нем круглосуточно!

– Я хочу проучить одного мужчину, – сказала я, видя, что девочка сомневается. – Ты мне в этом поможешь?

– Зачем вам это делать?

Айя нуждалась в объяснениях. Рыська была наивной, светлой особой неспособной на подлость.

– Между нами старые счеты, – ответила я, понимая, что хоть каплю информации, но должна ей дать. – Когда-то я очень сильно его любила, вот как ты сейчас своего истинного. А он меня унизил и растоптал наши чувства.

Глаза оборотницы наполнились слезами. Какая чувственная, ранимая натура!

– Так может, он не виноват? – с надеждой спросила меня, точно я просто обязана была развеять все сомнения и подтвердить ее правоту.

Нет, девочка. Добро в нашем мире должно быть с кулаками, особенно, если несправедливо пострадало.

– Виноват, Айя, – уверенно ответила ей.

Адептка задумалась.

Я так и не узнала подробностей той давней истории, разговор между нами с Блейном не состоялся, но вывод сделала однозначный. Я стала для Вейна и судьей, и палачом. И пусть у меня до сих пор остались к нему какие-то чувства, это не помешает тому, что я задумала.

– Я могу узнать, кто он? – робко подала голос девочка.

Вот мы и подошли к самому главному. Интересно, как она отреагирует? Сразу убежит или решится рискнуть.

– Вейн Блейн.

Айя округлила глаза, ее рот приоткрылся от удивления, девушка побледнела.

Да-да, новость оглушающая, согласна.

– Господин ректор? – она явно не могла поверить услышаному.

Я кивнула, слова здесь были лишними.

– Н-но… Он же такой хороший! – искренне недоумевала рыська. – Благородный, умный, справедливый и…

– Красивый, как далекое божество, – хмыкнула я. – Все это я тоже когда-то проходила, не новость.

Айя покраснела, а мне оставалось лишь глаза закатить. Время прошло, а умение нравиться всем женщинам: от девочек и до старушек, от Вейна никуда не делось. Везучий мерзавец!

Даже я в его присутствии теряюсь и таю, как масло на горячем блинчике! Вдали и думается лучше, и злиться получается здорово.

– Блейн владеет не только природным очарованием, он еще мастерски умеет причинять боль.

Что-то такое прозвучало в моем голосе, заставившее Айю вздрогнуть и отвести взгляд.

– До конца семестра ты будешь со своим возлюбленным, – напомнила ей. – Помощь на помощь. Идет?

– Это точно серьезно ему не навредит? – закусила нижнюю губу она.

– Даю тебе слово, – разве что его репутации. И, возможно, моей. Но я готова была рискнуть. Если уж сжигать мосты, то дотла!

– Я согласна, – твердо ответила адептка.

Глядя ей в глаза, я знала – сделала отличный выбор. Из Айли получится хороший помощник. Да и она будет у меня на виду, чтобы успеть разобраться с ее истинным. Что-то меня в нем настораживало, помимо таинственного флера неизвестности.

– Хорошо, тогда ты не против, если мы скрепим сделку магической печатью? – предложила я.

Это простое заклинание поможет не нарушить условия договора, что, в случае с Айей, дает ей дополнительные гарантии и уверенность во мне.

Рыська кивнула.

Я призвала магию и вот уже через мгновение идеально ровненькая печать в рунах, разделившись надвое, легла на наши ладони. Не прошло и минуты, как метка впиталась в кожу, став невидимой. Ни жжения, никаких неприятных чувств при этом! Главное, не нарушать условия соглашения, и магия печати себя не проявит.

– Первое задание для тебя, Айя, – сказала я, когда с формальностями было покончено. – Узнай, как можно подать статью в студенческий вестник.

Во времена моей учебы, адепты оставляли информацию в редакцию в зимнем саду академии. Как мы ни пытались подловить, кто забирает листы, ничего не получилось. Они исчезали магически.

Поменялось ли место для общения с редакцией?

Вишенкой на торте всех издевательств над Вейном я хотела преподнести разгромную статью о нем. Пусть вся академия знает, какой их ректор, на самом деле, «хороший»!

Унижение за унижение, Блейн.

– Э-э-э… Какой такой студенческий вестник? – растерянный голос рыськи вырвал меня из смакования будущей победы.

Только от одного ее вопроса я уже почувствовала неладное.

– Как какой? «Бла-бла-МАСК»!

Айя продолжала недоуменно меня сверлить глазами, название вестника ей явно ни о чем не говорило.