Розыгрыш или реальность - Кира Леви

— Или «да», или «нет», никаких потом уже не будет, Карина, — тихий голос Эола ласкал мой слух, как тогда, после боя, когда он обнял меня и закрыл крыльями.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Это было завораживающе прекрасно. На дне синих озёр мерцал свет, который, словно мираж, медленно плыл по спирали радужки. Раньше я не замечала такого в его глазах.

— Всё так быстро, — прошептала, решаясь дать ответ. — Но если ты станешь моим мужем, то не сможешь завести нормальную семью!

— У нас будет время стать семьёй, Карина. У нас будет много времени для того, чтобы узнать друг друга. Я постараюсь не разочаровать тебя, — в его голосе звучала… надежда?

— А если ты встретишь потом свою Танату? Что тогда? — спросила я и задержала дыхание, чтобы не пропустить его ответ и эмоции.

— Не знаю. Обретение Танаты священно и непреодолимо, — пожал Эол плечами.

— Хорошо. Я озвучу своё решение. Идём к командорам, — в тот миг я приняла окончательное решение.

Вы верите в любовь с первого взгляда? Да. Нет. Не знаю. А можете поверить, что я влюбилась с первого звука? А вот мне от этого было страшно. Мужчина, стоящий за моей спиной, и был причиной этого страха. Его голос, услышанный мною впервые там, в камере, показался мне самым прекрасным. Он притягивал, как дивный цветок, к которому хотелось прикоснуться. Но тогда он начал плеваться ядом, и сказка оборвалась, чтобы вновь начаться в тот момент в тренировочном зале, когда он заговорил со мной.

И сейчас в этом кабинете, пытаясь убедить Эола и себя в том, что мне он не нужен, я скорее хотела избавить его от себя, чем наоборот. Заметил ли кто-нибудь из моего окружения или нет, но я сразу стала называть элленийца по имени, не отходила от него, если он оказывался рядом, не сбросила руку, прикоснувшуюся к обнажённому телу. Прикоснувшуюся… Странно, почему, когда Морф сделал то же самое, его отбросило силовой волной, а когда это сделал Эол, ничего не произошло? Я оглянулась, мазнув взглядом по его лицу. Мужчина был напряжён. Так захотелось прикоснуться к нему, провести пальцами по лбу, разглаживая складку, которая прочертила вертикальную линию. Пробежаться по скулам, очертить контур губ, чтобы они расслабились и разомкнулись. Почувствовать, как тогда, умиротворение и уют в его объятиях и коконе из крыльев. Но нет, нельзя. Я должна держаться от него на расстоянии. Нельзя пустить его в своё сердце, чтобы потом не умирать от боли от разочарования и тоски, когда он встретит свою Танату и мне придется его отпустить. Ещё один шаг…

— Херон, — обратилась я к командору, окидывая взглядом присутствующих. Все лица напряжены, только у каждого по-своему. Херон и Берк сосредоточены, Морф в предвкушении, Шиан озлобленно хмур, — можешь объявить о моём желании. Я хочу, чтобы Эол Аноноркхад вошёл в нашу семью и стал моим мужем по законам Эллении.

Мужчины встали со своих мест, расслабляясь, наагат стукнул Эола по спине в поддерживающем жесте и, криво усмехнувшись, пожелал:

— Уютного гнезда тебе, брат, — развернулся и направился к выходу вместе с Хероном. Берк подошёл и притянул дрожащую меня к себе.

— Эол, главное, что ты жив и свободен, — поддержал друга Морф. Потом посмотрел на меня, гребень на его голове встопорщился, — ну, или не свободен.

— Спасибо, котёнок, — шепнул на ухо муж и поцеловал в висок.

— Да, конечно, — растерянно посмотрела на него. — Я хочу побыть одна.

Берк отпустил меня, внимательно вглядываясь в глаза. Его лицо осунулось, под глазами залегли тени. Ох, сколько же он не спал, сражаясь с пиратами. Сердце дрогнуло в беспокойстве за него. Я прикоснулась к его лицу.

— Тебе нужно отдохнуть. Иди, пожалуйста, прими душ и поспи хоть немного. Я побуду в кабинете Херона, — через силу заставила себя улыбнуться, чтобы он не чувствовал беспокойства за меня. — Иди, Орарри побудет со мной.

Я оглянулась и натолкнулась на напряженный взгляд Эола. Наверное, ему нужно хоть что-то сказать.

— Эол, ты, наверное, тоже хочешь отдохнуть? Берк, нужно Эола куда-то поместить, ведь у него нет комнаты.

— Я в состоянии самостоятельно позаботиться о себе, — лёд голоса элленийца больно кольнул в сердце.

— Да, конечно, не сомневаюсь в этом, — я развернулась уходить, но не смогла, оглянулась. — Всё будет хорошо, Эол. Ты останешься свободен. С моей стороны не будет к тебе никаких притязаний. Я уверена, ты обязательно найдешь свою Танату.

Он коротко кивнул и вышел из каюты вместе с Морфом.

Я резко развернулась и скрылась в кабинете Херона. Силы оставили меня и на дрожащих ногах я опустилась на пол, облокотившись спиной о стол, подтянула колени к себе и, обняв, уткнулась в них лицом. По щекам покатились слёзы, тело бил нервный озноб. Нет, я не рыдала, просто напряжение, копившееся в течение последних пяти дней после пробуждения в медотсеке, сейчас выплёскивалось. Да и день сегодня был очень тяжёлый.

Пять дней… Ощущение, что пять лет. Столько событий, эмоций. Три мужа… Как это случилось? Может, нужно было поступить как-то иначе, говорить или делать что-то другое. Но что? Если от моих решений зависит жизнь этих мужчин. А моя жизнь зависит от них. Иначе или повторение судьбы матери доктора, или опыты в лаборатории.

Так ли всё плохо? Херон и Берк — надёжные, способные на героические поступки и заботу. Если отбросить то, как я оказалась за ними замужем, то сейчас всё совсем даже неплохо. Осталось только выяснить их планы на дальнейшую нашу совместную жизнь. Ответ на этот вопрос страшил. Оказаться запертой в четырёх стенах на Тимеррии мне не хотелось. А ещё этот вопрос о потомстве… Этот пунктик, о котором они мне сразу сказали. Вот что пугало. Одно дело — зачать желанного ребенка, как естественное продолжение любви, чувств и отношений в паре. Другое дело — рождение ребенка исключительно с целью достижения высокого положения в иерархической лестнице их больного общества.

Эол, мой случайный новый муж. Вот с ним у меня точно были проблемы. Причём, иррациональные. Мы виделись максимум пять раз и три раза перекинулись парой фраз. Как так получилось, что я хочу, чтобы он был со мной, и чтобы я по-настоящему была его? Почему мне так больно даже от мысли, что он может уйти от меня к своей мифической Танате, а я должна буду с радостью его отпустить? Ведь обретение своей половинки — это великое счастье. А что станет со мной? Кто склеит и излечит моё разбитое сердце? Надеяться на то, что это не произойдёт и жить одним днем? Наслаждаться его присутствием? Нет. Нельзя впускать его в свое сердце! Значит, нужно держаться на расстоянии. Уверена, он тоже не воспринимает меня, как свою женщину. Я для него только способ избежать смерти и он просто благодарен за это. И всё!